Ветер буйствует, ревет и страшно воет утробно, швыряя на кромку предзимья слабо тлеющий поздний октябрьский лист. Все, что было яркой, цветастой жизнью, все, что три шага назад дышало, танцевало и пело, было летней благодарью, прошло, сгорело, перегорело, повисло в воздухе еле-еле теплым дымом, да и тот после ночи развеется, превратится в холодную пелену.
Великий Натан Мильштейн всегда знал, буквально на генном уровне чувствовал ритм захлебывающегося сердца. Шел в комнату - попал в другую, такой вот нехитрый сюжет. Мне кажется, что именно про это то всхлипывая, то замирая поет его скрипка.
А ей в унисон поет и моя душа: шла в комнату - попала в другую.
Даша и Злата, про Бабкину это Таня про меня писала.
А ты, Таня, коль так тебе мучительно мои "рафинированные" тексты читать, зачем мучаешься?
Завтра, т.е. сегодня уже, вставать спозаранку, а я все колоброжу. Подумалось, что вот и ответ на один из вопросов теста, который я на днях проходила. Там было что-то про то, как вы себя будете вести накануне отъезда в аэропорт к раннему вылету. Из вариантов ответов предлагалось разнообразное: от собрать сумку заранее и лечь спать до заката до не ложиться спать при несобранной сумке. На самом деле, ни один из ответов ко мне не подходил, т.к. сумка у меня всегда собрана, не зря же я с детства люблю Таривердиева, а спать я ложусь по обстоятельствам. Обстоятельства определяются исключительно одним - хочу я спать или не хочу, аэропорты, другие навязанные режимы моим биологическим ритмам уж точно не помеха. Кто в свое время научился пятнадцатиминутному дневному сну между вызовами стоя, как лошадь, тот меня поймет.
Сегодня был день потрясений. Не только плохих. Впервые купила помаду и духи, не пробуя, не нюхая, поверив девочке-консультанту вслепую. Попала в масть! Весь вечер пахну дорогим табаком и целую чашку с кофе губами цвета заиндевелой вишни. А волосы свои я еще в прошлое воскресенье все срезала. Короче, Штирлиц на побывке - это нынче я.
А теперь пусть вместо меня тут некоторое время побудет песня.
Читаю нынче рафинированные мемуа-муары - "Из воспоминаний жандарма" генерала В. Д. Новицкого, прослужившего (на минуточку!) 25 лет на посту шефа киевского губернского жандармского управления (вышел в отставку в 1902 г.). Очень-очень познавательно, хотя порой от подробного перечисления биографических фактов всех пойманных им и высланных в Сибирь рЭволюционЭров моя голова кружится, но заведомо прощаю, на то он и полицейский дженераль.
Про него и его Киев, надеюсь, еще обязательно поделюсь, а вот сегодня не утерплю, расскажу словами Василия Дементьевича про казаков разлива 70-х годов 19 столетия, которых он знал не понаслышке, а изнутри, т.к. начало его службы было положено в Донских степях под предводительством Михаила Ивановича Черткова - генерал-адъютанта, генерала от кавалерии и наказного атамана войска Донского в период 1868-1873 гг. К слову, Чертков был еще тем типом. Родненькую сестрицу пристроил женой Шувалову - правой руке Александра ІІ, а сам брысь и в кущи Малороссии. Четыре года в теплом и благостном месте генерал-губернатором и командующим войсками КВО, а потом - раз! И Кагарлык имением. Несколько десятков тысяч урожайных земель, купленных по воле случая через кредит в Международном банке, окупились сторицей. Сам сахарный король Лазарь Бродский ему перед началом 20 века 200 тысяч за аренду плантаций и работу сахарного заводика в год платил. Но это история была потом, каждому рассказу свое время и свое место.
А нынче про казаков. Читала и сразу Надежду Бабкину вспоминала. Если что, то "Модный приговор" смотрю периодически именно из-за нее, обожаю ее душу, ее нутро, ее говор, неисправимый вопреки ни одним литредактором-корректором 1 канала. Вот говорит она уже который год "комбинзон", а я который год от ее "комбинзона" таю.
Собственно вот и сама цитата из мемуаров Новицкого, подарившая мне радость дня.
"В городе Новочеркасске десятки лет строился в центре города собор, стоивший войсковой казне миллионы и неоднократно обрушивавшийся от дурной постройки, а, может быть, и от умышленных ошибок инженеров, архитекторов, строителей; от обрушивавшегося собора была масса миллионов кирпича, который свободно разбирался, расхищался на глазах властей и комиссии, и свозился прямо в иные усадьбы для постройки домов. Конечно, смотритель собора существовал, место обвалившегося собора было ограждено забором, но это отнюдь не отстраняло расхищение кирпича, каковой увозили, говоря, что это - войсковое имущество, принадлежащее каждому казаку".
P.S. Конечно же, перечитав, ассоциативно вспомнился Дон. И Ростов-папа, и та поездка августа 13 года в Астрахань, на которую я старшенького тогда чуть ли на коленях упрашивала, хоть теперь в свете событий он меня за нее великодушно благодарит. Много вспомнилось разного. А картинка нашлась такая. На табло трамвая, как по мне, написано всё!
Токсичная сегодня. Как только проснулась, так и поняла, что сегодня День жабы аги. А дабы люди вокруг понимали, решила их предупредить - брошко-жабу нацепила. Но люди порой такие слепцы! Ну что, поплевалась чуток ядом, облегчилась, теперь вот вечерком на "Отраду и утешение" пойду.
У иудеев нынче великий годовой праздник Суккот – праздник шалашей, кущей («сукка» на иврите – это шалаш, если что), праздник сбора урожая, конца странствий по пустыне, праздник веселья и надежды. "Пора нашей радости" говорят о нем евреи.
«Устанавливать шалаш» – одна из его основных заповедей, так предписывает Тора: «В кущах живите семь дней...». Но, традиция Суккот – строить под открытым небом шалаш, так чтобы были видны звезды, и жить в нем в течение недели – не только память об исходе еврейского народа из Египта и его сорокалетних странствиях по Аравийской пустыне, а еще и напоминание о том, что даже в достатке стоит не забывать о тех, кто живет бедно, без благ цивилизации.
Для постройки кошерного шалаша есть ряд условий. Например: «сукка» не должна располагаться ни под каким строением, она не может быть накрыта никаким навесом (только небо, только звезды!), ну, и ряд других требований, включая выбор природных строительных материалов типа соломы или листьев.
Это была присказка, а теперь, собственно,
Похоже, бытовая магия по-прежнему без сбоев работает, а сила слова в лиру, все-таки, имеет вес. Замариновала сливу, произнесла "серые тучи треснут" - нате, получите и распишитесь!
Спозаранку солнце улыбается во все голубое небо, а на пробежке в открытом космосе мир дарил мне вот такое
Сильно дует холодным-холодным, даже губы стынут, а деревья гнутся скрипя, больно плачут ржавыми сухими слезами. Вместе с природой перешла в режим энергосбережения и я. Период минимализма нагрянул неожиданно и стремительно, буквально выпрыгнул из-за угла с криком "Бу!", интуитивно сняла с себя яркие краски и все украшения, почти ничего не осталось кроме красной помады (за демаркационную линию еще не шагнула; еще чего!). Завтра, если не испугаюсь, сниму с себя еще и волосы, ведь в зиму как на войну. Напоследок сегодня купила много сливы "Венгерки", хоть и последыш, но одна в одну - добротная, крупная, упругая. Мариную. Мариную размашисто, щедро: лавровый лист, гвоздика, анис, имбирь, перец душистый и черный, корица и кардамон. А из остатков сливовых наварю конфитюра с шоколадом черным-пречерным, горьким-прегорьким, ведь в зиму как на войну - выживут не все. Слива так точно!
Принимать по потребности, дозировать на фунт морока. Если что, то Рупа Мария по специальности врач, она понимает.
Вот, а год назад в это время, как тут подсказывает мне фото-склеротичка, у нас здесь октябрь жарил.
Похоже, наконец-то, подошло время рассказать-показать про выставку ретро автомобилей-2015, тем более, что в этом году я мимо. Если что, это был анонс.
Во все окна скороспелый ноябрь. Безостановочно, вот уже вторые сутки кряду, льет холодным, задувает безысходностью, молчаливо опадает, так и не отшуршав последнюю песню, желтый лист.
Легла в пять, так и не дождавшись рассвета. Легла, и тут же провалилась в темную яму - в сон без сновидений. Проснулась в одиннадцать, за окном та же промозглая осень, сумрак и колкий дождь. Реально день сурка. Собравши волю в кулак, выползла из теплого постельного кокона, сделав смену пажеского караула (шорты и майка, до свидания! тайтсы, ветровка, ну, снова здравствуйте! и даже перчатки и шапка, привет-привет!), вышла на беговую тропу выживания.
Знаю, есть люди, которые неимоверно искусно умеют рецензию хоть на фильм, хоть на книгу написать. Разделать любое произведение, как заправский мясник коровью тушу (и му-му-ки и не-му-му-му-ки творчества), на ровные аккуратные кусочки: чик - вот вам шея! чик - вот вам покромка! чик-чик-чик - вот вам лопатка, спинка, кострец, пашинка! А это - хвост, его исключительно в холодец тире студень. И все у них выходит так ладно, так ловко и быстро, глядеть не наглядеться, любоваться не налюбоваться, сплошное очарование ремеслом, ну, чисто фокусники, ей бо! Была корова - нет коровы. Нет коровы, разобрали, только хвост остался, но на студень сойдет.
Я так не умею от слова совсем. Я или беру корову всю вместе с хвостом, или не беру. Если взяла, то она вся моя, вся моя как есть... с шеей, покромкой, лопаткой, спинкой, кострецом, пашинкой, а лишний хвост, уж точно, в хозяйстве не будет лишним, хоть куда пригодится!
Поэтому, просто делюсь хвостом, вдруг и вам надо. А если ко всему вы еще, как и я, некрополист-любитель с неутомленными ногами и открытой душой, да еще и Москва под боком, то фраза "Давайте встретимся на Новодевичьем!" уж точно будет нашим секретным паролем.
Игорь Оболенский "Легенды московских кладбищ" http://iknigi.net/avtor-igor-obolenskiy/87907-legendy-moskovskih-kladbisch-igor-obolenskiy.html
Если накануне Пасхи взять изюма где-то два фунта и замочить его в коньяке, то, конечно же, у рачительной хозяйки останется. А вот тут надо про него напрочь забыть. Ненадолго. На полгодика. А потом неожиданно найти, попробовать, обрадоваться, поняв, что вот он каков настоящий вкус изюма в коньяке, настоянный временем. Понять, сообразить, недолго думая бухнуть его в начинку из творога для блинчиков (ванили в этом случае не надо, будет перебор! а вот сахар таки добавить по вкусу). Дальше предварительно пожаренные блинчики разрезать напополам, каждую половинку щедро намазать творожной начинкой, свернуть рулетиком, а сковорода уже на плите греется - время дорого, на нее щедрый кусок домашнего сливочного масла, на растопленное маслице стройные ряды блинчиков, поверх тоненький слой взбитых сливок, крышкой хлоп, огонь на минимум миниморум, томить минут 8-10, огонь выключить, сковороду не убирать, дать блинчикам утомиться. На выходе радость, пахнущая праздником.
А синоптики говорят, что в эту ночь уже в Карпатах снег и морозы, с такими прогнозами, чай, недолго осталось дышать туманами и нерастраченными грезами.
Совсем не понимаю, как можно эту чёртову осень любить! Просыпаешься - темно, пришёл домой - темно, солнце дали и тут же забрали, постоянно хочется спать и острого перца. Небо похмельное, морось, слякоть, кутаться в сто одёжек, с каждым днём характер всё больше и больше портится, сегодня в метро еще и курица чулки порвала, укол, твою мать, зонтиком.
Пусти человека на кухню, дай ему нож и доску, сковороду, кастрюлю, ну, и прочие кухонные приблуды по случаю, и тут же сразу поймешь, кто он: кот или собака. Лично я - собака, я всегда в гастрономическом процессе разговариваю с мясом, луком, рисом, перцем и т.д., и т.п., умоляю нож резать острее, сковороде напеваю "Сердце красавицы склонно к измене", а томат не гнушусь в попку поцеловать, ведь иначе никак не понять про "horror vaculi" - ужас пустоты.
А коты, знающие люди говорят, никогда с едой не разговаривают, и "морковь" никогда не опускают до уменьшительно-ласкательного "морковка".
Предварительно планировали со старшеньким на выходные куда-нибудь подальше за город выбраться, но его колени внезапно сказали "кирдык!" Честно говоря, совсем не думала, что он так рано начнет сыпаться, на вид-то молодец, а внутри, как оказалось, труха. Печалька!
Сегодня срочно пришлось идти на базар за огурцами, за свежими, уж очень была внутри потребность кого-то побить. Битые огурцы ни фига не успокоили, как не успокоила генеральная помывка всех горизонталей до скрипа, притихла только сейчас, к ночи, когда по старой девичьей памяти включила "Gipsy Kings" и вытанцевала до седьмого пота весь свой адреналин.
Младшенький, наблюдая эту вакханалию (чуть ли не впервые; по крайней мере, на свежую память), поначалу дергался левой бровью и говорил только одно слово "Ма-а?!", это было все, что он мог цензурно. Потом как-то так вошел в раж фламенко и закружился, и даже меня задорно закружил. И даже старшенький рядом с нами коленями расходился и растанцевался, приговаривая: "Какой-то я весь, черт подери, деревянный!"
Кстати, из большого противня свежих помидоров, засунутых в духовку, получается реально маленькая баночка вяленых, зато вкусны так, что можно язык проглотить. Заодно прозвонилась Маша, опять настойчиво зовет меня к себе в гости в Станислав, говорит, что в в этом году в Карпатах такая невозможная красками осень, что нырнув в нее, как в божью купель, реально можно свою жизнь взять и наново переменить. Я ничего менять не хочу, но за красками обязательно на днях срочно и быстро поеду, ведь "тише едешь, никуда не приедешь", как говорила Марина Ивановна, это точно не про меня. Опять же, у Маши медный тазик для варенья с блошки уже с полгода ждет меня. А мне еще надо комодик, и стол, и ложечки, и чашечки... а у Мари на Франковской блошке есть свои верные дружочки (кто знает, тот поймет).
А теперь даю право "Бамболеи" цыганскому королю. Танцуют все!
Существует единственный способ понять другую культуру. Жить в ней. Переехать в нее, попросить, чтобы тебя терпели в качестве гостя, выучить язык. В какой-то момент, возможно, придет понимание. Это всегда будет понимание без слов. Когда удается понять чужое, исчезает потребность объяснить его. Объяснять явление - значит отдалиться от него.
(П. Хёг "Фрекен Смилла и её чувство снега")
Про свою идею "Каждое второе число месяца объявлять Днем котиков", озвученную в начале осени, я не забыла, но учитывая, что сегодня на календаре День музыки, иду на опережение.
Котиков можно любить, можно не любить, как направления и течения музыкальные, но своего-то в толпе всегда узнаешь исключительно по тому, над чем он смеется и что он в уши слушает.