Это цитата сообщения lj_starovina Оригинальное сообщение
Художница из Украины «оживила» схему киевского метро
[показать]Художница из Киева Евгения Лысая опубликовала в сети несколько своих работ, в которых она «оживляет» или «очеловечивает» схему киевского метрополитена, «вписывая» между линиями женские силуэты. Идея «хуманизации» схем подземки давно используется художниками разных стран мира, однако для киевского метро её применили впервые.
[показать] [показать]Сама художница признается, что на перевоплощение схемы украинского метро её вдохновили работы российского коллеги Алексея Соболевского.
[показать]Вчера вечером со старшеньким ездили выбирать камин. Кому-то, конечно, в том здании, в котором прописан салон каминов (вот любят, любят наши люди это слово), доминантой был камин, а я-то первым делом, увидав образчик сталианса, привычно стала в стойку, замерла, что охотничий пёс, узревший цель.
Ведь оп-па! Тут тот случай, когда в Городе прошлое и настоящее дружат. Пусть цветасто, пусть шутливо, но, однозначно, это любовь.
Свод арки. Ну, знаете же, такие типичные для сталинского ампира арки, которые подворотня. Юркнул с шумной улицы - попал в тихий уютный двор, а там пышная, ухоженная зелень, детская площадка, удобные скамейки, а на них бабушки судачат...
Последнее время, где и когда только возможно, хожу ногами. Все мои коллеги расстояние из пункта А в пункт Б едут, а я исключительно шагометрю. Собралась сегодня с утреца в пункт А, нарядилась по случаю в свежее летнее платье - цвет коралл, по фигуре, как бабушка говорила (т.е. акцент на три объема - грудь, талия, бедра, все подчеркнуто, первым не хвастаюсь, но второе и третье при мне), к фигуре прилагается баска и рукава-размашистые крылья (и наплевать, что синоптики наобещали только к обеду погоду теплого сентябрьского дня, каких-то плюс девятнадцать, зато солнце). Нарядилась, верчусь перед выходом на одной ноге, старшенький глянул на меня и только фыркнул.
Что слишком? - Ага! - Ты, главное, не переживай, я сейчас этот пафос собью одной левой!
Кедики цвета зрелого персика одномоментно сняли вопрос с повестки дня. Вопрос сняли, в дороге пригодились. Шагаю в них смело, быстро, легко. Нынче эта улица зовется Шелковичная, с 1919 по 1993 гг. она именовалась Карла не Маркса Либнехта, а до Либнехта была Левашовской (не от лева, а от права был топоним, Левашов была фамилия первого киевского генерал-губернатора, который Липки на улицы и переулки накроил, предприняв попытку соединить Верхний Город с Печерском). Что могу с позиции сегодняшнего дня сказать - у него получилось! Очень многое получилось, думаю, даже больше, чем Василий, дружок Александра первого, мог себе намечтать.
Второе число месяца и мой традиционный котодень.
Сегодня День Зосимы и Савватия - покровителейя пчёл. Пришла пора запасаться мёдом.
На среду выпал выходной - День Конституции. В этот раз и ни туда и ни сюда, ни присоединить и не перенести, чтобы получить пролонгированные выходные, но и так здорово. Как по мне, то работать в режиме "два рабочих - один выходной - два рабочих" - это же мечта всех пятидневкой поневоленых.
Помню, что у меня накануне была доминанта - куда-нибудь да выехать, выбраться из Города, как говорится, отправиться восвояси в путешествие одного дня. Свистнули дружочкам: "Кто хочет поехать с нами туда - не знаю куда, привезти то - не знаю что?!", но откликнулась одна Анечка, а мы в ней и не сомневались, не зря ведь нас в свое время пёс Сёма подружил. У нас был русский спаниель Сёма, у нее - маламут Оникс, со щенячьего возраста дружочки, два дуралея, которым семь верст не крюк, вслед к ним третьей присоединилась королева бродвея (бродвей в этом случае не улица, а анамнез) Хася - сука трудной судьбы, норовливая, с характерцем, но на удивление с очень счастливым хвостом и ласковой мордой то ли лайки, то ли хаски, у приблуд, впрочем, часто так.
...а потом неожиданно для всех нас пёс Сёма закончился, а вот наша дружба с Аней, хозяйкой Оникса и Хаси, и ее собаками нет. Мало того, она за эти два года только окрепла. Но это все сантименты, не стоит скатываться в них, хоть и про птичек заявлено.
Вчера со старшеньким закрыли театральный сезон. Очень удачно, даже подумать не могла, что будет так здорово, именно с тем чувством подпитки, окрыленности, с ощущением наполненности энергией, чувствами, думами, которое бывает когда спектакль выстреливает в десяточку. Ах да, были в моем любимом Новом драматическом театре на Печерске на предпремьерном показе спектакля "Алёша" по "Братьям Карамазовым" Достоевского. Три часа, два антракта, а как один миг, ну, и обстановка, как понимаете, соответствующая для предпремьерного показа - камерная, все свои, что тоже немаловажно.
Но предупреждаю сразу: те, кто предпочитает махровую классику и четко знает, где в театре нельзя за буйки заплывать, лучше на "Алёшу" не ходите.
В прошлую пятницу у нас официально открыли памятник Анне Андреевне Ахматовой. Дата 23 июня была выбрана неслучайно, символически, ведь 11 июня 1889 года по старому стилю (23 июня по новому) родилась Аня ГОренко. Та Аня - девочка, потом девушка, с девичьей фамилией которой неразрывно связан Киев. Связан и помнит, по-прежнему чтит, хотя она его, кто в курсе ее жизненных перипетий, не особо любила, это если мягко говоря. А может оттого и не любила, что жила здесь не по своей воле, трудно и в нужде.
Есть в Городе улица Анны Ахматовой, да, пусть на отшибе, в спальном массиве Троещина, выросшем на намывных песках в конце эры "триэсэр", никоим образом не связанным с биографией поэта, но есть и это - важно. Есть в Городе мемориальная доска Анне Ахматовой на доме номер 7 по улице Меринговской (нынешней Заньковецкой), куда в 1906 году в квартиру четыре на первом этаже к любимой кузине Наничке сбежала жить от многой нелюбви - от родственной до рыбы на столе - из дома тетки Вакар Анна, гимназистка Фундуклеевской гимназии. Здесь она написала свой первый сборник стихов, здесь она впервые назвалась не Горенко, а Ахматовой.
А теперь вот есть и памятник взрослой Анне Ахматовой - поэту. Но нет в Киеве ни одной "памятной зарубки" той девочке, девушке Ане Горенко, какую ее помнит Город.
Продолжаю вас мучить рецептами. Вы уж немного потерпите, да? Новолуние сегодня, говорят, закончится, начнется прилив, задуют ветра перемен, и меня, надеюсь, отпустит, и я опять, как прежде, начну про секс и бей_или беги писать. Ну, а о чем еще писать, как не о человеческом базисе, который держится на половом, пищевом и защитном инстинктах! Все тут, не я одна, об этом только и пишут. Работа, отдых, отношения, дружба, любовь, спорт, путешествия, развлечения, театр, кино, домино и вино - это все истории про трех китов, на которых держится человек обычный. Отдельно, особняком, разве что инопланетная тема котиков.
Сейчас хочу вам про легкий салат написать, ну тот, который летом у всех на столе. И солдат, и моряк, и горожанин, и крестьянин, и мужик, и барышня его себе рубит, кромсает, режет. Главное в нем основа, базис - помидор, а все остальное - надстройка, будь-то силос-трава, огурец, редис, мясистый перец или перчик чили, рассольный сыр...
Короче, совет мой сегодня будет таков: добавьте в известный всем с детства салат из синьора Томато с дружочками ложку французской горчицы, ну той, что в зернах. Казалось бы пустяк, а салат заиграет по-новому.
Я не боюсь пути, который меня ждет, на нем предстоит испробовать все... именно про это поет Софи.
Уже и июня закат, а пляжный сезон я так до сих пор не открыла, летаю молью бледной, стигмы лета - даже не загар, а легкий намек на него, только на лице и руках-крыльях, так и до рахита недалеко. Как выходной, так температуры валятся, пасмурно и небо грозится дождем.
Странное наше лето в этом году, астеническое и фригидное, только-только под ласками солнца взбудоражиться, разогреется, разомлеет и тут же напрочь теряет к жарким утехам всякий интерес.
Вот и сегодня вышла из дому делать субботний базарчик налегке, в коротком рукаве, а там - бр-ррр... земное лето с левой ноги встало, с самого утра ходит хмурое, морщит лоб низкими тучами, солнце к нему в гости заскочило, глядит - э-ээ, тут дела не будет, да и свалило на планету Венеру.
Базарчик, кстати, сегодня так себе, махонький и жиденький. То ли погоды селян распугали, то ли просто совпадение. А я-то шла на охоту яркую и цветастую, думала сейчас как нанюхаюсь, как напробуюсь, как глазами наемся, еще и домой унесу, но вышло как вышло.
Мы же теперь со старшеньким ходим на базарчик по очереди, я так придумала, а он не отказался. А куда ему было деваться, когда субботний базарчик - это его завтраки любимым творогом на неделю. Вот, когда был пёс Сёма, там было без вариантов, если только я не дежурила в стране волшебной ОЗ, как говорится, без друзей меня чуть-чуть, а с друзьями много.
В прошлую субботу была очередь старшенького. Разбудила его по будильнику, растолкала-подняла, спрашивает: Чего принести? - Принеси себе творог, а мне цветочек аленький.
Удивительный человек! Притащил творог, картофель, чернику и прочее, говорит: Это вот мне, а тебе цветочком аленьким кило черешни, пломбир и (та-да-да!) лисички. Даже не так, а с большой буквы Лисички. Это практически единственный плюс такого вялого жарой лета. Последние года два, а то и все три, лисичек в продаже не было от слова совсем, а тут появились. Картофель с лисичками, тушеными в сливках, сдобренный мускатным орехом и молодым укропом... ох, что я вам буду рассказывать, это надо даже не пробовать, а есть. Очень по-летнему вкусно. А, если еще вприкуску с салатом из херсонских помидоров (да, они уже, наконец-то, пахнут и текут сладким соком) с многой зеленью, молодым сладким луком и нерафинированным домашним подсолнечным маслом, то можно язык проглотить.
В общем, сходила я на базарчик. Не густо, но и не пусто. Традиционный творог, смородины два вида (поесть и с походом в зиму), зеленый горошек на заморозку и обязательная мята.
Ну, и как тут у меня по субботам повелось, играюсь в художника,
Хомо хомини люпус эст. Вот так! То бишь, оказывается, человек человеку не друг, товарищ и брат, как нас учителя в детстве учили, а волк. Просто волк зубами щёлк. Представляете, об этом ещё писал в позапрошлом году человеческой эры римский комедиограф Тит Макций Плавт в своей "Ослиной комедии"!
И даже горожанин Василий Витальевич Шульгин - личность, харизма, умище, кровь, кость и такие усища (вах!), мемуары которого нынче читаю, ослиную теорию не опровергнул, а даже развил - умело и ловко, как истый журналист, натуральный, без всех этих нынешних веяний-подходов: два-три слова сумел прожурчать, завязать предложением, сумел падежи согласовать - браво! возьми с полки пирожок "Я журналист!"
ВВШ, на самом деле, личность очень и очень неординарная, но сегодня не про его жизненный путь и вклад в историю, а, наверное, стоит как-нибудь написать более-менее подробно, одна газета Юго-Западного края "Киевлянин" - крупнейшая периодика Российской империи на протяжении 55 лет, в которой он последние шесть лет ее существования, с 1913 по 1919 гг., был главным редактором, а до него его отчим, а до отчима - отец Василия, историк, действительный статский советник, преподаватель Университета Св. Владимира, он же и основатель газеты... такое вот переходное знамя.
И этот семейный анамнез, как вы понимаете, реально ярким цветком вплелся в венок анамнеза государства, от которого нынче осталось одно имя в истории... да и то, как водится, наши нынешние пЕсататели-жур-жур стараются перепи-ии-сать. Писают и писают, как будто предприняли попытку удачно и наверняка суициднуть, а вышло, как всегда у непрофессионалов неловко - по ошибке, по банальному незнанию с серьезной мордой лица объелись "серьезными таблетками", а они чудным образом оказались диуретиками, они же мочегонными.
Не помню, рассказывала ли я вам давнишний случай из практики, как тётка от неразделённой любви выпила бутылку водки и... упаковку фуросемида (какие каблетки в доме были, те и выпила, ну, а чО! Это бытовые реалии). Правда, тётка была ещё та дура - водку выпила, таблетки сожрала, и тут же вспомнила, что надо забрать внучку из сада. Вспомнила и пошла, благо - рядом. Думаю, воспитательницы того детсада до сих пор помнят то фонтанирующее шоу: пришла бабушка за внучкой, и вдруг на пороге неожиданно выключилась, упала, задёргалась (но нынче все с Интернетом дружат и очень даже в курсе, что правильно, как минимум, говорить конвульсии, а так-то - судороги), и одновременно как начала, как начала в собственной луже тонуть!..
Я вот тоже, кстати, много наговорила лишнего, практически себя словами утопила, а вначале всего лишь хотела рядом с вами помолчать, многозначительно вздохнуть и тихо, буквально шепотом (не потому, что стыдно или нечего рассказать, а потому, что со своими можно говорить не напрягая голосовые связки), поделиться цитатой из книги Шульгина "Три столицы", написанной им (я про книгу) по следам поездки в Советскую Россию в 1925 г.
"Теория, будто бы революцию делают голодные - неправильна, ее нужно сдать в архив. Революцию делают сытые, если им два дня не дают есть. Такова была февральская революция в Петрограде в 1917 году. Два дня не стало хлеба, и упала царская власть".
в обеденный перерыв, когда выходит (а я очень стараюсь, чтобы выходило), гулять туда-сюда, нарезать круги, как говорится. "Быстрые ноги" всегда были у меня для облегчения мозгов, а нынче, в этот хмурый исторический период, и подавно. Музыку в уши вставила и пошла, пошла, пошла... с географией, сколько себя помню, у меня дружба, как и с картами, а в этом районе даже навигация лишняя, я тут с конца прошлого века, реально старожил. Три работы сменила, но не район, где теперь уже практически своя - каждую подворотню знаю. И вот подумалось мне: а будет вам интересно, если я с прогулок буду картинки показывать? Правда, много слов под картинками не обещаю, но историю-вторую расскажу или процитирую известных авторов, которые писали про эти места Города.
Вот и самая короткая ночь в году, а по-молодецки попрыгать через костёр, наплести венков из луговых цветов и поиграть, как прежде, в задорный квест "Найди цвет папоротника!" оказалось в этот раз не с кем. Все неожиданно за эту долгую зиму выросли и стали внезапно ригидными взрослыми, читай - жутко озабоченными и деловыми.
Но я не унываю. Сегодня, по ходу пьесы, усыновила с походом отрез коттона в многую мелкую белую птичку, удочерила румяную черешню-красавицу, а шампанское в доме и так было. Теперь сижу-посиживаю на своем уютном балкончике, утопающем в цветах, напитываюсь-пропитываюсь сложными, и одновременно такими простыми, ароматами настоящего, что ни на есть, зенита лета - сладостью догорающего цвета липы, кислинкой припыленной листвы, горчинкой сена-бывшей травы и хорошо просоленным, бескрайним, таким лёгким и высоким в этот день, прозрачным, как астраханская вобла, небом.
Сижу-посиживаю, напитываюсь-пропитываясь, лениво черчу тонко отточенным грифелем карандаша варианты эскизов будущего платья в мелкую белую птичку... а маттиола, как сумасшедшая, цветёт, и лягухи с канала стройным хором поют - верный признак, что лето ещё погорит, похороводит, закружит, обнимет крепко и жарко. Однозначно, верный признак того, что летние платья, наверняка, всё ещё стоит шить, и прямой намёк на то, что до зимы ещё успеется повзрослеть, а вот раньше срока не надо.
Даже сливы в нашем Царском селе (село - это топоним, а так-то там нынче цивилизация взрослых верховодит - ригидная, жутко озабоченная и деловитая) об этом в курсе.
Небоскрёбы, небоскрёбы, а я маленький такой.
