Небо навалилось на землю и мы в нем барахтаемся.

На самом деле от происходящего вокруг настолько тошно, что хочется уснуть крепко-крепко и проснуться году так в 1980-м, чтоб все еще живы, деревья большие, а ты маленькая, и Олимпийский мишка улетает в небо и это - самое сильное разочарование, потому как что такое "разочарование в людях" тебе в свои шесть еще знать не дано. 

"Только в провинции любили театр по-настоящему. Преувеличенно, трогательно, почти самоотверженно и, до настоящего, восторженного одурения.

...А актеры! Актрисы! Служители Мельпомены! Жрецы, "хранители священного огня!" 

И первая меж всех, - никакая Сара Бернар не могла ее заменить и с ней сравниться, - Вера Леонидовна Юренева.

И когда на сцену, в белой тунике, выходила Психея, Юренева, и молитвенно складывала руки на груди, - в те годы это был классический прием, которым выражалось и подчеркивалось целомудрие, - глаза были устремлены к небу, с которого, по недосмотру машиниста, спускались оскорбительные веревки, - и навстречу Психее, из глубины полотняных декораций, колыхавшихся от тяжеловесной походки легкокрылого Эроса, шел, тяжело дыша, сорокалетний первый любовник, и низкой октавой начинал:

И не переводя дыхания, швырял неосязаемую бесплотную Психею на пыльный ковер, ну, тут, провинция не выдерживала: стоном стонал пятиярусный, до отказу переполненный театр. Восторг не знал границ, умиленное восхищение не имело пределов. А самое изумительное заключалось в том, что подавляющее большинство потрясенных зрителей, девяносто девять на сто, и понятия не имели ни об Эросе, ни о Психее, ни о символах, ни о мифах."

"Театр был выкрашен в ярко-розовый цвет, на фронтоне золотыми буквами так и было начертано: Храм Мельпомены. А под сим пояснение: театр отставного ротмистера Кузмицкого."

(Дон-Аминадо "Поезд на третьем пути")

То ли полнолунная догнала, то ли гормоны, недосып, неудовлетворенность своим телом, которое никак не придет в форму (а как ему прийти, если пролактин кочегарит и я жру, а выйти на мою прежнюю систему регулярных пробежек, чтобы через день и по десяточке, не получается из-за цейтнота, а то, что получается, так себе, детская забава), но я сегодня в каком-то полном неадеквате. Уже и поплакала, и поскандалила, и вышла за хлебушком, а вернулась с кюлотами и свитером-размахайкой, теперь вот капусты квашеной натрескалась - мама передала, а трудный день все не кончается.

Позвонил старший сын, зовет в гости на тортик. Не-не, - говорю, - приедем завтра, сегодня я взрывоопасна.

Пожарная часть (г. Черкассы, ул. Кавказская, май 2017 г.)

Ноябрьская затея "Ни дня без строчки", да еще и с исчислением дат по юлианскому и григорианскому календарям, появилась здесь не просто так. Во-первых, самое темное, страшное, хтоническое время в году - это месяц до Йоля, пережить его, не дать внутренним чудовищам утянуть себя на дно намного проще, если держаться за слова. Слова как поплавок, слова как заговор, слова как оберег. Во-вторых, в ноябре 18-го исполняется ни много ни мало - 15 лет, как я поселилась в лиру. А, если быть точной, то именно сегодня, 10 [23] ноября, ровнехонько полтора десятка лет, как я здесь в зеленом хирургическом костюме, с зонтиком на голове и с флаконом капель Датского короля в руках (карнавальные переодевания не в счет) и это что-то да значит.

А, может быть, и ничего не значит, кроме констатации факта: "Здесь рождались, влюблялись, пели, плясали, плакали, здесь и помрем!"

кончается осень
 

Это не инопланетная жизнь, это - творог в процессе протирания его через сито.

Пекла сырник по рецепту Дарьи Цвек и думала: а ведь идиома "Дьявол кроется в деталях" про что-про что, а вот про кулинарию точно. 

Знаю, некоторые полагают, что творог можно не протирать, как не просеивать муку, да и яйца, говорят, мыть необязательно.

А что вы, дорогуши, яйца моете? А сколько у вас разделочных досок, правда же не одна, и используете вы их, соблюдая санитарно-гигиенические требования, правда?

В ленте друзей друзей вычитала о том, что очень хочется собаку, но понимание ответственности на ближайшие 15 лет останавливает. Тут же вспомнилось шутливое о том, что нынче молодежь все чаще заводит детей, а не собак, так как собаку надо воспитывать и не зависимо от погодных условий ежедневно гулять. Поделилась со старшеньким, посмеялись вдвоем, что Даниилу с Прохором повезло. Но недолог час и Даниил начнет приобщаться к человеческой еде, вот тут, думаю, и Прохору удача не раз улыбнется.

Каждый вечер пою новенькому ребятенку перед сном. Это, наверное, можно было бы назвать колыбельными, но странно называть колыбельными попурри военно-патриотических песен, перемежающееся народными напевами и тем, что в моем детстве называли "Песни из кинофильмов".

Забавно, конечно, но за эти неполных пять месяцев из закромов памяти выползло даже то, о чем я и помнить забыла. А с другой стороны, оказывается, то, что пели хором в детстве не только глубоко, но и крепко посажено - чуть ли не на уровне продолговатого и спинного мозга, там где живут первичные (базовые) инстинкты. Так что фраза "Впитано с молоком матери" теперь для меня обретает новый смысл.

И еще из интересных наблюдений за собой. Пою я с удовольствием, вот прям душа просит петь, а не потому что "так надо". Хотя прекрасно понимаю, что никакая это не душа, а гормоны и инстинкты, так человеческой природой прописано в разделе про матерь и младенца. 

P. S. Вынырнувшие из темных глубин памяти слова песни "По долинам и по взгорьям" теперь, через тридцать с гаком лет, совсем по-другому воспринимаются, а белые - не такие уж и враги. 
 

Позвонили дружочки с вестью, что наш "домашний театр" в этом году отличился - 31 декабря спектакля нет. Как так? Не знаю. Но чтобы традицию не ломать (31 декабря мы всегда ходим в баню в театр), решили брать билеты куда получится. Получилось в русскую драму, да и то раек, все остальные места, говорят, уже выкуплены. Единственное - от нас в этот раз пойдет в театрик кто-то один: или я, или я  старшенький, Данечка, конечно, капитально прошелся по нашим привычкам. Ну, ничего, еще чуть-чуть и я его тоже приобщу к своим культур-мультур, как в свое время приобщала старшенького и младшенького.  

А так-то вовсе не верится, что еще один год фьють и его практически нет, до боя курантов осталось чуток, не успеешь оглянуться, а уже время загадывать желания и кричать "Ура!"  В общем, пора замачивать изюм в коньяке на штоллен и выбирать новое платье

Сегодня наводила порядки в своих маленьких киевоведческих архивах, в частности систематизировала записи про семью Праховых.

Киев Праховым многим обязан, а Андриану Викторовичу - особенно гран мерси и за росписи Владимирского собора, и за открытие древних фресок в Кирилловской церкви, да и за все остальное немалое. Именно Прахов связал судьбу Врубеля и Киева, это он пригласил малоизвестного на тот момент 28-летнего "воробья" в Киев для росписи Кирилловской церкви...

Но сегодня хотелось бы поделиться не про Врубеля, а историей, рассказанной в своих мемуарах Феликсом Юсуповым. 

В 1902 году родители отправляют юного Феликса, как сейчас бы сказали, в культорологическое путешествие по Италии с преподавателем Императорской академии художеств Андрианом Викторовичем Праховым. Юсупову на тот момент 15 лет, Прахову - 56 лет, это маленькое уточнение возраста важно, как по мне.

"Шутовской вид старика учителя тотчас бросался в глаза. Коротенький и большеголовый, с шапкой волос и рыжей бородой, он походил на клоуна. Мы решили звать друг друга "дон Андриано" и "дон Феличе". Начали мы вояж в Венеции, кончили Сицилией."

"...дон Андриано бегал по церквям и музеям неутомимо и весело. Часами простаивал у картин и каждому встречному-поперечному рассказывал о них по-французски с чудовищным акцентом. Туристы, пораженные его эрудицией, ходили за ним толпами."

"Одевался дон Андриано очень, по его мнению, подходяще к тамошнему климату: носил белый шелковый костюм, соломенную шляпу и зонтик на ярко-зеленой подкладке. По улице за нами вечно бежали мальчишки."

По приезду в Неаполь веселая парочка останавливается в гостинице "Везувий". Тут же темпераментный вьюноша немедленно знакомится с кучером, который обещает его недвусмысленно развлечь. Как обещано вечером, за Феликсом заезжает новый приятель и везет его к барышням  в нумера.

"Войдя в дом, я поразился: с потолка свисают на веревках чучела животных, в т.ч. огромный крокодил." 

Мадам (толстуха в фальшивых брильянтах) проводит гостя в гостиную с красными плюшевыми диванами, где прохаживаются красавицы всех мастей. Иные в чем мать родила, иные одетые как баядерки.

"Вдруг открылась дверь, и я обомлел: на пороге стоял мой старик учитель. Хозяйка бросилась навстречу и обняла как завсегдатая, своего человека. Я было спрятался за кучерову спину, но дон Андриано уже

В воздухе витала неосязаемая снежная пыль (с)

Черти что творится в природе: север в плюсе купается, а мы остываем. Уж не знаю, как дальше будет, но пока до среды твердый минус и другого не жди. Посему достала костюм лыжницы для долгих прогулок с Прохором, уж лучше семь раз покрыться потом, чем один раз инеем.

Очень трудно, почему-то, в этом году дался переход на зимнее время. Темень, наваливающаяся тяжелой медвежьей шубой сразу после полудня, как будто душит - не вдохнуть, не выдохнуть, а если дни еще и без солнца, как сегодня, то вообще ощущение холодного свинцового мешка.

Время-то я замечаю, а вот новости последнее время практически не отслеживаю, но они сами периодически выпрыгивают на меня из телефона. Неудивительно, что на недавнее сообщение о том, что депутаты горсовета просят Кабмин оценить целесообразность перехода на летнее время и в случае нецелесообразности его отменить, я сказала одно слово: Пидорасы! Т.е. мало того, что зимой мучаемся, так еще и летом счастья не знай! Ну а что, какое счастье, когда светать будет в районе четырех, а птицы так и вовсе галдеть начнут в три (спокойной ночи, граждане, спокойной ночи!). И это не говоря уже о том, что одной из главных прелестей лета - поздним закатам - тоже капут. Эх, не зря ведь говорят, что счастливые часов не замечают.

Сегодня с самого утра мороз и солнце, и пусть не коврами, а ковриками, но снег лежит, снег блестит. Старшенький ходил выгуливать Прохора, так пришел замерзший как Бобик, а белой собачке ничего, потому что у него шуба. Даже уже не верится, что какой-то месяц назад было лето. Пусть бабье, но лето, и можно было гулять неспешно и без шубы...

Эх, практически ничего, кроме карточек, не осталось, мерзну. 14 октября в картинках.

Ноябрьское стабильное настроение -

Вчера вечером первый снег был полит ледяным дождем, думала сегодня придется коньки доставать, а нет, все оказалось более прозаично -  льдинки тают. И да, в первом снеге, как и в первой любви, все-таки, есть что-то такое нежное и щемящее, хотя по сути это не что иное как акт безрассудства.

Периодически мой телефон живет своей жизнью и за нами с Прохором следит. Очередное доказательство, что

Вот и все, баста, карапузики. Сегодня, 1 ноября по старому стилю, со свистом и визгом ворвалась в Город, как Петлюра, на коне-ветруне сучья дочка Мара. Как начало мести в девять, так до сих пор метет. За окном рождественские виды, а я пытаюсь сообразить, как же мне стать на лыжи вместе с Даниилом не Хармсом. 

Давеча подруга подогнала слингокуртку. Это вещь, скажу я вам. Закинула малышонка в слинг, сверху куртейку-двухобогрейку надела, капюшоны задраила и можно выходить в открытый космос выгуливать Прохора. А учитывая, что курточка небесно-голубого цвета, то  "Ледяной горою айсберг из тумана выплывает" - это теперь песня про меня. 

Однажды, когда младшенький был совсем деточкой, мы его спросили, кто такой Ленин. Ленин, ленин... ленин - это тот, кто ленится! - был его ответ.

Так вот, Проня наш совсем неленин. 

Пьеса "Субботник" в пяти актах.

Все-таки осень в этом году превзошла все самые смелые ожидания, даже я ее немножко полюбила, потому что любить +20 на излете октября и ноябрьские +12 при бодром солнце совсем несложно, особо зная, как оно обычно бывает - хмурь, дождь, холод, сто одежек, сапоги по шею, а нос мерзнет. А тут хожу до сих пор в туфлях, душа нараспашку, глаз блестит, но с понедельника, увы, грозят чуть ли не снегом и морозами.

Хотя приближение зимы уже считывается по проступающей все более отчетливо черной графике деревьев, по набирающему глубину холодного цвета Днепру,

Даня расширяет границы познания мира. Теперь каждое утро начинает с того, что проснувшись рядом со мной, вначале щупает мой нос, потом хлопает по щекам и, убедившись что я - не сон, заливисто хохочет.