Звоню старшенькому, спрашиваю: как будем поздравлять парня? Как-как, - отвечает, - купим ему килограмм зефира в шоколаде, пусть порадуется.

 

Однажды, будучи ещё в совсем щенячьем возрасте, Семён в наше отсутствие утащил со стола килограммовый пакет зефира. Осилить весь килограмм он, конечно,  не смог, но то, что не съел - понадкусывал. По возращению домой нас ждал монументальный триптих мозаикой на полу. С одной стороны зефир недожёванный, с другой - прожёванный, но как-то странно вышедший из организма в непереваренном виде, а посередине - довольный пёс.

С этими непрекращающимися дождями режим утренних пробежек совсем сбился, приноравливаешься, подстраиваешься к погоде, в общем, ерунда сплошная на выходе, а тело ведь просит. Стоит признаться: бегала я всегда, в школьные и институтские годы, бегала после, по стадионам, в парках и скверах, по морскому побережью, улицам разных городов, в которых жила и  гостила, но всё это было эпизодами, рецидивами, сезонными обострениями. Пришла весна, побежали соки и ты, выйдя на улицу, понимаешь, что не бежать невозможно, но ближе к ноябрю, когда утро - ночь, а под ногами похрустывает инеем ржавый скользкий лист, желание движения во мне замирало. А тут впервые за все свои годы я бегаю без перерыва 16 месяцев. Для моих мозгов - это срок, победа над собой (как бы пафосно это не звучало), а для тела - уже привычка, условный рефлекс, физиологическая необходимость. 

 

Проснувшись сегодня утром, первой мыслью было: ну дождь, ну слякоть, но разве это препятствие для тебя, чай не сахарная - не растаешь! И мы с Семёном побежали по лужам под дождём. И это оказалось просто и так здорово, как будто на машине времени ты перенёсся в детство, где открыты все дали и нет ничего невозможного, можно даже в космос полететь - стоит только сильно захотеть. 

Ну вот, и дождалась Марфа Семёна-дня. Бабий праздник, бабьи хлопоты. Темно, стыло, уныло. Небо в свинце, дождище стеной, Город насквозь промок и продрог, что бездомная собака. Ай, не жили в тепле - нечего и начинать! 

 

Спозаранку сбегала с псом на базар к крестьянам, набрала разноцветной осенней радости - краснобокого мясистого перца, лакированных  синеньких, розовощёких помидоров, капусты трёх пород, две горсти хохлатой фасоли, зелени росистой большой пук (укроп, петрушка, базилик, кинза, тархун, зелёный лук), полкареты тыквы - ничего лишнего, да. Ах, ещё и груш прихватила. Еле унесла. Полдня варила, жарила, томила, пекла, солила, резала, блендировала, соединяла и совокупляла, накрывала стол, сервировала, кормила, ублажала, в общем, скрашивала, как умела, ненастье дня. 

 

Вечером, с чувством выполненного перед семьей долга, ходила ногами, одетыми в цвет фуксии, в театр. Открыла сезон, заодно и выгуляла новую сумку в цветах. Что поделать, бабы такие бабы, даже в Марфино лето.

 

И, когда с каждым днём утро всё темнее и гуще, природу неукротимо рвёт мутным дождём, а лист осенний вместо золота покрывается паршой, хочется немедленно замереть, застыть, превратиться в спору, чтобы как-то себя сохранить, донести, не расплескав, не растратив, до циркуляции соков в берёзах, любовного постукивания дятла, клейких заплывших огарков, налепленных к веткам, земли волнующейся, поэзии, что греческой губкой в присосках - будет, обязательно будет! Сохранить, донести, пусть и для одного-единственного действия - положить себя ещё раз между зелени клейкой на мокрую доску зелёной садовой скамейки. А, если повезёт, если кто-то там разрешит, то и прорасти, да. 

 

А у некоторых, у тех, кто тебе удивлением, всё иначе, у них осень - время любви, сезонная горячка, неутолимое влечение, непрекращающиеся разговоры о построение отношений: как приманить, увлечь, придержать, удержать, увлечь и развлечь. Дивные, суетные люди в своей страсти - страсти пенетрации, сохранении себя с участием других.

Устроила летнему смену пажеского караула. Рассортировав обувь и радостные платья, отправила их на зимовку. По-хорошему не мешало бы обновить гардероб, но совершенно не чувствую себя в этой осени ни фасоном, ни колором. Выхожу из положения опытом и сноровкой - мимикрирую под природу. Квело борюсь с увяданием - пью рыбий жир, восполняю водно-электролитный баланс селёдкой и арбузами, много гуляю с псом Семёном, у него тут по осени рецидив Донхуанства, одновременно ухаживает за тремя суками, но не знает, с кого начать. 

 

Кстати, а как вы предпочитаете разделывать арбуз? Резать вдоль щедрыми ломтями, поперёк кружочками, а потом на четвертинки, или, предварительно срезав корку, нарезать мякоть порционно и есть её вилкой?

Зима, февраль в разгаре - день прибывает, вечера пламенеют, мне уже целых десять лет. Бабушка в гостях, родители на работе - полная свобода! Первый вкус одиночества. Тороплюсь успеть, тороплюсь насладиться. Открыть платяной шкаф, надеть мамино любимое вечернее платье цвета переспелой вишни (претончайший японский шелк, отрезное по талии, юбка-солнце, длинный рукав, на манжете волан, ручная работа соседки Поликарповны - белошвейка, хорошо помнит, как было при царе, в революцию уже девицей была, нынче слегка подслеповата, но руки помнят, все жены местных сегодняшних царьков - вассалов компартии - к ней в очередь; принимает дозировано, величаво, вначале приема поит чаем из чашек китайского фарфора, щурит голубой выцветший глаз, ведет неторопливую беседу, без каблука на примерку не берет; маме же шьет без очереди, мне по малости лет достаются разноцветные лоскутки: теплый шелк, холодящий шифон, уютный панбархат, острая парча и прочие радости, уже потом, когда я повзрослею, она мне сошьет платье на школьный выпускной вечер и вышьет его бисером по корсету), туфли на шпильке, три ряда бус - самых звенящих. Спешу, тороплюсь, нервным метрономом отсчитываю время до, подворачиваю каблук - то ли дело, когда не твой размер, но фасон он. Включить свет поярче, музыку погромче, и перед зеркалом кружиться, кружиться, кружиться до вишневых кругов в глазах...

С Днем рождения, Геннадий Федорович, с Днем рождения!
Мы вернемся, когда наскучит
Жизнь с медведями, без людей,
В город мокрый и самый лучший,
 В город осени и дождей...(с)

Вот опять, как вновь, не успела нашить сарафанов на семь жизней вперёд, привыкнуть к загорелым ногам, к солнцу, что бьет наотмашь, а лето взяло и неожиданно закончилось. Сегодня! Фьють - пиши мелким почерком, стучи в приват, бей в набат, плачь дождями, стегая туманами саван ночей.  С любовью всегда так. Как с иностранным языком интесивом: последняя тема - самая сладкая, самая горькая, самая пронзительная.

 

Ходила на рынок за клубникой (на поверку оказалась сладкая, сочная, но не то, совершенно не то - солнцем не пахнет), нечаянно подслушала, как одна дама  сказала второй: такая погода, что только спать! Я бы с удовольствием, - ответила её визави, - только не с кем.

И в этой окружающей среде почти всегда так: один любит арбуз, а второй - свиной хрящик, но упорно и натужно они пытаются найти точки пересечения.

 

Кстати, вы понимаете, что такое любовь, а что счастье?  Нет?! Так послушайте, клезмерам есть, что вам рассказать.

А козочка хромая
Кричит им грустно: «Ммееее!!!…
Ничего не понимаю –
Что у них на уме?»
 

Всю ночь снилось горелое мясо, три сна подряд. Под утро обнаружилось, что вовсе это не кошмарный сон, а ужасная реальность. Бульон на борщ, забытый вечером на медленном огне, сгорел вусмерть. И, если бы это было впервые, я бы не беспокоилась, но это третья кастрюля за мою недолгую жизнь, которую я предала кремированию. Подозреваю, что это неспроста, как-то пахнет это патологическим.

 

Кстати, никто не знает, где пройти тест на склонность к пиромании?

Мой сын тут давеча заметил, что он - красивый, умный и будет знаменитым. 

Не расстраивайся, сынок, - говорю ему. - Если что, то у нас есть запасной крючок для ловли девушек - пёс Сёма. 

***

Сидели тут как-то, болтали, я взяла, да и поделилась сокровенным - уйти в кругосветку с научной экспедицией, конечно же, по специальности. И всё бы ничего, только старшенький теперь меня по случаю и без донимает: ты меня совсем не любишь, собираешься бросить, буквально променять на какого-то там капитана дальнего плавания. 

***

Теперь окончательно можно вытряхиваться из лета, никаких надежд. Сегодня вернулся с отдыха деточка, ему 1 сентября в одиннадцатый класс, а когда он пошёл в первый, я завела на лиру дневник. Куда уходит детство? Вот вопрос. 

***

Настроение смутное, целый день льет, льет, льет холодный дождь, а дальше - только зима. Пойду запишусь в школу фламенко, сошью платье в пол и дам свободу телу. Давно об этом мечтала. Нужно же как-то дожить до весны.

Леточко, сладкая деточка, в одну ночь, пока все спали, сорвалось и ухнуло вниз. Не доглядели, не досмотрели, не сберегли. Лежит под ногами мёртвым, холодным, восковым. Серо, стыло и пронзительно пахнет тленом.

 

В такие дни с каждым годом всё острее ощущение мига, быстротечности дней, буквально каждой клеточкой чувствуешь, как утекает жизнь, проходит сквозь, вскольз.