Жила-была муха. И однажды пришла весна. Муха потянулась, расправила крылышки, потерла лапки и высунулась из укрытия. Никого. Пробный облет территории: просторно, тепло, солнышко. Муха устроилась на стене и замерла…
- Черте что творится! – кричала муха, быстро-быстро махая крылышками. Огромный зеленоглазый кот с кошмарной скоростью носился за ней, норовя сбить ее лапой.
Муха чувствовала, что силы ее покидают, что она срочно должна сесть и дать отдых крыльям. И села. Мощный удар оглушил ее.
Мама прихлопнула муху ладонями через занавеску.
- Все, Барсик, поймали мы ее. – сказала она, выбрасывая насекомое в мусорное ведро.
А Барсик еще долго смотрел на стены, насупив мордочку, выглядывая, не засиделась ли где на стене еще одна жертва.
Мухе, наверное, стало бы легче, зная, что это самый кот тоже подвергается ежечасным, ежедневным гонениям маленькой девочкой.
А маленькую девочку ежедневно шлепают по попе за разорванные журналы, разбросанную еду, разбитые тарелки.
Интересно, а мухи кого-нибудь преследуют?

Это цитата сообщения Mages_Queen Оригинальное сообщение

***

Ваше волшебное печенье

Получить свое печенье

 

 

                                                                                                                                                                                                                        Mages Queen

 

                                                                                                                                                                                                               

 

 

 

 

Избалованный родительскими понтами ребенок пережил намедни культурный шок. Оформление карты для детского сада, это у нас наиувлекательнейшее действо. Оно сопровождается ранними подъемами, очередями за талончиками, поездками на транспорте, сидением в очереди, хотя на руках талончик с четким временем приема.
Мы решили, ну что мы будем барствовать, всего-то нашлепать печатей специалистов, да написать «здорова»! Будем мы еще деньги платить за такие мелочи. Так я думала первый и последний раз в своей жизни. В этой стране надо платить деньги.
Поехали мы в стоматологию. Сели в трамвай и поехали. Трамвай свернул в неведомые края, где нет никого, а только трамвайные рельсы и собственно сами трамваи. Ни тротуаров, ни намека на какие-нибудь указатели остановок. Глушь. На фоне весеннего неба торчали трубы ТЭЦ-14, из которых валил дым. Ошарашенная Аня хваталась за личико, потом простирала руки в небо, к трубам, и что-то бормотала. Это был трамвайный парк. А туда, куда нам бы надо, трамваи уже полгода не ходят.
Пешком, с коляской, по нечищеным дорогам, по вонючим улицам. Пришли. Нашли. Зашли. Гардероб в подвале. И вот тут-то бедный мой ребенок испугался по-настоящему. Откровенно говоря, я тоже была потрясена. В полумраке мы разглядели стены, выложенные плиткой, пожилую гардеробщицу, ободранные скамьи, а в нос нам била непередаваемая буквами вонь. Сырость и канализация смешались воедино. Аня кричала, пыталась увести нас оттуда, подпрыгивала, и по всему было видно, как ей страшно и противно.
В регистратуре три клуши вели неспешные беседы, не отвлекаясь особо на собравшуюся у окошечка очередь. У кабинета врача собралась уже внушительная толпа, восседая на продавленных креслах времен молодости моих родителей. Везде воняло тухлой рыбой, что было очень удивительно и заняло наши умы на добрых минут 15. По узким и темным коридорам с обшарпанными стенами с воплями носились дети. Наконец-то мы зашли в кабинет, тоже собственно, оставлявший желать много лучшего. Почему-то больше всего я поразилась коричневой заплатке на синем стоматологическом кресле, тоже времен царя Гороха.
Ну и под занавес: Аня хватанула с этажерки какую-то банку с чем-то. Крышка у банки была не закрыта, в итоге содержимое потекло на руки. Врач заголосила, обвиняя меня в недосмотре (согласна, но банка с какой стати не закрыта?), мы бросились мыть руки, мыла мне не дали, что в банке не сказали. А дома обнаружилась сыпь на руках.
Кстати говоря, я пыталась попасть платно вне очереди, но мне отказали, объяснив, что они это не практикуют.

Как важно найти единомышленников. Как важно, найти понимание в коллективе. Как важно найти поддержку.
Аня нашла все это в лице еще двух девиц. Когда их было двое – Аня и Маша – это как-то не работало, но пришла в группу новенькая Ксюша. И завертелось. На последнем занятии они сплотились в маленькую, но очень отчаянную банду. Три девицы круши зал, срывали занятие раза четыре. Рыдали, вопили, убегали. Устроили маленькую драку. В суматохе Маня звезданула Ксюне по лицу. Потом обзор воюющих девиц для меня закрыли встревоженные мамы. Однако никто не смог объяснить, почему в итоге рыдала Маня, а Ксюня серьезно и деловито расшвыривала мячики из корзины (что делать было нельзя). Рыдающую Машу успокаивали всем миром… мальчики и мамы. Ксюша была занята, а моя дщерь восприняла слезы товарки как нечто очень поразительное, в ребенке проснулся ученый, и она взирала на развернувшуюся пред ее очами сцену, как сотрудник лаборатории на подопытную мышь. А мальчики Машу гладили по головке. А Аня неприкрыто таращилась и улыбалась.
Первые подозрения закрались мне в душу, когда я перед занятием купила себе кофе в автомате, а Ксюша и Аня буквально карабкались на меня, чтобы отнять стаканчик и узнать, что я пью. Когда мамы сыграли и озвучили сценку «Аааа, горячооо!», девчушки решили, что мы издеваемся, и чуть не свалили меня с ног. Я выстояла.
Но стало понятно, что одну, свою, деточку я еще выдюжу, а вот деточку с поддержкой уже вряд ли. И точно, с занятий выходили все как выжатый лимон.

Вот и наступила незаметно стадия «это МОЯ мама». Ребенок бережет меня от посягательств других людей, не взирая на степень родства. Она громко протестует, рыча, против любого вторжения в наше с ней личное пространство.
Вообще, мы голову практически сломали над следующим феноменом. Вдруг на пустом месте Аня начала рычать на бабушку, прогонять и вообще вести себя по отношению к ней довольно паршивенько. Прямо скажем, мы растерялись. Дедушке тоже доставалось. Дядя к нам приходит пару-тройку раз в неделю, дядя для нее, наверное, что-то типа божества. Ей достаточно стоять и держать его за руку. Потом, правда, дяде приходится вымаливать у кота прощения. Барсик у нас ревнивый. А уж Антоху он считает своим собственным и ни с кем его делить не намерен. Сцены ревности очень красноречивы бывают. Прощение вымаливается конфетами и прогулками по балкону на руках у провинившегося.
И вот вчера на кухне, когда Аня в очередной раз на глазах у собравшихся совершила коронный полет с табуретки, я ее соскребла с пола и начала жалеть. Ребеночек приник, хныкал. Бабушка приняла живое участие в успокоении, и тут же схлопотала по рукам, и была обругана воплями. И тут-то истина предстала перед нами во всем своем великолепии. Мы сыграли еще пару сценок, обнимаясь на глазах у ребенка, на что Аня реагировала бурными и продолжительными криками и дракой. Но эмпирическим путем догадка была подтверждена.
Ужин тоже невольно все подтвердил. Каши Аня есть не хочет, приходится проявлять фантазию. По этой части у нас бабушка мастерица опытная. Придумала она в ложечку с кашей сверху класть маленькую ягодку из варенья, земляниченку. Ребенок с радостью поглощал такую композицию. Ложечку с кашей держала я, ягодку плавно опускала бабушка. Один раз промахнулись, ягодка упала. Бабушка на повышенных тонах сказала, что я ложку держу неправильно. На этот выпад в мой адрес - вполне невинный - Аня вдруг крикнула бабушке:
- НЕ НАДО!
Вот так-то вот. Мам обижать не рекомендуется.

Это цитата сообщения baltushka Оригинальное сообщение

Программа KnittStayler – расчет выкройки вязанного изделия и расхода ниток. Применимо к ручному вязанию

[700x560]
Для меня рассчитать количество ниток на изделие, а тем паче обсчитать выкройку – проблема. Никто меня не учил таким тонкостям, все почерпнуто из разных источников и очень поверхностно. Больше даже на интуитивном уровне. А программа KnittStayler сама считает и расход материала ( то бишь ниток), да еще выдает полный обсчет выкройки. Нужно только ввести в программу KnittStayler свои размеры, количество петель и рядов образца и расчет выкройки готов! При этом образец можно вязать произвольного размера. Нужно только количество петель и количество рядов. А еще программа KnittStayler выдает выкройку в сантиметрах, что тоже немаловажно. Правда программаKnittStayler предназначена для вязальных машин, которые подключаются к компьютеру, но что мешает нам использовать ее для обсчета выкройки для ручного вязания?

Еще в программу KnittStayler заложено несколько выкроек основ, комбинируя которые ( в специальном разделе – конструктор) можно создать практически любой вариант кофточки, джемпера, кардигана или еще чего вздумается.

Стоит и пылится в печали целый, еле закрывающийся ящик с игрушками. Все эти развивающие сортеры, пирамидки, машинки, пазлы и прочее оказались не у дел. Аня прониклась любовью к маленьким куколкам, маленьким керамическим фигуркам и кошачьим игрушкам.
У кота есть домик (когтеточка с норой), в домике живут его игрушки: три поросенка (подозреваю, был год свиньи накануне его появления в нашей жизни), несчастный лось (привезенный мне братом из Финляндии и нагло экспроприированный котом) и по мелочи что-то. Барсик к игрушкам своим относится с большой любовью. Поначалу все это богатство мы стирали, когда он совсем замызгивал своих друзей по углам. Однажды, мы с мамой уже были на работе, игрушки висели на веревках на кухне, когда папа услышал кошачий писк (мальчику тогда было от силы месяца два): кот сидел на табуретке, полными слез очами смотрел на свои игрушки и пищал. Если правильно помню, папа снял ему его богатство, и кот утащил их играть.
Теперь один из поросят стал просто камнем преткновения. Аня его обожает, у кота он тоже в фаворитах. Если неожиданно показать обоим обормотам этого поросенка, оба кинуться его отбирать. А это грозит царапинами и побоями.
На днях Аня извлекла из кошачьей сокровищницы этого порося и таскалась по дому, нежно прижимая его к лицу. Чистоты в поросенке не было заметно вообще. В итоге, мы его искупали, пока Аня принимала душ. На следующий день несчастного поросенка девочка мыла раза три. А утром своего любимого, ненаглядного зверя на кухонном столе (чистым игрушкам кухонные столы не возбраняются, а поросенок аж блестел) обнаружил Барсик. С мурчанием утащил в зубах в комнату и долго с ним играл. Сижу и жду, когда Аня проснется. Будет битва!

Есть на свете слово такое: «кать». Догадаться, что оно значит, практически невозможно. Однако ж мы и рады бы не понимать, но Аня дополняет это слово действиями.
С Нового года лежала в шкафу шоколадная ёлочка, что сделала Аня такого, что бабушка дала ей кусочек шоколадки, не знаю, но это уже свершившийся факт. Кусочки микроскопические, конечно. Но девица-то настойчивая. Два дня она нас водила к шкафчику, ныла и просила «кать». Она слопала добрую половину елки, когда в нас проснулся воспитатель, и мы тайком остатки прежней роскоши переставили в другой шкаф. Это дало нам шанс увидеть и детально рассмотреть выражение лица, символизирующее недоумение. Мы постукивали по пустому месту в прежнем шкафу, говорили, что шоколадка кончилась, что Аня все съела, а ребенок в полной растерянности и недоумении на это взирал. Понятное дело, она нам верила, но смею предположить, в ее мире шоколад в шкафу не заканчивается, там вечный источник.
Но опять возникла ситуация, когда, чтобы успокоить вопящее чудо, был призван на помощь шоколад. Аня проследила.
- Ага! – сказал ее немногословный внутренний голос, и все члены семьи по очереди за ручку были отведены к новому месту хранения шоколада и оповещены о том, что там «кать».
А вообще, это Барсик во всем виноват, у него тоже есть конфетки, которые ему дают иногда, когда он сильно допекает. Приучил нас. Теперь у нас рефлекс.

Это цитата сообщения Helam Оригинальное сообщение

Tоп с баской из Vogue Knitting!

[275x400]
Tоп с баской из "русского" Vogue Knitting!
Дизайнер- Norah Gaughan!
Tоп с баской очень романтичный и женственный...
Описание на русском!

Ошибочно полагают, что при вязании нужны спицы, пряжа, да руки. Чем глубже влезаешь в это занятие, тем больше всяких приспособ нужно. Самое актуальное, что я всегда держу под рукой, это сантиметровая лента. Но этим самым лентам в моем доме жизни нет.
Началось все примерно год назад, Аня как раз впала в то состояние, из которого, боюсь, выйдет уже не скоро: из маленькой кричащей девочки она превратилась в маленькую озорницу. Первой, бумажной ленте, была уготована страшная смерть. Как всегда я вытаращилась в монитор, а ребенок и котенок за моей спиной поделили по-братски несчастный сантиметр и весело его изодрали в клочки. Потом я постепенно доставала эти ленты из ближайшего магазина. Всех их ждала примерно такая же участь. Иногда, за неимением лучшего, я измеряла свои вязалки обрывками ленты с обслюнявленными концами и дырками от когтей.
Аня росла, в моей душе теплилась надежда, что можно уже купить добротный «сантиметр», поскольку вещь нужная в принципе. В один прекрасный день я решилась. Купила. Этот сантиметр Аня победить не смогла, пришлось отдать все лавры коту. Сначала он его ополовинил и изодрал. Слава богу, сторона, начинающаяся с нуля, осталась цела. Но прожила недолго, Барсик не забыл, что дело осталось незавершенным, и слопал еще 3 сантиметра от начала ленты. Пришлось выкинуть. Потом нашлась маленькая рулеточка. Прекрасная и удобнейшая вещь. Ее в итоге принесла мне Аня… Я, наверное, никогда не узнаю, каким образом кот огрыз 3 сантиметра и у рулетки, и где пластиковый кончик.
Зато был большой плюс у врача. Девица наша, углядев знакомые ленты, спокойно дала себя обмерить.
А я сейчас вынуждена измерять связанное телефоном. Я знаю, что у него одна сторона 9,5 см.

А дети-то мстительные бывают. Вот так порой наивно полагаешь, что маленькая еще деточка, память короткая. Как бы не так.
Про манеж упоминала я уже. Сижу тут давеча в кресле, вяжу себе. Приходит девочка и начинает мычать и куда-то меня тянуть. Отбрыкаться не удалось, пришлось сложить оружие и подчиниться силе тяги. Привели меня к манежу, расстегнули дверцу и загрузили внутрь. С гаденьким хихиканьем молния с визгом резко была застегнута. И вот сижу я в манеже, а ребенок на цыпочках обходит его по периметру и подхихикивает. И хихиканье такое счастливо-мстительное. Мол, да наконец и ты прочувствуешь на своей шкуре.
Когда мне надоело, я представила себя Гулливером и перешагнула через манеж. Мой юный лилипут был до глубины возмущен, и попытался водворить меня на место. Пришлось поругаться. Но все равно в манеже я периодически сижу. И дверь у меня перед носом часто закрывают и пинками из помещения выпихивают. И рычит на нас, когда мы резко говорим.
Одним словом, закрывает пробелы в воспитании нашем.

Связала я первые в своей жизни носки.
Надо было везти Аню к врачу своим ходом. По предыдущему сообщению можно понять, что наш папа двинулся умом. А на улице мороз невероятный. Ну то есть, вероятный, вообще-то зима на дворе. Но просто детей не выводят обычно в такую погоду. Мы вывели. Мы вывели закутанный комок одежды. Торчали только глаза. На обратном пути она вяло сопротивлялась тому, что ей замотали лицо. И я даже где-то читала, что в мороз не надо заматывать шарфами физиономии, будет еще хуже. Но паника - великая вещь.
Лично вот я не заметила никакого холода, потому как тащила килограмм 15, в лице Ани. И эти 15 кг еще и болтались у меня на руках в разные стороны. Было еще тяжелее. А тащила потому что Аня не ходит туда, куда надо ходить. Она ходит по своим делам. В метро она, увидев выехавший из тоннеля поезд, дала деру. Выдрала ручонку и в слезах рванула прочь. Поймали, конечно, в таком облачении далеко не убежишь.
Когда мы добрались до дома, она уже спала на ходу. С немытыми руками она залезла в манеж, схватила куклу в объятия и затихла. Ее растолкали, помыли, покормили и уложили.
носки

Совершенно определенно, то чувство, которое я сейчас испытываю, называется "страх". Сумасшедших нельзя бесить. А у меня ощущение, что я машу красной тряпкой перед быком и жду, когда он бросится на меня. И не уверена, что мне будет чем защитить свою жизнь.
Но при всем при этом я совершенно не готова позволять этому сумасшедшему человеку и дальше продолжать творить свои подленькие поступочки и вторгаться грязными ногами в мою жизнь. И в жизнь моего ребенка. В своем стремлении меня уесть он перешел границы разумного. Он дошел до той стадии, когда не осознает, что причиняет вред ребенку.
Хочется верить, что я сгущаю краски, но боюсь что нет.
Где моя каска? Пойду сяду в окоп.

Совершенно определенно, то чувство, которое я сейчас испытываю, называется "страх". Сумасшедших нельзя бесить. А у меня ощущение, что я машу красной тряпкой перед быком и жду, когда он бросится на меня. И не уверена, что мне будет чем защитить свою жизнь.
Но при всем при этом я совершенно не готова позволять этому сумасшедшему человеку и дальше продолжать творить свои подленькие поступочки и вторгаться грязными ногами в мою жизнь. И в жизнь моего ребенка. В своем стремлении меня уесть он перешел границы разумного. Он дошел до той стадии, когда не осознает, что причиняет вред ребенку.
Хочется верить, что я сгущаю краски, но боюсь что нет.
Где моя каска? Пойду сяду в окоп.

Детские игрушки заполоняют дом. Плохо, когда дарители страдают гигантоманией. Только избавишься от одной, перерастешь, например, как притаскивают другую. Скоро в доме будут жить огромные игрушки, а мы будем пробираться между ними бочком. Как в комнате какого-то сумасшедшего, показывали в новостях лет 5 назад, что у него повсюду были вещи, вещи, вещи и ууууузенький проход, даже скорее лаз.
Из необходимых, но громоздких предметов был манеж. Как Аня в нем орала. Такие трели были, невольно можно было заслушаться. Очень музыкальный был вой. Причем она еще и пасла всех, кто проходил мимо. Очень невыгодная для нас, для скрывающихся, была диспозиция у этого манежа. Она нас или в зеркало, висящее в коридоре, засекала, или просто умудрялась так подтянуться-перегнуться, что палила прошмыгивающие в полумраке коридора по стеночке фигуры. И орала. Резко и с надрывом. Эх, от неожиданности можно было подпрыгнуть на месте. В общем, манеж Аня не любила. Все ее время препровождения в нем заключалось в непрерывном ожидании, когда ее, наконец, оттуда вынут.
К лету мы от него избавились. Сложили, сунули в чехол. Комната сразу стало больше, а у Ани одним поводом для воплей меньше.
И вот утром она его обнаружила. Развив бешеную деятельность, она вытребовала, чтобы манеж разобрали и отдали ей. Причем выла от нетерпения оказаться внутри.
- Эх, моя милая, забыла уже как вопила, сидя внутри, - хихикала я, разбирая конструкцию.
В итоге, посреди комнаты опять манеж. Внутри манежа игрушечная коляска, кукла, детские тапки и поильник. И не дай мне Бог нарушить гармонию этого хаоса. Заклюет.

Посмела я тут заболеть. Позволила себе роскошь. Причем хорошо заболеть, так чтоб не встать. Аня не поняла. Утро вроде бы началось как обычно, а мать не встает. Лежит себе под одеялом. Почему-то кормит бабушка. Что за дела? И ребенок решил действовать.
Пришла и стала тянуть меня за руку
- Я, - говорю, - Аня, тут поболею немного. Ты иди к бабушке, ладно?
- Ыыыы, - сказала Аня, и продолжила тянуть.
Пришла бабушка, навела порядок, ноющую Аню увлекла в другую комнату. Но Аня обо мне не забыла и опять пришла.
- Ыыыы! – на этот раз добавились слезы.
Но я все не вставала. Тогда ребенок стянул с меня одеяло и принес штаны. Я уже гоготала в голос, а Аня изнылась вдрызг. Слава богу, отвлеклась и ушла.
Пришел кот. Долго молча таращился на меня с порога. Подошел поближе, потом забрался в ноги. Глаз при этом не сводил. В итоге, очень меня пожалел и даже погладил по лицу. Но неординарность события у него не вызвала восторга. Но это в первый день моей вынужденной лежки.
На второй день они оба, и деть и кот, готовы были держать меня в кровати до морковкина заговенья. Аня, удобно устроившись на мне, созерцала мультики, раскладывала на мне свои игрушки и читала книжки. Кот приходил, чтоб в тепле и тишине не менее удобно поспать на моих ногах.
Когда я таки встала, им это явно было не по душе. Кот, к примеру, меня игнорирует.