Книгу Джона Грея «Дети с небес» я читала, наверное, полгода. И конспектировала.
Но, признаюсь, в самом начале эта книга меня раздражала. Потому что 1/3 ее на тему «Вот вы прочитаете эту книгу, и все ваши «родительские» проблемы будут решены». «А вот такой-то человек с такими-то проблемами прочитал эту книгу, использовал пять принципов позитивного воспитания и вот как теперь у него все хорошо». В общем сразу начинаешь подозревать, что тебя просто хотят заманить и обмануть. Между тем, середина очень полезная, и воды в ней гораздо меньше. Посему мой конспект прилагается. Пишу для себя, но вдруг кому еще пригодится.
Читать далее...

Я на работе. Звонок в редакцию. Трубку берет секретарь.
- Кого позвать? Кого-кого позвать? Улыбается, протягивает трубку.
- Мам, знаешь что, - говорит Лида, - А я рысь! Р-р-р-р-р-р-р! Р-р-р-р-р-р-р-р-р!
- Здорово.
- А еще знаешь что? (шепотом-шепотом): А я сегодня обкакалась.
- Как уж это у тебя получилось?
- Ну, я рисовала. Думала, сейчас пукну, а оно взяло и вон чего!
- Ну ладно, бывает.
- Бабушка меня потом мыла на даче. А еще я в грязь упала и бабушка меня снова мыла. Я за Жулькой бежала в резиновых сапогах. А там только что дождик прошел и скользко было. И я так плакала-плакала!
- Больно было?
- Не-ет, не больно, просто грязно-грязно, и все руки, и вся одежда гразные. Но я не красивую одежду испачкала, а такую, дачную. А еще я нарисовала как будто я на сцене и еще я в песочнице, но неаккуратно так нарисовала. Ну ладно, тебе же там некогда, пока!

Вчера видела очень необычный спектакль. Театра PIANO. Это театр неслышащих детей, театр пантомимы. Спектакль назывался «Дождливые короли». Дети – просто зажигалочки, такие пронзительные и талантливые, весь зал «заразили» и заставили танцевать руками. Весь спектакль состоит из небольших миниатюр, трогательных, веселых, разных. Очень много интерактива. Ребят из зала звали на сцену и СОтворили вместе.

Кстати, очень удивительное ощущение – чего-то ирреального. Дети эти не слышат ВООБЩЕ. Но они танцуют под музыку, синхронно, они ТАК чувствуют ритм, друг друга!

Зрители вначале хлопали, а к концу многие начали просто поднимать руки вверх и мельтешить пальчиками – чтоб актеры их видели. Хотя, мне кажется, громкие аплодисменты они тоже чувствуют. Когда-то студентами мы ходили в ночной клуб, куда любили приходить глухонемые ребята. Они часто танцевали перед динамиками. Так низкочастотные звуки просто колотят в грудную клетку. От аплодисментов, конечно, не так, но все равно ведь идет звуковая волна, поток такой ритмичный.
Я сидела довольно далеко. Это было плохо, потому что очень хотелось видеть лица и их мимику. А народу было столько, что все приставные места и вообще все проходы были заняты. Я когда пришла перед спектаклем – он шел в Кремлевском концертном зале, думала, что вот, сейчас куплю себе билет спокойненько. А там просто толпа людей перед входом и на кассах большими буквами «Билетов на PIANO нет». Случайно в последний момент купила у кого-то с рук.

Просто у театра нет своей площадки, где они давали бы спектакли. Находятся они при Нижегородской школе-интернате для глухих детей. Какой-то небольшой зальчик там есть. Наверное, они там выступают. Иногда их спектакли идут у нас в Доме актера, еще где-то. (Читала, что они дают до 40 спектаклей в год). Но на массовую рекламу у театра просто нет денег. Ира с моей работы, которая писала об этом театре, рассказала, что у них есть свой сайт и там в новостях можно увидеть информацию о ближайших спектаклях. А еще наконец-то администрация города нашла денег и помещение их студии будет реконструировано и увеличится в 2 раза. Дай-то Бог! Тогда, наверное, они будут выступать непосредственно там.

Лидке вот будет лет 7 – 8, я ее обязательно свожу. Раньше, наверное, не надо, а позже – хоть до бесконечности. (Хотя на спектакле вчера были даже совсем крохотулечки, но вряд ли они прониклись). Мне кажется, что кроме всего прочего – эмоций, радости, сотворчества – этот театр дает еще и терпимость (почему-то не люблю слово толерантность – какое-то оно официальное). Потому что вот вроде как обделенные чем-то дети, что греха таить – в среде обычных детей глухих могут и обижать, и дразнить – всякое бывает, а после такого спектакля, мне кажется, этого уже просто быть не может. ПОТОМУ ЧТО! И даже объяснять ничего не надо.
[282x400]

Едем с Леденцом в маршрутке.
- Мам, а это что за улица?
- Это проспект Гагарина. Помнишь, кто такой Гагарин? Это первый космонавт.
- А сейчас мы где едем?
- Это площадь Лядова.
- Он что, второй космонавт?

Дача. В зарослях крапивы много лет как кинут грузовик. Лида повадилась в нем играть. Сидит в кузове, руль крутит.
- Мам, а убери пожалуйста с дороги вон ту веточку, а то я сейчас поеду, свою новую машинку поцарапаю…

Вчера смотрела «Остров». Мне очень захотелось посмотреть его после этого. Тем более я знала, что абсолютно точно никто не станет меня отвлекать. И когда я посмотрела, у меня еще не было конкретных мыслей, а было только состояние. Состояние, когда понимаешь, что все уже не так, как было «до» этого фильма. И вся я где-то внутри себя и в паузе. И сформулировать невозможно, но страшно его расплескать, это состояние. И еще ощущение, что надо что-то делать, а что – непонятно.
Когда-то у меня уже так было, почти так. Но после чего? Утром, проснувшись около 5 утра, все пыталась вспомнить. По-моему, несколько лет назад видела хроники Великой Отечественной. Там ребенок грудной сосал грудь убитой матери. Я потом несколько дней ходила потусторонняя, в себя ушедшая. Хотя, может еще что-то – не помню. Такие вещи вообще-то нельзя забывать.

Разговариваем по аське с подругой. Они недавно с мужем развелись, но тот иногда все-таки является ночевать. Загадочные отношения. Сама она про них говорит «дружеско-сексуальные отношения без обязательств». Пишет мне, что «если на горизонте появятся свободные, приличные молодые люди, иметь ее в виду».
- Хорошо. Только это ж всегда дефицит.
- Ну, видишь, происходит же процесс естественного освобождения. Точнее, наоборот, искусственного.

А я сама больше всего люблю про Немду рассказывать. Да и Лида слушать. Я, видимо, с таким детским восторгом это делаю…
- А когда мы собирались на Немду, я же спать не могла. Потому что как можно спать, когда мы уже вот скоро возьмем и на Немду поедем, А-а-а-а-а!

Читать далее...

Вечерами перед сном Лидуша частенько вместо книжки просит рассказать, как я маленькая была.

- Однажды гуляю я около дома. И братик мой Ромочка, он, наверное, классе в первом учился, тоже рядом. И вдруг вижу: какой-то незнакомый дядечка ведет его куда-то за ручку. Я подбегаю, «Куда это ты»,- спрашиваю. «А мне дядя мороженого купит». Я как закричу: Да у тебя же диатез!!! Схватила его за руку и домой!

Лида почему-то очень любит эту историю, часто специально просит: расскажи, как ты Рому спасла. Как-то даже слышала ее собственную версию – она бабушке по телефону пересказывала: «И тогда мама как закричит этому страшному бородатому дядьке: А ну иди отсюда подобру-поздорову, а то я сейчас милицию вызову!!!»

Лидка дышит ингалятором в воскресенье. Я его заправила водным прополисом, запах – просто ароматерапийский. Потом и челка ребенкина пахнет так, что нюхаю и жмурюсь от удовольствия.
Андрюшка: Дай и мне понюхать! Хорошо. Баней пахнет!

- Надо было купить лыжи, крепления и все такое. Говорю: Мне самый бюджетный вариант. Как думаете: сколько вышло?
- Сколько?
- Целый аванс!
- А что аванс уже есть?
- Нет! Уже нет!

Из-за Оксаны вот уже 2 месяца периодически поем песню «Ой-ей в глазах туман, кружится голова». Хотели было сделать ее гимном редакции, но замредактора сказал, что «Наши девушки не такие».

Замредактора показывает фотографию. Он на ней вместе с ответсеком рядом с памятником Есенину.
- Мы с девчонками тоже здесь гуляли.
- У этого памятника только лесбиянки гуляют.
- Да, двоих вот уже вижу.

Коммерческий директор собирается в командировку. Повесил на доску объявлений:
«Убедительная просьба! Поливать денежные деревья через день!»

- Горло болит. Холодной воды напилась.
- А зачем ты холодной воды напилась – не май месяц! Ой! Май же месяц!

Замредактора показывает фотографию девушки, которая похожа на любовь его молодости, рассказывает (про любовь):
- Люблю ее, и все, - говорю ее мужу. А тот молчит! Милиционер! С пистолетом ходит! Потом пошел начальству жаловаться…

Это цитата сообщения Minimus Оригинальное сообщение



Нам так редко и неохотно подбрасывают своих, чтобы мы не понимали, какой ужас - чужие. После одного дня со своим невозможно сидеть с чужими в классе или на работе, входить в метро, полное чужих тел, ложиться в одну постель с непонятным полузнакомым человеком. В своем все устроено как надо. Такая полнота совпадения невыносима, как чистый кислород: после этого все оскорбительно и лучше вообще не разлипаться.
(с) Дмитрий Быков

Это цитата сообщения Minimus Оригинальное сообщение



Макс, восторженно:
- У нас в группе одну девочку любят пять человек! И пятый – это я!
Степка, из-за компьютера, меланхолично:
- Садик-2. Построй свою любовь.

Это цитата сообщения Minimus Оригинальное сообщение

Это же я - Петя!!!



«Я всю жизнь занят тем, что честно рассказываю, чего у меня внутри, чего я делаю, чего я думаю», — не раз объяснял Мамонов журналистам. Так и было во время его выступления в Ростове. То, что с ним вера сделала, — все как на ладошке, в его ответах на вопросы зрителей, в его рассказах и стихах. И при этом он умудрился остаться собой. И свою правду ищет — на глазах у всех.
*
На афише было написано: «Творческий вечер Петра Мамонова. Давненько мы тебя не видели!».
Чем можно занять внимание зрителей два часа? Одни полагали, будет нечто вроде моноспектакля. Другие думали увидеть умиротворенного «отца Анатолия». Но никто не ожидал, что на сцене появится прежний веселый оболтус. В фуфайке, шапочке, очках. Сел на стульчик и ударил по струнам гитары: «Муха — источник заразы!..»
Мамонов исполнял репертуар 20-летней давности. Скакал по сцене филармонии, вспрыгивал на столик, ронял стойки от микрофона, весело кричал: «Аааау!»

Светился от удовольствия:
— Чем ты становишься старше, тем твои песни кажутся тебе все лучше и лучше.
— А «Крым» споете?
— Ты меня не сбивай. У меня — репертуар, — произнес таким значительным тоном, что зал грохнул от смеха.

Выкрикнули что-то насчет гитары.
Любовно погладил «Гибсон», улыбнулся залу:
— Да. В Ростове — каждый второй музыкант. Особенно на левом берегу. Особенно после 12 ночи.

Периодически пускался в пляс:
— Внуку моему, Михаилу Ивановичу, о-очень нравится, когда я вот так ногами делаю.

Рассуждал:
— Похмелье — довольно приятная штука… Если точно знаешь, что прям сейчас выпьешь.
— Вот меня спрашивают: а у вас друзья есть? А какие друзья… Кто пить не бросил — все умерли…

Делился планами:
— Делаем сейчас спектакль. Интерактивный, замечательный такой, что три года уже делаем... Там будет три меня. Три! Я, я и я. Приезжал один англичанин, посмотрел. Очень хвалил. Я, говорит, хоть и англичанин, а такого еще никогда не видел. Это, говорит, что-то совершенно новое. Вот так-то. А я ему отвечаю: «Ну... Молодец! Пошли холодец есть».

Рассказывал про свою деревенскую жизнь:
— Еду я к себе в деревню на мерсе, кино взял хорошее французское, в багажнике бутылки с пивом, довольный, ну, думаю, вечер хороший будет. Приезжаю домой — и на тебе! Света нет! А у нас в деревне если отключили электричество, то уже до утра. Ни фильм посмотреть, ни книжечку почитать. Начал ужин готовить, порезался... Пролил что-то... Кое-как поел... Махнул рукой, лег на диван и стал за жизнь думать. Думал-думал... Глядь на часы — а уже полдвенадцатого, спать пора. И думаю: а здорово вечер-то прошел! Надо все-таки иногда нам свет выключать. Чтобы мы хоть немного думали.

Читал стихи:
«Смотрю на бабочку огромными глазами.
Она малюсенькими смотрит на меня».
- Решил написать стихотворение о весне. Вот слушайте. «Весна. Съел два соленых огурца — и сыт!»...Хорошо, правда? А то как начнут: почечки, листочки, облачка...

Каждое стихотворение было напечатано на машинке, на отдельном листе, который Мамонов по прочтении комкал и кидал в зал. У сцены немедленно выстроилась очередь, а с балкона стали раздаваться умоляющие крики:
— Петр Николаевич, и на балкон! И на балкон бросьте!
— Брошу! Я сейчас сам туда брошусь.

Отвечал на записки, приходящие из зала.
«Нужно ли всегда быть самим собой?»
— Быть собой… Ну, я вам так скажу. Я сейчас только что закончил сниматься в новом фильме Лунгина, я там Ивана Грозного играю. Когда искали актера на роль митрополита Филиппа, я все думал: ну кто может его сыграть? Вот если б Михаил Кононов... Помните такого актера? «Начальник Чукотки»? Вот это получился бы святой человек, вот он бы смог... А режиссер взял Олега Янковского, актера театра «Ленком». Думаю — куда? «Ленком» — это же чудовищный совок! Одно название чего стоит... Ну не приходит же никому в голову назвать в Берлине театр имени Гитлера!.. И вот в перерыве между съемками сидим мы, актеры высокого ранга (посмеивается), разговариваем о том, о сем. Слово за слово, и я вдруг понимаю, какой же замечательный дядечка — Олег Янковский! Какой необыкновенной широты души человек! А ведь я мог никогда об этом не узнать... Вот так-то. А мы все со штампами, с ярлыками. Аккуратнее с людьми нужно... Так что туфта все это — кем быть… Штампы на людей не ставьте. Любите ближнего. Остальное приложится. А фильм, наверное, хороший получился. Я только попросил Пашу, чтобы страшных сцен не было, пыток... Чтобы я с внуком мог прийти.

Когда время, отведенное Мамонову на сцене, истекло, все, кто хотел поговорить еще, бросились к служебному входу. И он, окруженный толпой поклонников, простоял там еще минут сорок, отвечая на сыплющиеся отовсюду вопросы, очень разные, очень личные, порой не всегда корректные. Он взмок и шатался от усталости и все отвечал, отвечал…


— Когда вы приедете в следующий раз?
— Что-то новое сделаю — приеду. Или это как-то разрастется. Понимаете, я все-таки 25 лет на этих досках. И мне захотелось как-то отчитаться. В Читать далее...

Нет, жить без машины неудобно категорически. Каждый раз приходится выкручиваться и изощряться.

Наш бывший закаленный ребенок Лидия Андреевна снова изволили заболеть. Сидеть с ней на этой неделе я никак не могу. Приехать к нам тоже никто не может. Мама моя последнюю неделю работает (ее тоже сокращают, вслед за папой). Папа хоть и не работает, но ему сегодня на биржу, завтра еще куда-то… Но согласились что-то придумать, как-нибудь по очереди, но Лидку надо им привезти. А кашляющего и сопливого ребеныша везти на маршрутке очень не хочется, она вечно там вспотеет, потом ее продует и все только усугубляется.

И вот была разработана операция «Ребенок - Автозавод». Сегодня мы встали в 5 утра. Ирка, моя коллега, забрала на своей машинке Лидию Андреевну и довезла ее до редакции. Из редакции в 6:45 отправлялась другая машина по редакционным делам в Дзержинск. Так вот она поехала длинным путем – через Автозавод, куда и закинула моего ребенка.

Выдала Лиде конфет – задобрить дядю Мишу водителя, а то накануне он ворчал по поводу предстоящей операции. О конфетах Лидуша благополучно забыла, и теперь дедуле с бабулей больше достанется. :)

Есть у нас на даче Лидкино дерево, яблонька. Лидкино потому, что его сажали через полгода после ее рождения (она зимой родилась) и под ним закопали плаценту. Мне казалось, что это будет красиво, что есть в этом какой-то смысл глубокий и вообще будет своя легенда.

Но вся беда в том, что дерево это растет безобразно. Даже хуже – оно периодически пытается погибнуть: то заяц его обгрыз, то нашествие вредителей, то просто непонятно что. Так бы я плюнула на него. А как тут плюнешь, это же Лидкино дерево!

В этом году при приезде в сад я первым делом отправилась к нему: живо, нет ли. Листочки есть, но лишь откуда-то снизу растут, ниже прививки. Да хоть бы как… А ветки сверху снова сухие.
В общем, сами себе проблему придумали.

Галка моя, подружка, тоже в этом году сажали дерево и плаценту. Но они более умно сделали: посадили два дерева рядышком, а плаценту закопали между ними. И это место, где ребенок должен отдыхать.

Это цитата сообщения Тема_закрыта Оригинальное сообщение


Читать далее...

«Ашан». Впереди у кассы семья: мама, папа, дочка лет трех. Покупок у них – тележка с горкой. 8 тысяч рублей, - говорит продавщица.
Папа, обреченно доставая кошелек:
- Ну что, доченька, поиграли в магазин?!

Звонила вчера девчонке, с которой вместе в роддоме лежали. Дочка у нее, соответственно, Лидкина ровесница - 4,5 года. Так вот они до сих пор титю кушают, никак отучить не могут...

Ходила сегодня к садиковскому психологу посоветоваться. У нас проблемы две.
Читать далее...