Когда-то в универе был у нас такой предмет "выпуск учебной газеты". Газету мы не выпускали, зато эссе разные писали. И вот сегодня, разгребая свои электронные архивы, я одно из этих эссе нашла.
А поскольку за героями я бегать не любила, все списано с самой себя.
Препод сказал, что это нереальная судьба.
Он был прав - это чуть-чуть приукрашенная реальность.
Уроки оптимизма, по-моему, это так называлось
Когда впервые на предмете «Выпуск учебной газеты» прозвучала эта тема, я, не задумываясь, решила взять ее потому, что моя знакомая Маргарита – живой пример оптимизма – с ясными, смеющимися глазами, удачливая, открытая... Кто знал тогда, что передо мной откроется чужой мир, совершенно отличный от того, который я представляла?
Она легко (да я не ожидала иного) согласилась побеседовать со мной, и вот мы сидим на тесной кухне классической «хрущёвки» и смотрим друг на друга. В пальцах Маргариты дымится сигарета, а сама она смотрит на меня своими золотисто-карими глазами и спокойно улыбается краешками губ. Молчание нарушается лишь тихим шелестом пепла, опадающего с сигареты, да гулом изредка проезжающих под окном пузатых маршруток. Она ждет, когда я начну спрашивать, а я ... Я не знаю, чего я жду, не знаю, как начать. Спросить по-детски: «А почему у тебя в жизни все так хорошо складывается?» или казенно бросить: «В чем причина твоего неугасающего оптимизма?», включая диктофон? Я не делаю ни того, ни другого. Маргарита тушит сигарету, улыбается и начинает тихо говорить.
«Мне было только восемь лет, но я помню все это прекрасно. Помню намного четче, чем мне хотелось бы. Тогда у всех девчонок на уме были куклы, бантики, только что появившиеся мультики Диснея... А в мою жизнь и жизнь моих родителей вдруг вошла совершенно иная реальность, изменившая всё окончательно и бесповоротно. И имя ей – короткое и страшное – рак.
Из апрельского мира, от асфальта, изрисованного цветными мелками, от одуванчиков, мать-и-мачехи, глянцевых советских ранцев я попала в другую жизнь, которая звучала для меня новыми и непонятными словами - онкология, химиотерапия... И только первые несколько дней это звучало красиво: а потом я неожиданно раз и навсегда поняла, какая боль пульсирует в этих словах».
Маргарита резко замолкает, вытягивает еще одну сигарету из пачки, чиркает зажигалкой. Пальцы незаметно дрожат, и огонек загорается только с третьего раза. Ласковое пламя, трепеща, касается кончика сигареты, маленькую кухню заполняет сизый дымок, и под моим вопрошающим взглядом Маргарита продолжает – немного изменившимся голосом.
Читать далее...