Поклон низкий и огромная благодарность Асе и Диме, пригласившим нас на этот концерт в New York City Center.
На фото "Половецкие пляски".
Фотография из сети.
Продавали свои игрушки, чтобы купить дорогую книгу. Наторговали на два доллара. За это время стрескали пиццы - на четыре. Книга, однако, стоит двадцать шесть.
[618x550]
Почему ник нельзя сменить-то? Надоела мне эта дурацкая Люба1971 до чёртиков. Хочу быть Любой Борочиной. Я и так уже четыре года с лишним за глупость расплачиваюсь. Это пожизненно? До скончания дневниковой жизни? Новый завести - так старый бросить жалко. Привязалась я к нему шибко. Тьфу, да и только!
«Что это там за рожа?
Какие у нее ужимки и прыжки!
Я удавилась бы с тоски.
Когда бы на нее хоть чуть была похожа».
А мама меня успокаивает: "Ничего, через десять лет тебе будут ОЧЕНЬ НРАВИТЬСЯ эти фотографии."
Может ещё можно хоть как-то поправить дело?
....почувствовала острейшую необходимость сотворить что-нибудь из другой оперы, дабы приостановить разжижение мозгов. И сотворила.....
Это маска сразу после окончания работы. Ещё мокрая. Блестит. Но материал был выбран новый, очевидно не совсем подходящий, и она пошла трещинами где-то через час. Тоже интересно получилось. Ещё не сфотографировала.
Хотели повесить её дома, но Даник, со слезами сказал: "Мамочка, не вешайте это пожалуйста, я тогда вообще не смогу никогда в туалет ходить." И я вспомнила себя в этом возрасте и маску, которую сделал мой папа....
Не помню у кого прочитала приблизительно следующее. "...Многие любят эту книгу. По крайней мере, в детстве. Им нравится Том. Но вот своим ребёнком они хотят видеть только Сида и никого, кроме Сида...."
Это был первый фильм, который я посмотрела в кинотеатре Пионер, прогуливая школу в 11 лет.
А через пару лет, когда его показывали по телевизору, по каналу "Славия" я напугала маму. Телевизор я смотрела в наушниках, чтобы не мешать спать маме. Мама была в соседней комнате. Когда мальчик закричал "Ма-а-ари-и-и-ия-яя", давая принцессе имя своей умершей матери, я громко зарыдала. Мама в ужасе побежала смотреть, что со мной случилось, т.к. для неё это прозвучало в полной тишине.
[697x229]
Так проросло семечко подсолнуха за семь дней.
Аля! Твои подсолнухи!
А это было в прошлую субботу.
Человек с полудня субботы до воскресного вечера амуницию снимал, только чтобы поспать.
Можно конечно было вроде бы не обращать внимания...но, что поделать, обращаю я внимание на такие вещи. Дама по имени nagayna второй раз уже за непродолжительное время записывается ко мне в читатели и, оставив пару комментариев, удаляет меня из списка друзей. Загадка природы......
На ум приходит что-то типа "Джеккила и Хайда", Двуликого Януса и, описанного в классической психиатрии, не часто встречающегося примера раздвоения сознания.....Одной такой Нагайниной личности мой дневник нравится, а другая его терпеть не может и они не в состоянии друг с другом поладить....То зафрендят, то удалят....
Со мной нельзя так небрежно....у меня комплекс. Меня в пятом классе подружка, к которой я была чрезвычайно привязана, бросила без объяснений. Мы "ходили" в школе два долгих года, не ссорились, не расставались. Она принцесса, а я её тень или фон...Я очень зависела от неё, от её одобрения, её мнения. И однажды она просто собрала свои вещи и молча пересела на другую парту. На мои мольбы об объяснении сказала только сквозь зубы "Не подходи ко мне больше никогда". И с тех пор не разу даже не взглянула на меня до последнего дня школы....А я страдала безумно, так глубоко меня она ранила. Чувствовала её присутствие в классе и ничем не могла заниматься. Просто умирала. Классе в восьмом ещё раз пробовала объясниться, чтобы хоть понять ПОЧЕМУ?? и получила в ответ ледяное "не понимаю, о чём ты?" . Последний раз она мне приснилась лет в двадцать пять. Во сне она с доброй улыбкой объяснила мне, что её заставили так поступить особые обстоятельства, что так было нужно, не от неё зависело.....А на самом деле она меня очень любит, вспоминает до сих пор" Её звали Наташа Галахова.
Года полтора назад одна весьма уважаемая мною дама, к мнению которой я всегда прислушивалась, в бурном споре на Еве о толерантном отношении к гомосексуалистам кратко и чётко, как вообще ей свойственно, высказалась по теме:
"Мне достаточно безразлично какова будет сексуальная ориентация моих сыновей.(на тот момент было два сына дошкольного и младшего школьного возраста, которым она в пять лет могла вкратце объяснить теорию Менделя и.т.д.) Их выбор, надеюсь не повлияет на мои с ними дальнейшие отношения. Гораздо труднее мне будет понять своих детей, смириться и принять для себя факт, что кто-то из них изберёт ТВОРЧЕСКУЮ ПРОФЕССИЮ."
Я не участвовала в том обсуждении. Просто читала. Но почему-то вдруг смертельно обиделась. За себя, за своих детей на будущее на всякий случай, и заодно за гомосексуалистов.
Она, эта дама, была для меня весомым авторитетом, в результате опыта прежних бесед.. Мы не приятельствовали, но её высказывания я всегда старалась выцепить из змеящегося хвоста бесконечных комментариев и наши мнения, как правило, совпадали. А если вдруг не совпадали, то её аргументы заставляли меня серьёзно задуматься.....
Но тут для меня какой-то обрыв....
Не так давно я сама писала, что меня не столько волнует ориентация, сколько интеллект избранников, их воспитание.........Но "лучше пусть********, чем ********" неожиданно задело.
Вам приходилось слышать, что в Бруклине живёт много тараканов? Это правда.
Очень странно. Сколько не намывай кухню, сколько не предпринимай профилактических мер, они всё равно есть и есть. То бесчисленные полчища, наглые и бесцеремонные, откуда-то наползут, то, прошмыгивая и таясь в тени, перебегают от одного предмета мебели к другому отдельные экземпляры....
Чего мы только не делали! Не стану утомлять читателя перечислениями адских способов массового уничтожения. Занятие сие отнють не вызывает философски-элегического настроения.
Многие наверное помнят довлатовское: "И вообще, чем провинились тараканы? Может, таракан вас когда-нибудь укусил? Или оскорбил ваше национальное достоинство? Ведь нет же... Таракан безобиден и по-своему элегантен. В нем есть стремительная пластика маленького гоночного автомобиля. Таракан не в пример комару — молчалив. Кто слышал, чтобы таракан повысил голос? Таракан знает свое место и редко покидает кухню. Таракан не пахнет. Наоборот, борцы с тараканами оскверняют жилище гнусным запахом химикатов. Мне кажется, всего этого достаточно, чтобы примириться с тараканами. Полюбить — это слишком. Но примириться, я думаю, можно. Я, например, мирюсь. И надеюсь, что это — взаимно..."
А вот Миша не читал Довлатова, не знаю прочтёт ли....посмотрел на наш антитараканий арсенал и задумчиво сказал:
"...мне жалко тараканов. У всякого насекомого есть дом. У муравья, у пчелы, у пауков, у лесных жучков.....Тараканы - скитальцы. Никто им не рад, все их гонят, убивают, придумывают новые способы как бы тараканов побольше уничтожить. А им важно спастись, выжить любой ценой, сохранить свой род. И они прячутся, приспосабливаются, идут из квартиры в квартиру. И в каждом новом месте им кажется, что они нашли свой ДОМ, а это только начало новай войны...."
Вот так-то
Я побрызгала аэрозолем под кухонный шкафчик и оттуда выскочила в рассыпную толпа тараканов. Среди них были, надо заметить, беременные тараканихи и тараканьи дети. Они в ужасе метались по кухне, ища спасения...Некоторые падали, корчились у меня под ногами и умирали в страшных мучениях......
Таракан сидит в стакане,
Ножку рыжую сосет.
Он попался. Он в капкане.
И теперь он казни ждет.
Он печальными глазами
На диван бросает взгляд,
Где с ножами, с топорами
Вивисекторы сидят.
У стола лекпом хлопочет,
Инструменты протирая,
И под нос себе бормочет
Песню "Тройка удалая"
Трудно думать обезьяне,
Мыслей нет - она поет.
Таракан сидит в стакане,
Ножку рыжую сосет.
Таракан к стеклу прижался
И глядит едва дыша...
Он бы смерти не боялся,
Если б знал, что есть душа.
Но наука доказала,
Что душа не существует,
Что печенка, кости, сало -
Вот что душу образует.
Есть всего лишь сочлененья,
А потом соединенья.
Против выводов науки
Невозможно устоять.
Таракан, сжимая руки,
Приготовился страдать.
Вот палач к нему подходит,
И, ощупав ему грудь,
Он под ребрами находит
То, что следует проткнуть.
И проткнувши, набок валит
Таракана, как свинью.
Громко ржет и зубы скалит,
Уподобленный коню.
И тогда к нему толпою
Вивисекторы спешат.
Кто щипцами, кто рукою
Таракана потрошат.
Сто четыре инструмента
Рвут на части пациента.
От увечий и от ран
Помирает таракан.
Он внезапно холодеет,
Его веки не дрожат...
Тут опомнились злодеи
И попятились назад.
Все в прошедшем - боль, невзгоды.
Нету больше ничего.
И подпочвенные воды
Вытекают из него.
Там, в щели большого шкапа,
Всеми кинутый, один,
Сын лепечет: "Папа, папа!"
Бедный сын!
Но отец его не слышит,
Потому что он не дышит.
И стоит над ним лохматый
Вивисектор удалой,
Безобразный, волосатый,
Со щипцами и пилой.
Ты, подлец, носящий брюки,
Знай, что мертвый таракан -
Это мученик науки,
А не просто таракан.
Сторож грубою рукою
Из окна его швырнет,
И во двор вниз головою
Наш голубчик упадет.
На затоптанной дорожке
Возле самого крыльца
Будет он, задравши ножки,
Ждать печального конца.
Его косточки