













Шенг Схейен. Авангардисты: Русская революция в искусстве. 1917–1935
Шенг Схейен — специалист по русской культуре и истории ХХ века, составитель сборника писем Сергея Дягилева и автор его биографии. Его новая книга посвящена русскому авангарду, который автор рассматривает как «менталитет, образ жизни, выражавшийся не только в творчестве художников, но и в каждой фибре их души, в их убеждениях и поведении». С любезного разрешения издательства публикуем фрагмент, рассказывающий о детстве и юности Владимира Татлина.
Владимир Татлин играет на бандуре. 1940-е.
Владимир Татлин во многих отношениях не был образцовым художником. Периоды застоя в его творчестве чередовались с безудержной активностью. Он был эмоционально нестабилен и уязвим, а уверенность в себе то зашкаливала, то угасала. Подобная лабильность Татлина, возможно, обусловила и его небрежное отношение к собственному наследию, львиная доля которого, да наиважнейшая его часть, была утрачена еще при жизни художника. Впрочем, даже если бы сохранилось гораздо больше работ Татлина, их количество в целом было бы весьма скромным по сравнению с плодовитостью Малевича или Пикассо. Он не стремился к интеллектуальным высотам и не получил всестороннего образования. Тем не менее Татлин был удивительной фигурой, в концептуальном развитии осмелившейся пойти дальше любого другого художника своего поколения, словно затяжные периоды бездействия вдруг разражались мощным творческим взрывом. Его амбициозный проект Памятника III Интернационала, ставший иконой для мирового авангарда, является наиболее очевидным примером подобных самовоспламенений. Художественное мастерство Татлина было основано на радикальном воображении и смелости беспечно отвергать любую укоренившуюся привычку или затасканную идею. При этом часто забывают, что как рисовальщик и живописец он был немыслимым виртуозом, возможно, лучшим в своем поколении. Все, что он творил на бумаге или холсте, отличалось меткостью и сочетало в себе скорость эскизности с равновесием тщательно продуманной композиции.




