Это цитата сообщения
leonoff Оригинальное сообщениеВсем поклонникам Веллера - читать. ;)
...Честное слово, совпало... Я и раньше слышала о писателе Михаиле Веллере, читала "Легенды Невского проспекта". Но буквально неделю назад мне подарили его последнюю книжку "А вот те шиш!" Только я успела прочесть "Ножик Сережи Довлатова", - звонок: "Веллер - в Израиле. Хочешь интервью?"
Интервью не получилось. Получились ЛЕГЕНДЫ МИХАИЛА ВЕЛЛЕРА.
ЛЕГЕНДА ПЕРВАЯ. ЧАСТНОЕ ЛИЦО.
Живу я в Таллинне и регулярно думаю, чего я там делаю. Приехал-то я некогда книгу выпускать. Но потом-то, года с восемьдесят восьмого, начались полные свободы - так какого лешего я в Эстонии делаю? Несколько лет назад я собственноручно (предмет моей гордости) сложил дома камин. Говорю жене: "Теперь вот мы купим хорошего мяса, замочим, сделаем настоящие деревянные шампуры, купим красного вина, позовем гостей..." Тут она смотрит на меня своими прозрачными финско-славянско-греческими глазами и говорит: "А в гости-то кого звать будем?" Ну и начинание мое на корню увяло, потому что в гости мне в Таллинне звать некого. Не потому что бы я кого-то не любил, но как-то складывается, что я сижу не в той корзинке, где остальные.
В Москве - есть, кого звать, в Питере, в Израиле, в Нью-Йорке, Париже - есть, а вот в Таллинне - чего-то, не очень. Помню, в годе так восемьдесят восьмом по телевизору была беседа с каким-то художником, который эмигрировал давным-давно.
Ленинградец - не Шемякин, нет, какой-то менее известный, но тоже ничего. Приехал он погостить в Союз, а корреспондентка его и спрашивает: "К нам, на родину, вас не тянет?" - "Очень, - говорит, - тянет: там все чужое, а здесь - свое. Понимаете, тоска загрызет, прилетишь сюда, окунешься во все это дерьмо - и на полгода хватает". Так вот, я не знаю, как насчет фекалий, но в Эстонии я никого не вижу. И не хочу. У меня с тамошним союзом писателей прекрасные отношения интеллигентных людей: нам друг от друга ничего не надо. Когда-то, помню, членам союза по две пары колготок давали в квартал. А членам профкома, заметь, полагалась только пара. И однажды разразился скандал, сильно опровергающий лживый миф об отсутствии темперамента в Эстонии. Бабы из профкома вопили: "Почему этому старому пердуну-писателю - две пары, а я, женщина, получаю одну?" В общем, я, слава Богу, без ихних колготок обхожусь.
И сижу себе тихо в этой Эстонии совершенно сам по себе. Соседи, с которыми сталкиваюсь на тротуаре, в магазине и так далее, видят какого-то нищего (не иначе) "чайника", который в драной куртке ходит, по двести граммов сушек покупает (очень я сушки люблю). В этой роли я себя хорошо чувствую. Не потому, что, как великий Леонтьев мечтаю об отсутствии популярности (а не то - черно-бурую шубу разорвут поклонницы). Просто я никогда не был в полном смысле слова писателем, но всегда был частным лицом. Гражданином, антигражданином, обывателем, мещанином, бомжом, люмпеном, авантюристом - кем угодно. Я жил, как живут нормальные люди - без всяких там поправок: "литература", "искусство", "творчество", "дом творчества". Ненавижу дома творчества - что за скворечники, что за инкубаторы? До тебя здесь писал Иванов, после тебя будет писать Пупкин, а посередине (за тем вон столом) пишешь ты. Я всегда старался быть подальше от союза писателей - этого уникального образования под управлением ЧК, НКВД и КГБ. Так вот, что касается "о жизни". Человек должен проводить время с людьми, которые ему интересны, приятны, симпатичны, желанны по своим личным качествам. У меня есть очень хороший приятель в "Таллиннсантехник", Коля Вороныхин, - вот такой мужик!
Руки - это ж золото одно: делает один за час то, что двое - за два дня. Но у них после работы разворочена вся ванная, а у Коли при этом - только манжет рубашечки отвернут: никогда не пачкается и после себя грязи не оставляет. Садимся мы с Колей за стол и "разъедаем" бутылку. И дальше Коля судит обо всем на свете, в том числе - о литературе, и комплексов у него никаких. Так вот, с Колей мне интересно, а все эти ущербные литературные: "кто, что, как, кого" - мне глубоко противны. Я для себя очень рано сформулировал примитивным образом: "говорить отдельно, делать отдельно". Кроме того, как сказал (если не путаю) Томас Гексли: "Очень мало кто умеет мыслить, но все хотят иметь мнение". Ежели кто, как бы, в интеллектуально престижной профессии, какой-нибудь редактор, так он же считает себя умнее сантехника Коли. Ни хрена подобного! Он просто слов больше выучил, книжек больше прочитал, но многознания, как известно, уму не научают. Так он мне не интересен. Более того, я думаю, он никому не интересен, кроме (в случае только великого везения) собственной жены, которая его любит и думает, что он талантливый. И дай им Бог думать так обоим! Но я-то тут при чем? Да ни при чем.
ЛЕГЕНДА ВТОРАЯ. ДОВЛАТОВ.
Ты знаешь, к тому, что я написал в "Ножике Сережи Довлатова", я таки уже ничего не могу добавить. Насколько я знаю, конечно, он был хороший мужик. Насколько я знаю, конечно, временами бывал очень озлоблен, как на его месте был бы
Читать далее...