Я сегодня хочу быть дурой. Крашеной дурой. Чтобы ничего меня не волнавало кроме вон того мальчика, который на меня пялится всю дорогу, да туши (кончилась, надо купить, да только где теперь хорошую найдешь: все текут). И жить себе, и жить... и всех лесом, и всех, да простят меня леди, Мстислав и Станислав, на хуй, чтобы они там сами себе устраивали то, что устраивают и огребали плоды трудов своих. А я - что я? - я буду носить мини. Мини-юбки, мини-сумочки, мини-телефоны. И проблемы мои оттого сделаются тоже мини-проблемами. И не будут более стоить моегодрагоценнейшего внимания.
Моя правильная одноклассница (ныне бывшая) всегда употребляла самые модные выражения. Она первой стала говорить "блин", затем употреблять определение "фиолетово" и загадочное в ее устах слово "гладиолус", а в последнюю нашу встречу (к взаимной радости, случайную и, к взаимной надежде, последнюю) она сыпала превосходными степенями прилагательных и уменьшительно-ласкательными существительными.
- Ах, Ашунчик! - трепетала она, - На тебе сегоднечко превосходнейшая юбочка из чернейшей кожи! Ой, а в руках у тебя что? Шарфичек? Вяжешь, милейшая? Ах, это сногшибательнейшее (!!!) занятьице!
И если вы демаете, что эта тирада - преувеличение для красного словца, спешу криво ухмыльнуться - вы ошибаетесь.
Я отпускаю тебя на волю,
Я открываю тебе путь-дорогу.
Снег разметался по белому полю
Медленно хлопья ложатся под ноги.
Неодолимое сказано слово,
Я повторяю заклятие снова:
Я отпускаю тебя на волю!
Я открываю закрытые двери
Ветер листает страницы и годы
Это судьба - но в судьбу я не верю,
Ты же не веришь в тюрьму и свободу.
Неодолимое сказано слово,
Пусть ты не слышишь далекого зова
Я отпускаю тебя на волю.
Я покидаю чертог запретный
Чтобы опять за тобою вернуться.
Грома раскат через сумрак рассветный,
Тучи сегодня грозою прольются!
Неодолимое сказано слово,
Рушатся стены и рвутся оковы.
Я отпускаю тебя на волю!
...Марево дня и хмельная свобода,
В путь: до заката осталось немного.
Кони уносятся в синь небосвода
Здесь начинается наша дорога
Неодолимое сказано слово
Летние травы сминают подковы,
Я отпускаю тебя на волю!
Для них есть слово - их сущность.
Aromeros.
Это слово на языке детей дракона означает одновременно и ангела, и демона, и вампира. Сына неба, свободного в полете...
О сговороре, выделенке и о моей милой Сае27-11-2004 01:17
Снова меня назвали Солнышком и Чудом. Сговорились, наверное...
В жизни моей случилось. Теперь живу-таки как белый человек, с выделенкой. Оттого аська стала живой явью, а не обрубком мечты о соединении судеб...
- Айвер, - сказала Сая, заглядывая мне в глаза, - скажи, айвер, а возможна ли передача мыслей на расстоянии?
- Да, милль, - хмуро ответила Ашура, - называется "интернет"...
Есть у меня такая милая домашняя обязанность - сумки с продуктами разбирать. Это потому, что я по магазинам ходить не люблю, а делать что-то надо. И вот, разбираю я сумки... радуюсь всяким вкусностям: колбаса, горошек в банке, рыбка сайра, сосиски, сыр, булочка...
- Хурма! - подпрыгнула я радостно.
Несмело прикоснулась. Пощупала.
- Незрелая... - выдохнула облачко счастья в воздух, - Небо, я люблю тебя... урма!!!
Теперь сижу, грызу. Счастлива, как свинья, нашедшая хорошую лужу.
О том, как иногда приходит Счастье.24-11-2004 20:26
Настойчивый звонок в дверь оторвал его от компьютера. Мерцающий курсор обиженно застыл на месте. За окном стемнело. Падал снег.
- Кого это несет... - ворчал он, нашаривая замерзшими ногами тапочки.
За дверью стояла незнакомая девчушка, курносая и белобрысая. С чемоданом.
- Привет! - сказала она, - Я теперь живу у тебя!
- Ты кто? - ошарашенно спросил он, глядя на то, как девчонка вталкивает чемодан в квартиру.
- Я - Счастье, - рссмеялась она, - а ты - Лопух. У тебя в холодильнике пусто и посуда немытая. Холостяк...
Он покраснел до ушей и бросился убираться на кухне.
Там, где песочные часы
Крошат песок за веком век,
Там, где раскрашивают сны
Чуть влажной кисточкой для век, -
Прядь, отведенная со лба,
Нечаянно вскинутая бровь…
Вот так кончаются слова,
И начинается любовь.
Да, нас любили не за то,
За что обычно любят нас,
Да, не за то, что как не ври
Себе, а всё ласкает слух
И тешит глаз…
Джаз, заведенный в пять утра
На старой газовой плите…
Такая старая игра -
А каждый раз не по себе.
Там, где случается весна
По двадцать восемь раз на дню,
Там, где легко сходить с ума,
Когда весь мир идет ко дну, -
Взгляд, уходящий в ночь, и вновь
Прядь, отведенная со лба…
Вот так кончается любовь,
И начинаются слова.
Молчи.
Ты и так слишком много сказал.
Слишком долго мне ждать до утра.
Ждать, когда многолюдный вокзал
Схватит за руку и закружит, унося от тебя...
Далеко-далеко.
Навсегда.
В те края, где не знала беды.
Где не плакала по вечерам,
Не искала тебя с фонарем под ветвями берез.
Никогда.
Где мечтала я... все те мечты
Соберу, неимущим раздам,
Чтобы были они для кого-нибудь жизнью без слез.
Прощай.
Завтра я убегу. Навсегда.
Ты останешься здесь. Слава богу.
Прощай...
С этой мыслью она умерла,
Не дойдя двух шагов до порога...
[показать]
Музыка – скрипка в переходе.
Танец – движение; слегка качаясь, пытаясь устоять на ногах.
Цвет - серый, грязно-желтый, стальной.
Свет – тусклые лампы, пыль в воздухе.
Лица – сосредоточенно-серьезные, невыразительные, уставшие.
Глаза – чужие и незнакомые.
Слова – не расслышать.
Путь – вперед, рывками и с остановками.
Мысли – не здесь.
Поиск – живого.
Язык – письма.
Сны – о дороге.
Реплики – ни о чем.
Реклама – скидок и регистрации.
Обувь – начищена до блеска.
Руки – сжимают сумки.
Улыбки – смущенные, редкие.
Место – метрополитен.
Вокруг – камень, трубы, колонны.
Страх – бабушка у лестницы, сидящая на полу, протянув руку.
Так вот, господа и дамы, теология - великая наука! И пусть прикусят себе язык все те, кто называет ее Лженаукой и прочими матными словами. Ибо они - не правы.
Величие теологии и прочие блага вы можете вкусить тут: