Это цитата сообщения Шпильк@ Оригинальное сообщение

[384x512]

Это цитата сообщения Йелла_охуелла Оригинальное сообщение

Как уже было сказано, Бритт стопудово была умной козой – три ярмарки и выпас у озера Сюллияйкке даром не проходят. А вот девочка, пожалуй, что была наивной. Или не так – сомневающейся, наивные героини нынче не в моде, всем подавай всезнающих, опытных, искушенных школьниц с грудью и мозгом, развитым не меньше, чем грудь. А наша девочка в сандаликах представляется мне кем-то вроде Бетти Марч, разве что не столь ангелоподобна и пианино видела только на картинках. Думаю, она пропала бы без Бритт и ее занимательных суждений о разных людях. Вот и сейчас девочке как раз впору задать вопрос, опять же по-книжному подперев щеки ладонями:
- Вот, Бритт, а почему некоторые люди всегда все знают, а я – так ничего не знаю? Намедни хозяйка с хутора Идеально_Уютный_Уголок сказала мне, что не выйдет из меня хорошей крестьянской жены, потому как я, когда кормлю поросят, подхожу к ним слева, а надо справа. Да-да-да. Она точно знает.
А Бритт бы ей ответила, приглушив Боба Марли в наушниках и почесав левый рог спицей (он у нее всегда чешется, если кто-то сплетничает):
Читать далее...

Это цитата сообщения Йелла_охуелла Оригинальное сообщение

[показать]
А еще мне очень хочется написать книшку, которая называлась бы «Девочка и коза», и все двести пятьдесят шесть страниц ее текста были бы заполнены разговорами девочки с козой – простой такой девочки, с самой простой козой. Минимум обстановки, минимум топонимов, пейзажистику нахнах и похпох, одни сплошные диалоги.
И вот коза бы вязала, и ходила бы периодически за водой, доилась бы там, жрала траву, зависала в полный рост, издавала бы блеющие сентенции, а девочка…
А девочка была бы такая – с обложки, умилительная. С косичками, лежащая на пузе, щеки подперты кулаками, в глазах вечный вопрос и ноги сзади раскиданы – в сандаликах. Не взрывом раскиданы, а лежит так девочка просто. Хотя и взрывом было бы – прикольно, что ли.
И девочка говорила бы козе (у козы как раз наушники между рогов, там Боб Марли, все дела), вот она говорила бы:
- Знаешь ли ты, Бритт, что такое счастье? И почему это люди не летают как птицы? Вот я бы, кажется, щас взяла бы и полетела… И почему же это люди не летают?
А Бритт бы ей ответила, сдвинув наушник на один рог:
- Крыльев нету, вот и не летают…
- А если б были?
- Все равно не летали бы.
- Это почему же?
- А потому. Природа человеческая. Кто-то бы летал, конечно. Кто-то их отрезал бы. Кто-то написал бы книшку про то, зачем человеку крылья, про их устройство и все такое, но сам бы никогда не полетел. Кто-то их бы продал. Кто-то покрасил бы и растатуировал. Кто организовал бы движение «Люди не птицы» и протестовал против крыльев. Ну и так далее. И только редкие экстремалы тихо парили бы в воздухе.
- Но ведь парили бы!
- А ты представь – там же холодно. Наверху. Паришь ты себе в дубленке, нос красный, сопли, морда синяя, всякие конечности отмерзнут – вот потому и не летают люди. У них и без этого чаще всего – нос красный, морда синяя и настроение плохое.
Бритт, стопудово, умная коза. Она два раза была в городе на ярмарке.

Начинать писать посты надо всегда с какой-нибудь фигни, которая первой придет в голову. Не важно, с чего, важно, что вот ты придумал фразу и все. Может, она тебе не нравится, зато она есть. В конце концов потом сотрешь клавишей delete, право же, не в каменном веке живем, не на стенах бессмертные творения высекаем. Вот мне сейчас каждый пост хочется начать с фразы «я люблю». Иногда я потом эту фразу стираю, чтобы неповадно было себе и другим так часто ее читать и слышать. Но наверное это о чем-нибудь говорит.

А вообще, у меня просто вот сегодня электричество бывает очень эпизодически на работе (и дома, в общем тоже*), поэтому я поставила автосохранение в ворде раз в минуту и все время жду подвоха, треска и темноты. Никак не дождусь, вот уже десять минут. Наверное, случится страшное. В офисе уже перешептываются о катастрофе всемирных масштабов.
Вот заходит в офис какая-то женщина светловолосая, вся в гламуре и спрашивает с сильным французским акцентом:
- А почему это у вас в России так темно?
Ей навстречу выходит сервисник, бородатый, помятый, размером со шкаф и отвечает хрипло:
- Это у нас нефть кончилась.
И дама так страшно пугается, у нее просто губы дрожат, любо-дорого смотреть. Она тихонько так шепчет:
- Совсем?
- Совсем, - кивает мужик.
- Ах… - и совсем надрывно, в россыпь молчащих лампочек, - за что ты нас так, Госссссспади?
И уходит.

А потом мне звонит мужик, долго и невнятно распространяется о чем-то – его голос похож на прибой, он громок в словах приветствий и в промежуточных «ээээ», но на терминах и названиях странно затихает, падает до шепота, и я никак не могу разобрать, что же ему надо. На третьей минуте этого разговора с прибрежной зоной мне надоедает и я переключаю его на менеджера по продажам.
- Звонит мужчина из Казани, хочет очень много разных клинических расходных материалов. Ждет содействия.
- Хрен дождется, - мрачно говорит менеджер, - но все равно света нет, а одной в темной комнате страшно. Все за фонариками разбежались… Давайте.
Ее практичность мне нравится.

Вообще удивительно даже как-то: я со школы люблю всякие такие вот аварии. Там часто бывало - то свет выключат, то подвал затопит, то ключ от дверей потеряют. В таких вот непредвиденных ситуациях чувствуешь себя как-то свободнее. Раскованнее. Можно наплевать на все свои обязанности и просто жить секундочками, делать что-то. У всех истерика, никто не заметит. Можно бегать, всех вести, всем указывать, что делать и как себя вести – и все слушаются и все получается и куча интересного происходит единовременно. Такая концентрация событий в единицу времени. Кажется, это моя концепция рая – место, где все время что-то происходит. И, желательно, массово.

про мечты немножко (выдержки из раговора)

И отмените все аварийные источники питания, кстати. Если бы не они, офис бы все же забил на работу – а так нам по телефону рассказали, что все починят. Обидно, когда мир настолько идеален, что даже сервисные службы хорошо и быстро делают свою работу (уважение им, конечно, безграничное).

О, опять вырубили. И врубили.
Закину-ка я пост в сеть, пока не вырубили совсем.

*Вчера, например, вообще была картинка маслом по сыру. Захожу я в комнату, дергаю выключатель, а мне в ответ полыхнуло светом в глаза и раздался страшный трах-тибидох-тибидох. Стою ошарашенная, ни вдохнуть ни выдохнуть. Лампочку разорвало. В куски. В два. Потом смотрела и наслаждалась – Учитель стоял на табуретке на цыпочках, весь тянулся к небесам, с фонариком во лбу и в темных очках (чтобы стеклянная крошка в глаза не сыпалась, да) и аккуратненько плоскогубцами вывинчивал пол-лампочки из плафона. Ах, это страшно эротично.

Небо за окном умопомрачительного цвета. И света. День стремительно угасает, и во всех движениях - в машинах, пешеходфх, собаках, воронах - угадывается напряженное ожидание. Березы встревоженно перешептываюстся с тополями. Наверное, будет гроза. Мне хочется выключить свет, выдернуть телефон из розетки и забраться с ногами в кресло. Раскрыть окно. Смотреть на небо. Молчать. Ждать, когда все стремительно утихнет, как перед началом фильма, когда плавно и быстро гаснет свет под потолком, когда в мире кроме тебя и экрана вдруг не остается никого вообще и твои руки даже не могут нащупать в темноте руки своего спутника. Потом на землю упадут первые капли дождя, и асфальт сразу станет черным, и сразу в лужах вздуются пузыри и забарабанит в стекла. И загремит гром.

А я, сегодня, конечно же, без зонта.

Это цитата сообщения кошка_в_апельсинах Оригинальное сообщение

Отражать мышиные следы, изредка отражать птичьи, отражать кошачьи глаза – короткий зелёный блеск, серый промелькнувший силуэт отражать – был и нет его. Год за годом отражать тусклый бок комода – комода с подломленной ножкой и оттого неприятно перекошенного. Давным-давно не отражать лиц, покрываться пылью, обрастать паутиной. "Побудь со мной, посиди", – повторять в пустоту, в вечерний сумрак, в узкий, пыльный столбик света, падающий отвесно вниз из чердачного окна. Опустевшие шкурки слов перебирать – кружево пены, яблоневые сады... слов с потерявшимся смыслом, выцветших, выгоревших, слов забытого вкуса, стершихся, поободравшихся.

Забывать. Отражения и расклады карт, складки бархата, лимонную кожуру, вино и мёд, стеклянный блеск, серебряный – забывать. Забывать выражения глаз, тёплую ладонь забывать, забывать, каково на вкус дыхание, туманящее амальгаму. Тусклым, слепым пятном, трещинами топорщиться из пропылившейся рамы.

День за днём ждать рассвета.

У самого берега моря, на обрыве, стоял домик – белый с голубым. Он был деревянным и одноэтажным, огорожен низеньким забором, и от парадной калитки до калитки задней вилась дорожка, посыпанная битым кирпичом. В домике кто-то, наверное, жил – рядом с парадным входом был разбит небольшой садик, в нем цвели яблони, а у задней двери на грядке как раз пробилась первая морковка. Кто там живет, никто не знал, потому что никогда никто не видел кого-нибудь входящим в домик или выходящим из него. Окна всегда были плотно закрыты ставнями.

- Там, наверное, живет Суслик, - говорили все, - Он есть, но его никто не видит.
И все соглашались друг с другом, потому что только суслики умеют быть и при этом оставаться незамеченными.

А на самом деле в домике жил Сэмюэль. Жил он там уже очень давно, еще с начала позапрошлой осени. Он спал в комнате с камином, головой к затворенному окну, сворачиваясь комочком на стареньком продавленном диване, а работал в библиотеке за секретером, доставшимся ему еще от дедушки. Он работал шесть дней в неделю, кроме воскресенья; с утра до самого заката писал книгу про рыбалку и рыжего кота. Книга обещала быть очень хорошей.

Сэмюэль очень любил небо. По утрам, еще до восхода солнца, он выходил в садик и гулял там, в ночнушке, босиком по росе. Иногда напевал что-то себе под нос, а в иные дни был задумчив и молчалив. Но всякий раз обязательно смотрел на небо и приподнимал ночной колпак и левое ухо в знак приветствия. Он очень хотел, чтобы небо ответило тем же.
Но небо молчало.

Потом Сэмюэль возвращался домой, переодевался и завтракал, читал утренние газеты, которые доставляют птицы, пил чай с ватрушками и прицокивал языком от удовольствия, удивления или легкого раздражения. Через час после восхода он снова выходил за порог, запирал дом и шел по дорожке, посыпанной битым кирпичом, вокруг дома. Останавливался на минутку у самого обрыва, смотрел на море, покачиваясь на мысках и поглаживая резной набалдашник трости красного дерева. Уши он, чтобы не замерзли, прятал в карманы пиджака. Затем аккуратно притворял за собой калитку и входил в дом через заднюю дверь – оттуда было ближе всего до рабочего кабинета.

Если бы Анечка* узнала о нем, она бы страшно удивилась и спросила бы:
- В твоем доме всегда-всегда затворены ставни. Но зачем тогда небо, если нельзя смотреть в окна?
А Сэмюэль ответил бы ей, приподняв шляпу и правое ухо в знак уважения:
- Небо нужно, чтобы смотреть на него, когда идешь с работы и на работу, например. И просто - чтобы знать, что оно есть.

На ресепшне встречаются два менеджера из отдела продаж (один занимается стоматологическим оборудованием и только что вернулся из командировки в Нидерланды, второй занимается работой с регионами и сертификацией и тоже только что откуда-то пришел, оба доктора медицинских наук). Оба в костюмах, галстуках. Чопорно пожимают друг другу руки, обмениваются приветствиями, после чего между ними происходит буквально следующий диалог (записывала прямо по ходу беседы).

- А у тебя есть место на кладбище?
- Ну да, теща купила.
- О. Я сам.
- А у тебя где?
- Ну на Новодевичьем…
- Ну, это далеко. А у меня вот прямо перед домом – Битцевский парк. Теща говорит: «Вы же все равно далеко ездить не будете. Я, - говорит, - восемь мест взяла».
- У вас там что, целый взвод?
- Она просто широко мыслит.

А потом они начинают рассматривать рентгеновские снимки чьих-то зубов. Весьма устрашающего вида зубов, надо признаться. Сыплются термины. А я сижу и думаю: «Нет, она не широко мыслит. Она просто в гробу вас всех видала. Или очень хочет внуков».

Я люблю этот май. В это утро после салютов, в этот дождь, такой простой, такой реальный, такой настоящий. Я не люблю тени прошлого, даже если они величественны, мне жить в present continuous нравится куда больше, чем в любом из past, даже если оно simple. Нет, нет, я помню и уважаю чужие подвиги. Я благодарна за свободу этой страны, в которой я живу, хотя свобода эта, на мой вкус, условна. Но могло и быть и хуже, я знаю. Я благодарна, правда. Меня трогает, когда я вижу этих людей. Мне хочется встать перед ними на колени и сказать им «спасибо». Но георгиевские ленточки не вызывают во мне ничего кроме раздражения. Простите.

Впрочем, это было вчера. In the past.

А сегодня я люблю этот май. Май, в котором Москва так похожа на Верн, пленивший мою душу. Я люблю шелест мокрых деревьев, наконец одетых, наконец зеленых, и первые цветущие яблони, и смех грозы у самого горизонта. Холодное дерево зонта и его, зонта, черные крылья, распахнутые над головой, и тоненький стук, с которым капли бьются в эти крылья. Я люблю кота, тощего, робкого, рыжего, мягко обнимающего меня на рассвете, мурчащего, такого хрупкого, такого нежного – мне кажется, это самый нежный мужчина в моей жизни. И самый своевременный.

Я люблю.
В режиме "сейчас - все время - в процессе".
В present continuous.
Я люблю.
Следовательно – существую?

Смотрю вот тут сериал про офисную жизнь "Третий этаж", снятый арт-группой Fellowship ("Суета вокруг колец 1/2/3", "Контрольная по Чудесам") и страшно мне нравится. Незлобно, красиво и просто. Серии по 11-15 минут, фактически ни про что. Краткая выжимка из событий офисного дня. Юмор, тендер, глупости и выходы из безвыходных положений, продажи, закупки, взаимоотношения между собой и с соседями (о, какие у них соседи, да!) - никакой мистики, очень жизненно. Персонажи прекрасны. Влюбиться можно в каждого, вне зависимости от пола и возраста и должности. Но, конечно, Шеф вне конкуренции. Вне конкурса, я бы даже сказала.

В общем, всем рекомендую. Всячески.
И весят они мало =)

[400x252]***
«Не уходи.
Пожалуйста.»
Время, наверно, спятило –
Май нынче пахнет августом.
В сумерках над распятием
Тени кружат, как вороны
И пропадает в слякоти
Зыбкого утра города
Запах твой.
Запах тебя-в-пути.
А я все шепчу –
«Не уходи» –
А сама готова уйти.

на всякий случай

Это цитата сообщения ДостающийДоНебес Оригинальное сообщение

Самообман - но это всё что у нас есть.
Дельфин (с)

Сижу вот. Тащатся мимо как черепахи переполненные людьми автобусы, пролетают словно мысли легковые автомобили. Сижу. Буду ждать до последнего, пока есть ещё пол-бутылки холодного чая, и кусок батона. Хватит на пару часов, хотя те пять что я тут провул наедине с самим собой и дорожной пылью не обещают ничего жизнерадостного.
-Молодой человек. Вы тут давно сидите? Автобус не проходил?
Поднимаю глаза с закиданного окурками и бумажками пола на того, кто задаёт вопрос.
-Давно. Проходил.
-Автобус давно проходил?
Ну что её от меня нужно. Нашла собеседника? Как бы не так.
-Сижу давно. А автобус проходил недавно. Если вы спросите "Когда?" то я не смогу ответить, потому как я счастливый, и время не наблюдаю.
Посмотрела на меня как на психа.
-А вы то тогда что тут делаете?
ВСЁ!
...................
Сказать слова можно за минуту. А потом жалеть о них всю жизнь.
...................
-Тролейбус я жду. Десятый.
-А он тут не ходит. Тут вообще тролейбусы не ходят.
...................
Людям нравится говорить умные вещи. Умные как они думают.
...................
-Пойдут. Я никуда не тороплюсь.

Прости.
Я
тоже умею
ошибаться.
И порой мне кажется -
я в этом деле Мастер.
То есть лучше всех.

Это цитата сообщения Кофейная_кантата Оригинальное сообщение

А бывают такие слова
которые прочтешь и оторвешься от земли
а вслух
их
не произнести

@ Кельтика.
Ищу диски групп "Clann Lir", "Celtic Consort" или просто Владимира Лезерсона. Желательно в формате mp3. Можно давать ссылки на интернет-магазины, в которых это продается, буду очень рада.

upd --- нашла.

@ Гарри.
Снова поднимаю вопрос про Гарри Поттера в фэнском переводе. Скромненько ковыряю ботинком землю.

upd --- нашла.

@ Козлов.
Ищу книги Козлова про ежика в тумане (сборник рассказов, не знаю, как называется) для прочтения и частичного сканирования. Можно сразу в электронном виде.

upd --- нашла.

@ Миядзаки.
Ищу фильмы Миядзаки: "Небесный замок Лапута", "Мой сосед Тоторо", "Порко Россо", "Наусика из долины ветров", "Унесенные призраками", "Шепот сердца" для просмотра и копирования. Чем скорее, тем лучше, "Унесенные призраками" совсем горят.

Итак, в моем списке появился новый интерес - Оранжевые Ленточки. Это "жжж", разумеется, неспроста:

Фишка в том, что если на твоей одежде или сумке болтается ОЛ, значит ты готов к новым знакомствам и приключениям. Только 2 обязанности ложатся на человека с ОЛ: улыбнуться (поздороваться/ помахать рукой) другому человеку с ОЛ; и ответить на знак внимания, проявленный к тебе человеком с ОЛ. То есть, например, если в метро на эскалаторе рядом с тобой останавливается человек, берет тебя за руку, улыбается и здоровается (и при этом на нем и на тебе Оранжевые Ленточки), то в этом нет ничего странного. Ты просто должен улыбнуться ему в ответ. А если он тебе не симпатичен, то вежливо попрощаться и уйти.
Если же тебе хочется спокойно доехать до дома, то не нужно вешать на себя ОЛ. Но если ты готов к новым неожиданным знакомствам, то вешай ленточку и тебе обязательно улыбнутся!

На свежеотреставрированной сумке болтается оранжевая ленточка. :]

Все желающие присоединиться или даже просто считающие идею интересной, скопируйте к себе в блоги это сообщение, пожалуйста. Мне очень хочется, чтобы в мире было больше весны.

Бывает так – ты приходишь в какое-то место и понимаешь, что пришел куда надо. Место может быть, в общем, каким угодно – чей-то дом, клуб, улица, город, кафе. Главное, ощущение такое, как будто бы ты влился сразу, вошел в пазы; тебе так свободно-свободно дышится и хочется петь или танцевать, и улыбаться, и смотреть всем в глаза. И ты смотришь. И они улыбаются тебе в ответ.

Вчера я была в таком месте.

Оно оказалось неуловимо-родным, со всеми его звуками, его танцами, его лицами. Мне впервые в жизни (как звучит-то грандиозно, боже!) захотелось остаться там, может быть, на всю ночь. Я не боялась несоответствия себя и окружающей реальности, как это со мной всегда бывает в незнакомых общественных местах; так, словно я действительно своя и вообще там всех даже знаю.

Еще удивило обилие красивых людей. Не приближенных к моему идеалу красоты, женской или мужской, а именно что красивых – каждый по-своему. Гармоничных среди себя, как говаривала Веничек. Я могла почти в каждого ткнуть пальцем и сказать «ах!», и любоваться. Чувство такое, что взяли вот все население Москвы, процедили через сито, и самых-самых вот таких оставили наверху, собрали в одном маленьком зале, дали в руки эля, и запели волынками-скрипками-гитарами.

Только, ради бога, не спрашивайте, где это.

Ее волосы цвета соломы и летнего дня.
Ее руки нежны и мягки, и в руках ее – спицы.
Я помню звук, с которым из небытия возникает что-то, из вороха рыжей шерсти – одна петелька узора будущего свитера. Она вяжет тебе так, словно ее подарок может спасти тебя от всего на свете, от ветра и холода, от страха и боли. Так вяжут молодые матери, старые ведьмы и безнадежно влюбленные женщины.
Она влюблена в тебя. В каждое я, которое ты в себе находишь.
Она смеется с твоим смехом, она эхо твоих желаний и сон твоего сна. Она ждет и идет параллельным курсом из прошлого в будущее, сближаясь на миг – и не занимая собой пространство твоей жизни. Она мягко останавливает тебя рукой на краю обрывов, обнимает за плечи – вовсе не держа, лишь для того, чтобы ты знал, что она здесь.
Рядом.
С тобой.
Всегда.

Если можно ответить, ответь - что останется нам,
Позабывшим свои обещания, данные ветру?
Перламутр декабрьского снега и двадцать три метра
По ступеням, ведущим из подпола - на облака.

Отпечатками прожитых лет на оконном стекле
Паутинка из трещин от центра до левого края.
И секундная стрелка тихонько вздохнет, замирая
Узкой тенью прошедших мгновений на мокрой земле.