Если бы вы проснулись в Европе образца 1600 года, первым делом вам стоило бы проверить, на месте ли ваш кошелек, а вторым — на месте ли ваша голова. Потому что война в то время была не событием, а состоянием души континента. Габсбурги ненавидели Валуа, протестанты косились на католиков, а все вместе они увлеченно готовились к главному событию века — Тридцатилетней войне (1618–1648).
Это была не просто война. Это был апокалипсис на минималках. Она выкосила половину Германии, обанкротила королей и научила выживших одной простой истине: старые методы больше не работают. Хаотичные свалки рыцарей и наемников были слишком дорогими и неэффективными. Нужна была система.
И Европа ее нашла. За следующие полтора столетия война превратилась из кровавой драки в кровавую математику. Появились линейная тактика, штык и полевая артиллерия. Давайте посмотрим, как это произошло и почему солдатам пришлось разучиться думать, чтобы начать побеждать.
Прощай, пика! (Ты всех достала)
В 1600 году пехота все еще напоминала дикобраза. Мушкетеры прятались за спинами пикинеров, как младшие братья за старшеклассниками. Пика была страховкой от кавалерии. Но таскать эту 5-метровую оглоблю было тем еще удовольствием, особенно в лесах.
В колониальной Америке, где война велась среди деревьев и болот, пики выкинули первыми. «Попробуй пройти с этим телеграфным столбом через чащу, когда в тебя стреляют из-за каждого куста», — сказали колонисты и взяли в руки мушкеты.
В Европе процесс шел медленнее, но верно. Соотношение пик и мушкетов менялось: 1:1, потом 1:2, потом 1:3. Генералы понимали: пика не стреляет. Она просто занимает место солдата, который мог бы стрелять.
Но как защитить стрелка от кавалерии без пики?
Багинет: кинжал раздора
Решение нашли, как водится, случайно. Кто-то (возможно, охотники на кабанов) придумал вставлять нож прямо в ствол ружья. Так появился багинет (plug bayonet).
Идея казалась гениальной: мушкетер стреляет, вставляет нож в дуло и превращается в копейщика. Профит!
Но реальность, как всегда, внесла свои коррективы. 27 июля 1689 года, битва при Килликранки. Шотландские горцы-якобиты (ребята, которые не любили долгих прелюдий) бросились в атаку на английскую пехоту генерала Хью Маккея. Англичане дали залп. Горцы, пережившие его, рванули вперед с палашами. Англичане начали судорожно вставлять багинеты в стволы.
И тут выяснилось страшное. У кого-то деревянная ручка багинета разбухла от сырости и не лезла. У кого-то, наоборот, усохла и выпадала. А главное — с багинетом в стволе нельзя стрелять! Пока англичане возились со своими «затычками», горцы уже были среди них. Итог: полная «кинетическая разборка» английской армии. Маккей, убегая, наверняка бормотал проклятия в адрес изобретателя этой штуки.
Спасение пришло в начале XVIII века в виде штыковой трубки (socket bayonet). Клинком обхватывали ствол снаружи, оставляя дуло открытым. Теперь солдат мог стрелять и колоть одновременно. Пика умерла окончательно. Да здравствует универсальный солдат!
Щелчок вместо пшика: кремневая революция
Пока пехота разбиралась с ножами, инженеры решали другую проблему: как заставить ружье стрелять быстрее и надежнее. Старый фитильный замок был всем хорош, кроме того, что он был ужасен. Тлеющий фитиль гас под дождем, вонял, демаскировал позицию и требовал постоянной возни.
На смену ему пришел кремневый замок (flintlock). Принцип зажигалки: кремень бьет по огниву (крышке полки), высекает искры, те падают на порох — БУМ!
Читать далее...