Лия Ахеджакова — известная советскому зрителю актриса. Больше всего телезрителям запомнились ее роли в фильме «Москва слезам не верит», а также «В иронии судьбы или с легким паром». В последней ленте Лия Ахеджакова сыграла подружку Барбары Брыльски.

Миниатюрная по росту, но очень активная по духу и актерской работе. Наверное поэтому ее роли стали образами. Культовую фигуру из Лии Ахеджаковой сделала роль секретарши Верочки из «Служебного романа».
Родилась Лия Ахеджакова в Днепропетровске в 1939 году. Родители девочки были театралами, поэтому любовь к искусству ей прививали еще с малых лет. Мать играла в Адыгейском драматическом театре, а отчим был режиссером театра.

|
Морской пейзаж и ЗимнеВесеннеЛетнеПецзажное - здесь

Сергей Дорофеев (Россия, Москва)
ЛетнеПейзажное (часть-3)

Вид из деревни Баранцево на Давидову пустынь





![]()
Сцена в будуаре
![]()
Прибытие принца

Зимой в деревне

Снеговик
«Обличать умеет каждый газетчик, но открыто презирать умел один Салтыков Две трети читателей не любили его, но верили ему все. Никто не сомневался в искренности его презрения».
(А.П.Чехов)
Михаил Евграфович Салтыков родился 15(27)января 1826 года в старинной дворянской семье в имении родителей в селе Спас-Угол Калязинского уездаТверской губернии. Был шестым ребёнком потомственного дворянина и коллежского советника Евграфа Васильевича Салтыкова (1776—1851).Мать писателя, Ольга Михайловна Забелина (1801—1874), была дочерью московского купца Михаила Петровича Забелина (1765—1849) и Марфы Ивановны (1770—1814). В 1830 году она приобрела имение в Угличском уезде Ярославской губернии — часть крупного села Заозерья с 18 окрестными деревнями. Семья приезжала сюда летом на два-три месяца.
Первым учителем М. Е. Салтыкова был крепостной его родителей, живописец Павел Соколов; потом с ним занимались старшая сестра, священник соседнего села, гувернантка и студент Московской духовной академии. Десяти лет от роду он поступил в Московский дворянский институт, а два года спустя был переведён, как один из лучших учеников, казеннокоштным воспитанником в Царскосельский лицей. Именно там он и начал свою деятельность писателя.
Воспитанник Царскосельского лицея Миша Салтыков все свободное от занятий время проводил в уединении. Он переводил стихи Байрона, Гейне и Виктора Гюго, сочинял собственные романтические вирши и мечтал стать творческим наследником Пушкина:
Когда печаль моя, как мрачное виденье,
Глубокой думою чело мне осенит,
Прольет мне на душу тяжелое сомненье
И очи ясные слезою омрачит, -
О, не жалей меня: печаль моя уж знает
Темницу грустную и мрачную свою,
Она вселяется обратно в грудь мою
И там в томленье изнывает...
Беспечные богатые однокашники потешались над начинающим стихотворцем, в компании свои не принимали, да и сложно было дружить с вечно унылым и мрачным подростком, имеющим вид, «не выражавший беспечного доверия к начальству, не обещавший в будущем ничего рыцарского…». Преподаватели также не одобряли увлечение мальчика литературой, поэтому Миша прятал свои записи в потаенных уголках, но безуспешно - их находили, а автора примерно наказывали.
|

ЗимнеВесеннеПейзажное - здесь

В морской ныряя синеве, Ты растворишься в глубине.
И если обретёшь признанье, Узнаешь тайны мирозданья.
Из моря выйдешь обновлённым, С душою доброй, просветлённой.
И разум станет не холодным, А ясным, радостным, свободным.
(© Copyright: Николай Столяров 2)

Член Российской Ассоциации художников-маринистов
Сергей Дорофеев (Россия, Москва)
ПейзажноМорское (часть-2)
Лунная соната
Людвиг ван Бетховен. Соната №14 «Лунная»
Чувств обнажённость, пламенный восторг,
Передо мною голубое море.
Шуршит тихонько бархатный песок,
И небосвод теряется в просторе.
Задумчиво поёт морской прибой,
И волны пеной трогают за пятки.
Танцует солнце, источая зной,
Играет в небе с облаками в прятки.

Лучи на гребнях бликами слепят,
Искрятся, тонут золотой монетой.
Мелькают рыбки, чешуёй горят,
Как быстрые, прекрасные кометы.
Бродяга ветер нежною рукой,
Мне волосы пригладит на макушке.
Небрежно брызнет тёплою водой,
Умчится снова целовать ракушки.
На небосклоне стайкой лебедей,
Исчезнут облака красивым клином.
И улетят, где нет дождей,
А день бывает жарким, длинным.
Под музыку от непокорных волн,
На сердце растворяются печали.
Морской простор, как отчий дом,
Всегда меня приветливо встречает.
© Copyright: Николай Столяров 2, 2016

|
|

|
Осенью 1901 года в Санкт-Петербурге состоялась удивительная выставка. На ней были представлены четыре картины Архипа Ивановича Куинджи. Двадцать лет он «молчал», никому не показывал своих новых работ. О его жизни в этот период ходили разные, самые нелепые слухи: Куинджи стал землевладельцем, коммерсантом, бросил живопись, исписался…
И вот — выставка. Куинджи пригласил лишь нескольких своих учеников, а затем друзей, профессоров Академии художеств и Дмитрия Ивановича Менделеева с женой.
|

До школы, кстати, тоже далеко идти не придется. Детям достаточно спуститься на лифте в один из подземных тоннелей-коридоров, которых здесь великое множество, и пройти 20–30 метров. Ну а детская площадка расположена в самом доме, в подвале. Работают все жители, как вы понимаете, тоже на территории дома, а значит могут неделями, а то и месяцами не выходить наружу.

Рыбаки ловят рыбу на скалах, набережная Уиттьера.

Вид на бухту Уиттьера, по центру Башни Бегича.
Еще одна проблема в местном климате. Даже в самые жаркие дни здесь не теплее +13, да еще и постоянно дует ледяной ветер. К тому же весной 1964 года здесь произошло сильнейшее землетрясение с цунами — погибли 13 человек, большинство построек были разрушены. Военные эвакуировались, да так и не вернулись. А гражданские перебрались в Башни Бегича, чтобы остаться тут жить — всем вместе.
В суровых климатических условиях Аляски, в городе Уитьер, почти все жители живут в одном здании, выполняющем функции жилого дома, школы, магазина и других учреждений.
13. Перу, Острова Урос:
Плавучая жизнь на Титикаке
На высокогорном озере Титикака, в Перу, живут люди, построившие свои дома на плавучих островах, сплетенных из тростника татуры.


В давние времена индейцы племени урос, жившие до того по берегам Титикаки, вынуждены были искать убежища от воинственных инков, расширявших свою империю покоряя соседние народы. Урос бежали в заросли тростника, в изобилии растущего на озере, и там, вне видимости с берега, создали из него искусственные плавучие острова, на которых и живут с тех пор.

Здесь, вблизи Пуно, плавучих островов насчитывается около четырех десятков, вытянутых в две линии по обеим сторонам широкой протоки - своеобразной "улицы":

|