Предметы роскоши зачастую создаются не только и не столько для того, чтобы ими пользоваться, сколько для того, чтобы удивлять и восхищать. Один из таких предметов хранится в музее Фонда Медероса и Алмейды в Лиссабоне. Это настольные часы, они созданы венским ювелиром Леопольдом Вайнингером для фирмы Карла Рёсслера. Достоверно не известно, кто был заказчиком этих часов. Согласно самой распространенной версии, они были изготовлены для короля Людовика II Баварского (1845–1886).
Монументальные настольные часы, горный хрусталь, серебро, позолота, эмали, лазурит, драгоценные и полудрагоценные камни, позолоченная бронза, высота 110 см, ювелир Леопольд Вайнингер, фирма Карла Рёсслера, Вена, конец XIX века.
Часы сложной архитектурной композиции, созданные из дорогих материалов: горного хрусталя, пластин лазурита и огромного количества полихромных эмалей на серебре; представляют собой дворец, увенчанный павлином из горного хрусталя. Это яркий пример стиля, популярного во второй половине XIX века, который теперь именуют венским историзмом.
Хрустальный павлин (фрагмент).
Талантливые русские писатели и поэты покидали мир и в молодом, и в достаточно преклонном возрасте. Часто их смерти были обыденны и скучны — скоротечная болезнь, агония, уход. Но в любом случае сами того не желая, они сделали свою смерть частью окружавшей их легенды.
И вот по прошествию сотни лет появляются неожиданные гипотезы по поводу обстоятельств ухода великих, которые доселе не вызывали сомнения. Так, например, произошло с Антоном Чеховым и его туберкулезом. Или с Николаем Гоголем и его таинственной кончиной, по поводу которой существует целых три версии. Вот с них-то и начнем краткую экскурсию в юдоль скорби и печали, где упокоились души великих русских писателей.
Хронология событий в случае смерти Гоголя выглядела так. Зимой 1852 года до начала Великого поста Гоголь начал голодать. 5 февраля он принял решение говеть, и с этого дня питался крайне скудно и умеренно. Через пять дней писатель так ослаб, что уже не мог выходить из дома. 18 февраля он слег в постель и почти совсем отказался от пищи. Причем, добровольное голодание развивалось на фоне депрессивного состояния (именно в этот временной промежуток Гоголь сжег второй том "Мертвых душ"). Друзья и врачи пытаются вытащить писателя из этой ямы, но он отказывается от помощи. 20 февраля созванный консилиум принимает решение о принудительном лечении Гоголя. А утром 21 февраля 1852 года он умирает, не дожив и месяца до своего 43-летия.
Вскрытия не было. Писателя похоронили через три дня на кладбище Данилова монастыря. Сразу стоит отринуть версию летаргического сна, которая долго ходила в творческой среде, особенно после эксгумации и переноса останков на Новодевичье кладбище в 1931 году. Мол, Гоголя похоронили заживо и неестественное положение скелета в гробу явное тому подтверждение. Это не так, поскольку имеется свидетельство скульптора Рамазанова, который перед похоронами снимал посмертную маску писателя. Он упоминал в своих воспоминаниях о характерных посмертных изменениях тканей лица.
Есть в близости людей заветная черта,
Ее не перейти влюбленности и страсти...
Анна Ахматова (23 июня 1889 — 5 марта 1966) — одна из тех поэтесс, чьи строки вспомнит любой, кто учился в советской или российской школе.
«Нет, это не я, это кто-то другой страдает, я бы так не могла»,пишет она в «Реквиеме». Ахматова умела рассказать об унижении с такой горделивой осанкой, что читатели невольно завидовали ее сильному характеру. Поэтессе пришлось многое пережить: революции и войны, гибель близких, тюрьму и ссылку сына Льва Гумилева.
Какую власть имеет человек,
Который даже нежности не просит...
«Вечерние часы перед столом»
Задыхаясь, я крикнула: «Шутка
Всё, что было. Уйдёшь, я умру».
Улыбнулся спокойно и жутко
И сказал мне: «Не стой на ветру»
.«Сжала руки под темной вуалью...»
|
Трогательные, теплые и очень личные послания русских писателей своим любимым
Личная жизнь многих русских писателей сама по себе была похожа на сложный психологический роман. Доказательством этому служат их письма к возлюбленным.
Представляете ли вы себе «неистового Виссариона», грозу русских писателей XIX века, в роли нежного влюбленного? Нет? А придется, вот что он писал невесте.
|
|
Главврач специализированной клиники пожал Лемешеву руку и, понизив голос, сообщил: «У меня для ваших поклонниц целое отделение. Мы провели исследование и выяснили, что тембр вашего голоса оказывает на женщин гипнотическое воздействие».
Сергей Яковлевич промолчал. Он-то знал это и без исследования, потому что к тому моменту у него за плечами было четыре развода, а пятая жена ещё только репетировала свою партию в Ленинграде.
«Они буквально теряли разум! Когда в Большом пел кто-то из тех, кого они считали конкурентом папы, эти женщины срывали спектакли, свистели и мяукали» - так вспоминала дочь певца Мария.
Круглые сутки поклонницы, прозванные «лемешистками», а позднее «сырихами» (в честь магазина «Сыр» на углу улицы Горького, где они отогревались в холода) караулили у его подъезда.
Те, что побогаче, скупали квартиры в доме напротив и направляли на его окна подзорные трубы.
Водосточная труба, ведущая к его этажу, превратилась в лестницу; пожарных вызывали снимать оттуда женщин с такой регулярностью, что перестали удивляться.
В Большом театре гардеробщики наловчились зарабатывать на фанатках: две минуты постоять в калошах кумира обходились в 200 рублей, а это было месячное жалованье инженера.
Галстуки Лемешева кромсали на лоскутки и разбирали по рукам как реликвии, а в сцене дуэли из «Евгения Онегина», когда Ленский падал от пули, лемешистки поднимались с мест и гуськом уходили из зала, дескать, после гибели Ленского слушать здесь больше нечего.
Можно подумать, что перед нами столичный баловень из профессорской семьи, но ничего подобного. Серёжа Лемешев родился 10 июля 1902 года в деревне Старое Князево Тверской губернии в семье, где единственным по-настоящему ценным достоянием были голоса.
Акулина Сергеевна, его мать, пела в церковном хоре и слыла лучшей певицей на всю округу.
Отец, Яков Степанович, каждую зиму уезжал на заработки в Тверь и рано сгорел от чахотки, тогда Серёже не было ещё и десяти.
Тот же недуг тридцатью годами позже едва не убьёт и самого Сергея.
В 1914 году двенадцатилетнего мальчика отправили с дядей в Петербург учиться сапожному ремеслу. Он мял кожу, тачал голенища, а по вечерам бегал в цирк-шапито и слушал граммофон.
В юности будущий живописец бежал из родного дома на Соловки, а в зрелые годы совершил опасное путешествие на Новую Землю и стал гостем президента США
Немногим художникам суровые северные виды приносят больше вдохновения, чем пышная природа южных мест. Одним из таких живописцев был Александр Борисов, плененный ледяной красотой Арктики.
Александр Борисов родился 14 ноября (по н. ст.) 1866 года в крестьянской семье в деревне Глубокий Ручей Вологодской губернии близ города Красноборска. Когда в десятилетнем возрасте он серьезно заболел, родители дали зарок: если Саша поправится, то однажды поедет на год в Соловецкий монастырь — помогать инокам по хозяйству. Через пять лет так и случилось — пятнадцатилетний юноша помогал вести рыбный промысел и осматривал Соловки.
Север очаровал подростка. По возвращении в родительский дом он не находил себе места: втайне планировал новые путешествия и мастерил деревянные модели лодок. Единомышленников в деревне найти было трудно: сверстники не разделяли интересов Александра, а близкие досадовали на его легкомысленные увлечения.
Однажды в семье Борисовых разразилась ссора: отец сломал все поделки сына и посоветовал заняться, наконец, делом. Александр затаил обиду. В 17 лет он бежал на Соловки, не спросив разрешения старших, и вскоре устроился на работу в иконописную мастерскую. Впоследствии Борисов писал, что иконы были первыми художественными изображениями, которые он увидел в своей жизни. К желанию путешествовать прибавилось еще одно — писать картины.
Первые наставницы и первые, порой суровые критики своих детей, матери серьезно влияют на характер, поведение и выбор жизненного пути человека. Но когда речь заходит о знаменитостях, обычно забывается, кто их растил и воспитывал. Мы решили исправить эту несправедливость и рассказать, кем были матери пяти известных писателей.
Замуж Машеньку Косьяровскую выдали уже в 14 лет. Невеста была вдвое младше жениха и, по мнению современников, удивительно миловидна. Девушка родилась в семье почтмейстера Орловской губернии, но до венчания с Василием Афанасьевичем Гоголем-Яновским проживала в имении дяди в Кибинцах. Ее двоюродный брат был женат на внучке последнего польского короля Станислава Понятовского Ольге Дмитриевне, которая стала крестной одной из дочерей Марии.
Существует легенда, что после смерти двух первых сыновей Мария Ивановна еженедельно пешком проходила 30 верст до села Васильевка, где стояла Свято-Николаевская церковь, чтобы вымолить живого ребенка. Отсюда и имя писателя — Николай, в честь святого покровителя храма. Всю свою жизнь Мария Ивановна провела в имении под Полтавой, однако любимым времяпрепровождением набожной женщины были паломничества.
ВесеннеЗимнеЛетнеПейзажное здесь...
Лактаев Роман Юрьевич (Россия, 1974)
ОсеннеПейзажное (часть-4)
Светает поздно, вечереет рано,
Опять пришли октябрьские туманы,
И осень в своём платьице из ситца
Катается по небу в колеснице.
Холодный дождик посмотрел в окошко,
Его печаль простить совсем не сложно,
Наверное, он тоже понимает,
Что солнце золотое остывает.
Ведь очень скоро листопад умчится,
Погаснет на ветвях огонь жар-птицы,
И только грозди красные рябины
Напомнят лета тёплого картины.
Светает поздно, вечереет рано,
От осени такой мы словно пьяны,
И сердце ждёт, что скоро по дороге
Снег полетит, скрывая все тревоги.
(© Copyright: Николай Гренков)
