Пристала ко мне вчера американка.
Впилась в меня глазами, а я на её зубы уставилась. Некрасивые были у неё зубы, желтоватенькие.
Я сидела и думала, как всё-таки люди порастеряли свою скромность и ненавязчивость.

Пустота вокруг меня...
Одинока. Тишина
Оглушает больно вслед.
Я в пути, где нет побед.

Мне так нужно было знать
Радость, смех. Но тот удар!
Меткий, точный в саму меня-
Я сама наказала...Себя.

Маша, Машенька, Машутка!
Ты цветочек словно красный.
Распускаешь ты прекрасно
Лепестки простому люду.
Эти нежные покровы
Упадут в грязи невежеств.
Пропадёт, расстает, сгинет
Твоя натураль и свежесть.
Ты вздыхаешь полной грудью
Смог, болезнь и хмурость душных
Городов и в них живущих
Кровожадных, глупых, ушлых...
Лучше вдаль смотри, к закату.
В небо, в облаков парады,
В звёзды, в млечные пути.
Ах!! Они неосквернены!

Неспокойно так.
И тревожно.
Мне крадутся навстречу события верно.
Что-то вымысленное и безысходное
Выдирает из под ног моих землю.

Я растерянна.
Неуверенна.
Продолжает расти что-то чёрное.
Обволакивает оно непокорную,
Обнажённую перед Миром женщину.

Распекается,
Разгорается
В пламя ярости мысль неизменная -
Устоять, не упасть, воле Божьей не дать
Растерзать себя на клочки в этом времени!

Мне ветра мало.
До неба поздно.
Глаза закрыты.
Вернуть всё
Сложно.

На сердце камень
Придавлен тяжко.
Укрылась в знамень.
Мне жить бы.
Жалко.

Стою на ветру,
Подставив солнцу
Глаза. Там метры.
Внизу, под
Бронзой.

Вот вскинув руки,
Лечу уж к небу.
Кричу. Не муку,
А радость
Пробую.

Слёзки глупые, горькие, вязкие.
Я в комок собралась и реву.
Всё тайком, всё от всех,
я пожалуюсь... Никому, никому, никому.

Стуки дробные. Торопящееся
истомлённое сердце в груди.
Умоляю тебя, успокойся. Всё!
Ненужны твои боли ему.

Пропусти сквозь себя недоверие,
и ухмылку, злой голос. Уйди.
Между вами года, суеверия.
И несказанны строки любви.

Отпусти ты меня. Прогони.
И не мучай ты впредь меня боле.
Ты не видишь, как сердце в груди
и трепещит, и щемит, и ноет.

И устала я от всего,
где унылость и мерзость земная.
Улечу-ка я далеко.
Там, где нет глупой сытости "рая".

Я безлика, сера, неопрятна.
С волосами немытыми. Кожей
я хоть чувствую солнце на
плятце, но плюют они в мою рожу.

Я сижу и смотрю на ботинки
и на туфли. В них стройные ножки.
Но шарахаются люди в сторонку,
когда видят меня на дорожке.

Шью я платье белое-чисто снег.
И одену завтра я. Увидит свет,
что стройна, красива я, кинет взгляд
на цветы, что сбросила на наряд.

Проплыву я в вальсе меж людей.
А потом я встану у дверей.
Оглянусь, задумаюсь. Как же так?
В вороньё я чёрное забралась.

Что случилось сегодня со мной?
Может буря прошла стороной?
Или ветер срывает листву,
Почему же грущу, не пойму.

Погости ты у меня грусть,
А потом уходи - я молюсь.
Чтоб всё было спокойно в душе
У любимого. Вот идёт он уже.

Что случилось с тобою? Скажи.
Войны вроде утихли почти.
Или ранят тебя слова?
Пулей жгучей пронзают тебя.

Залечу я все ранки твои
Поцелуями, ты не молчи.
Ведь внутри у тебя ноет давно.
Потушу огонь обид всё равно.

Я рисую чёрточки, кружочки,
Вспоминая запах твой и губы.
Я хочу поставить там флажочки,
Чтоб пройти к тебе сквозь стужи.
Этот холод-ты же всё увидел,
Замудрил узоры в моём сердце.
Их сплету в огромный клубень
Да и отпущу вдоль длинных рельсов.

Тепла там нет. Там вечный страх.
Пугает снова он в потьмах.

Весны там нет. Царит зима,
где нет огня. Сойду с ума...

Двери там нет. Упала в мрак...
Тюрьмы рассвет. Себе я враг.

Полёта нет-сожгли крыло.
Ты поднимись. Грустить полно!

Любви там нет! Вздохнуть боюсь...
Толкни меня и я проснусь!

У нас гроза. И град несётся
стремительно и как-то зло!
На головы прохожих льётся
небесный гнев самих богов.
Они бурчат и удивлённо
бросают взор в самую высь.
Где серо-мрачно хмурит брови
природа , скинув тонну брызг.

Где была радость..? Моя...
Утекла навсегда,
в те края снов моих.
Снов беспечных, не злых.