Был ли Сталин на фронте?

 

 К 80-летию Победы в Великой Отечественной войне

В последнее время участились спекуляции недобросовестных «историков» и «неравнодушной» общественности по поводу поездки Верховного главнокомандующего Красной Армией И.В. Сталина на фронт. Сегодня мы решили окончательно поставить все точки над i в этом вопросе.

Многие по каким-либо причинам считают, что Сталин в начале войны самоустранился от руководства страной и армией (но это полный бред). Им вторят и другие комментаторы, указывающие, что мол трусливый Сталин заперся в Кремле и всю войну просидел там, боясь выйти.

С полной уверенностью, опираясь на документы, мы можем утверждать, что такие заявления – откровенная ложь. Более того, совершенно очевидно, что Верховный главнокомандующий был на фронте, причем далеко не единожды, как многие думают. Опытный революционер и участник многих сражений Сталин не испытывал страха перед поездками на фронт, но важно было сохранять секретность при этом. Пренебрежение безопасностью чревато потерей высших военачальников, что недопустимо на войне, примером может служить трагическая гибель генерала армии Н.Ф. Ватутина, попавшего в засаду во время выезда в расположение армии.

Полководцы и фронт

Безусловно, в древние времена полководец обязан был присутствовать в ходе сражения лично, поскольку иной возможности управлять войсками не было – только с поля боя. Но и в древности за полководцами и руководителями шла целенаправленная охота. Вспомнить хотя бы случай из истории Древнего Рима, когда Гай Муций Сцевола пробрался в лагерь этрусков и убил рядового, который был одет как полководец этрусков Ларс Порсенна, в то время как настоящий Порсенна был в другом месте. Однако с усложнением и разветвлением военной структуры и развитием связи эта необходимость в конспирации стала отпадать. А сама фигура полководца, причем любого ранга, стала приобретать всё большую важность. В такой войне, как Великая Отечественная, где сошлись многомиллионные армии, фигура каждого отдельного командира значила много, а с ростом ранга командира, значение возрастало.

Не секрет, что для специальных подразделений, шпионов, диверсантов, снайперов основной целью являлись именно представители командного звена противника. Поэтому поездки высших руководителей в войска носили подчас спонтанный, а главное, строго секретный характер. Именно поэтому долгое время (даже после войны) документы, фиксирующие такие поездки (а их было немало) Верховного главнокомандующего, держались в секрете.

Немного документов

«Ещё один миф – паническая боязнь Сталиным фронта. При всём том, что известно сегодня о Сталине, должен возразить: Верховный на фронт выезжал.

Вышло так, что в одном из выездов Верховного на фронт довелось участвовать и мне. Всего же в период обороны Москвы Сталин выезжал на фронт дважды. Меня поразила сама организация этих поездок. Никем и никогда они заранее не планировались. Например, когда он выезжал в район Волоколамска, внезапно вызвал Жукова и моего отца, сообщил, что вместе с ними намерен побывать в этот день на одном из участков фронта. Никакой, повторяю, предварительной подготовки. В этом отношении, убеждался и сам я не раз, был он очень оригинальным человеком...»,– вспоминает Берия С.Л. в книге: «Мой отец – Лаврентий Берия».

В наше время архивы и книги воспоминаний непосредственных участников событий позволяют нам восстановить картину и увидеть, что Сталин совсем не боялся поездок на фронт. В отличие от своих зарубежных коллег и главного противника – Гитлера, который бывал лишь на оккупированных территориях, Сталин не раз бывал непосредственно на фронтах и в прифронтовых штабах. Давайте посмотрим подробнее, где он появлялся.

Так, старший лейтенант И.А. Соколов, адъютант маршала Николая Воронова, вспоминал, что Сталин несколько раз появлялся в штабах Западного и Калининского фронтов в период с августа 1941 года по август 1943 года.

Эти воспоминания подтверждает и уже давно обнародованный журнал по приему посетителей товарища Сталина в Московском Кремле. Архивные записи позволяют нам увидеть те промежутки в приемах гостей и посетителей Верховного главнокомандующего, когда он находился вне Кремля, на фронте. К примеру, с 22.30 1 августа до 21.55 5 августа 1941 года.

Сталин бывал в районах обороны у Солнечногорска, Можайска, Звенигорода. Бывал и в 16-й армии будущего маршала Рокоссовского на самом сложном –Волоколамском направлении.

После знаменитого парада 7 ноября 1941 года товарищ Сталин лично поехал осматривать выгружающиеся под Москвой сибирские дивизии,

Генерал-полковник Виктор Абакумов: бессменный начальник «Смерш»

 

 К 80-летию Победы в Великой Отечественной войне.

Биографию Виктора Семеновича Абакумова можно было назвать уникальной, если бы в послереволюционные времена подобным же необычным образом не складывались многие тысячи жизней. Он родился в 1908 году на рабочей окраине Москвы, в Хамовниках, а в 13 лет, не успев закончить даже четырехклассного городского училища (единственное его образование), отправился воевать, записавшись добровольцем во 2-ю Московскую бригаду ЧОН – частей особого назначения, санитаром. В 15 лет демобилизовался и тогда ему пришлось «вписываться» в мирную жизнь – без образования, без профессии.

Поначалу Виктор выполнял самую низовую и тяжелую работу: грузчик, упаковщик, но в сентябре 1930 года он возглавил комсомольскую организацию штамповочного завода «Пресс», откуда вскоре перешел в Замоскворецкий райком ВЛКСМ, заведующим военным отделом, а в 1932 году был направлен на работу в органы НКВД. Абакумов неоднократно просился на учебу, но его оставляли служить – так тогда со многими поступали.

Он был определен в экономический отдел Полпредства ОГПУ Московской области, затем – в Экономическое управление ОГПУ. Пришлось ему послужить и в ГУЛАГе – в качестве оперуполномоченного 3-го отделения отдела охраны, где он получил знания, умения и навыки в контрразведывательной практике по агентурной работе. В 1937 году Абакумов был переведен в Секретно-политический отдел Главного управления госбезопасности НКВД СССР, дорос до начальника отделения в Оперативном отделе. Но тут последовал стремительный взлет: в декабре 1938 года он стал исполняющим обязанности начальника, а в апреле 1939-го – начальником Управления НКВД по Ростовской области.

Серго Лаврентьевич Берия, сын Лаврентия Павловича, вспоминал: «Когда отца назначили наркомом внутренних дел СССР, Виктор Семенович работал в Управлении НКВД по Ростовской области. В поле зрения отца он попал в период, когда началась массовая реабилитация людей, арестованных при Ягоде и Ежове. Были созданы в краях и областях специальные группы по реабилитации, куда входили вместе с сотрудниками прокуратуры и работники НКВД. В одну из таких групп включили тогда и Абакумова. Именно там он и выдвинулся. При его непосредственном участии было освобождено до 60 процентов заключенных, арестованных в Ростовской области».

25 февраля 1941 года Виктор Семенович был назначен заместителем наркома внутренних дел. А дальше была война…

17 июля 1941 года было создано Управление Особых отделов НКВД СССР, и Абакумов, оставаясь заместителем наркома, был назначен его начальником. Теперь он отвечал за обеспечение безопасности сражающейся армии.

«Перестройка работы с мирного на военный лад происходила в исключительно трудных условиях на фоне постоянного отступления советских войск, формирования новых частей и соединений и т.п. Не случайно во второй половине 1941 г. представители руководства Управления Особых отделов НКВД СССР неоднократно выезжали на места, где знакомились с организацией работы, давали указания по повышению ее качества и эффективности.

Так, к примеру, в начале октября 1941 г. начальник УОО НКВД СССР выезжал на Южный фронт, побывал в 9-й и 18-й армиях, в 150-й стрелковой дивизии. В ходе поездки В.С. Абакумов знакомился с оперативными материалами Особых отделов, давал указания и проводил инструктажи с руководящим составом Особых отделов по вопросам решительного пресечения дезертирства, шпионажа и «разболтанности на фронте», – указано в 6-м томе («Разведка и контрразведка») энциклопедии «Великая Отечественная война».

Вообще, жуткое было время! Казалось бы, что является главной задачей контрразведки в войну? Естественно, ловить вражеских шпионов, пытающихся проникнуть в боевые части! Но что стоит на первом месте в приведенной выше цитате? «Решительное пресечение дезертирства»! Кажется, что дезертирство на тот период было страшнее любых агентов противника.

Вот справка, которую подготовил заместитель Абакумова комиссар госбезопасности 3-го ранга Мильштейн: «С началом войны по 10-е октября с.г. Особыми отделами НКВД и заградительными отрядами войск НКВД по охране тыла задержано 657 364 военнослужащих, отставших от своих частей и бежавших с фронта. Из числа задержанных Особыми отделами арестовано 25 878 человек, остальные 632 846 человек сформированы в части и вновь направлены на фронт».

По штату военного времени численность стрелковой дивизии составляла порядка 14 с половиной тысяч человек. Значит, получается, что за неполных

 

 

#книги #шумеры #литература #этруски

Служба — дни и ночи… Московская милиция в годы Великой Отечественной войны

 

К 80-летию Победы в Великой Отечественной войне.

Поддержание общественного порядка и борьба с преступностью, нейтрализация вражеских разведывательно-диверсионных формирований, защита населения от последствий воздушных налетов – вот далеко не полный перечень задач, которые решали органы и войска Наркомата внутренних дел (НКВД) в годы Великой Отечественной войны. Им приходилось выполнять и конкретные задачи, возникавшие в тот или иной период войны, в том числе принимать непосредственное участие в боевых действиях на фронте.

В феврале 1941 г. НКВД СССР был разделен на две самостоятельные организации – Наркомат внутренних дел и Наркомат государственной безопасности. Начальником Управления НКВД Москвы и Московской области был назначен старший майор госбезопасности М. И. Журавлев. В Москве и области располагалась 1-я отдельная мотострелковая дивизия особого назначения им. Ф. Э. Дзержинского оперативных войск НКВД, отдельные части войск НКВД по охране железнодорожных сооружений и особо важных предприятий промышленности и конвойных войск.

Военные заботы для органов внутренних дел начались задолго до 22 июня 1941 г. Весной 1941 г. в Московской области трижды проводились большие военно-тактические учения, в которых принимали участие десятки тысяч осоавиахимовцев. Тренировка позволила оценить готовность населения к защите от воздушного нападения, эффективность системы светомаскировки. Всей этой огромной работой руководили райотделы НКВД и милиции.

Москва готовилась к возможным воздушным нападениям, бомбежкам, пожарам. 7 мая 1941 г. исполком Моссовета принял специальное решение «О сносе временных заборов и ликвидации захламленности во дворах домов». Была создана специальная комиссия под председательством начальника Управления милиции Москвы В. Н. Романченко. В столице было много старых домов, а деревянные сараи и пристройки летом часто использовались как дополнительная жилая площадь. Москвичи очень неохотно расставались с ними. Работа осложнилась еще и тем, что официально речь шла лишь об улучшении санитарного состояния в городе: нельзя было открыто объяснить населению, что все это делается для предотвращения пожаров при возможных налетах вражеской авиации. Несмотря на все трудности, за два месяца в Москве было снесено более 74 тыс. деревянных построек, сараев и заборов.

С началом Великой Отечественной войны характер действий органов и войск НКВД в столице и области изменился. Первый экзамен московской милиции – мобилизация военнообязанных и автотранспорта. В те годы военно-учетная работа относилась к компетенции милиции, поэтому подготовка всей документации проводилась ее работниками.

В течение 2–3 дней после объявления мобилизации сотрудники военкоматов и милиции выписали десятки тысяч повесток и вручили их призывникам. В эти же дни начальникам райотделов милиции было дано указание снять с учета ГАИ автотранспорт, мобилизованный для Красной армии. Одновременно был введен контроль за движением автотранспорта по Москве и области.

Лишь некоторые уклонялись от исполнения своего гражданского долга. В период с 22 июня по 30 августа 1941 г. за уклонение от мобилизации в Москве было привлечено к ответственности всего 35 человек, в Московской области – 168 человек. Почти 7 тыс. столичных милиционеров добровольцами или по призыву вступили в ряды действующей армии. Всего же за годы войны из московской милиции на фронт ушли 12 тыс. работников. Оставшиеся перешли на казарменное положение. Отпуска были отменены, количество выходных ограничено одним днем в месяц, продолжительность рабочей смены увеличена до 12 часов.

Поддержание общественного порядка в столице с первых дней войны осуществлялось круглосуточно совместными нарядами патрулей военного коменданта и городской милиции. На дорогах, ведущих в столицу, с 19 августа 1941 г. были выставлены заставы из сотрудников милиции и войск НКВД. Количество постоянных постов было увеличено с 960 до 1100. Еще 600 постов были скрытно выставлены в точках возможных налетов вражеской авиации.

Важнейшей задачей органов и войск НКВД являлась борьба с проникновением в Москву вражеской агентуры, с паникерами и распространителями ложных слухов. Значительно ужесточился паспортный режим, систематически проводилась проверка домов, общежитий, гостиниц. В Москве был введен специальный милицейский пароль, чтобы затруднить действия вражеских лазутчиков, переодетых в форму милиционеров. Одним из способов проникновения в Москву агентуры противника было ее следование в потоке лиц, эвакуировавшихся из западных районов страны. В связи с этим 4 июля 1941 г. начальник Московского гарнизона издал приказ

Приказ № 227 «Ни шагу назад!» впитал «остервенение народа»

 

 К 80-летию Победы в Великой Отечественной войне.

Один из самых сильных документов военных лет

Редкий нормативно-правовой документ получал в годы Великой Отечественной войны такую известность, как приказ наркома обороны СССР И.В. Сталина № 227 от 28 июля 1942 г., обретший неофициальное название «Ни шагу назад!». Изданный в самом начале Сталинградской битвы, он отразил критическое для Красной армии развитие событий летом 1942 г. на южном фланге советско-германского фронта.

К середине июля вермахт прорвал советский стратегический фронт на глубину до 400 км и развернул наступление в большой излучине Дона на Сталинград и Кавказ. В ходе контрудара войска вновь образованного Сталинградского фронта (командующий – маршал С.К. Тимошенко) потеряли большую часть имевшихся у них танков, лишившись бронированного «кулака», и оказались не в состоянии изменить обстановку к лучшему. 24 июля советские войска оставили Ростов-на-Дону. В те же дни противник выше по течению Дона в районе станицы Клетская (230 км северо-западнее Сталинграда) обошёл основные силы 62-й армии, в результате чего возникла прямая угроза прорыва вермахта к городу на Волге.

Дальнейшее масштабное отступление Красной армии грозило Советскому Союзу военным поражением и утратой независимости. В приказе № 227 власть, пожалуй, впервые после начала войны с такой откровенностью сказала правду о реальном положении на фронте. Стратегическая инициатива, перехваченная у немцев в результате зимнего наступления под Москвой, оказалась вновь утраченной. К концу июля 1942 г. нацисты оккупировали территорию, на которой к началу войны проживали более 70 млн человек, производилось в год более 50 млн тонн хлеба и 10 млн тонн металла, преимущества перед врагом у СССР не было уже ни в людских, ни в материальных ресурсах.

Пафос приказа № 227 сводился к следующему: «Отступать дальше – значит загубить себя и загубить вместе с тем нашу Родину… Отныне железным законом дисциплины для каждого командира, красноармейца, политработника должно являться требование – ни шагу назад без приказа высшего командования».

В крайне неблагоприятном развитии событий проявилось недостаточное умение высшего командного звена Советских Вооруженных Сил предвидеть действия противника, управлять большими массами живой силы, бронетанковой техники и другими средствами боя. Но поражения во многом были обусловлены и психологической подавленностью многих военнослужащих, ярко выраженным синдромом отступления.

В недостатке порядка и дисциплины непосредственно в частях и подразделениях увидел одну из главных причин отступления нарком обороны СССР и Верховный главнокомандующий И.В. Сталин. В приказе № 227 он категорически потребовал от военных советов фронтов, и прежде всего от командующих фронтами, «безусловно ликвидировать отступательные настроения в войсках и железной рукой пресекать пропаганду о том, что мы можем и должны отступать и дальше на восток, что от такого отступления не будет якобы вреда», снимать с должности и направлять в Ставку ВГК для последующего привлечения к суду военного трибунала «командующих армиями, допустивших самовольный отход войск с занимаемых позиций, без приказа командования фронта».

Командующих армиями приказ обязывал принимать аналогичные меры по отношению к допустившим самовольный отход войск командирам и комиссарам корпусов и дивизий, а последних – по отношению к командирам и комиссарам полков и батальонов.

Командиры, комиссары и политработники рот, батальонов, полков, дивизий, отступившие с боевых позиций без приказа старшего начальника, в приказе объявлялись «предателями Родины», с которыми следовало поступать беспощадно: «Паникёры и трусы должны истребляться на месте». Из контекста документа следует, что под паникёрами и трусами понимались также и военнослужащие рядового и сержантского состава, которые «увлекали в отступление других бойцов и открывали фронт врагу».

В качестве одной из важнейших репрессивных мер к провинившимся приказ № 227 определил введение в Красной армии штрафных формирований. Военным советам фронтов, их командующим предписывалось «сформировать в пределах фронта от одного до трех (смотря по обстановке) штрафных батальонов (по 800 человек), куда направлять средних и старших командиров и соответствующих политработников всех родов войск, провинившихся в нарушении дисциплины по трусости или неустойчивости, и поставить их на более трудные участки фронта, чтобы дать им возможность искупить кровью свои преступления против Родины». В

 

 

#животные #здоровье #собаки #обоняние

15 месяцев | Природа

 

 

#наука #химия #менделеев

 

 

#поверья #гоголь #чудища

4 дня | Культура

Поделись

 

 

#отпечатки пальцев #дактелоскопия

22 июня. Кто виноват в трагедии первых дней войны

 

К 80-летию Победы в Великой Отечественной войне.

22 июня 1941 года обернулось для СССР настоящей катастрофой. Несмотря на наращивание военного производства в стране, начало войны стало губительным для Красной армии. Почему так произошло и кто повинен в трагедии 22 июня?

В первые недели войны от уверенности советского руководства и командования в том, что Красная армия будет воевать малой кровью и на чужой земле, не осталось и следа. Вторжение было стремительным и дерзким. Военные округа оказались не готовыми к вражескому нападению. Только в первый день войны было уничтожено около 1200 самолётов, 800 из них — на земле. Авиадивизии и механизированные корпуса не были укомплектованы должным образом. Связь со многими частями отсутствовала. Остро ощущался недостаток зенитных и противотанковых средств. Потери личного состава были очень большими. Командование на местах зачастую не могло принять важных стратегических решений.

В военных округах царила полная неразбериха. Буквально за несколько дней до войны во многих полках снимались прицелы с пушек и отправлялись в окружные мастерские для проверки. Так, к примеру, гаубичный артполк 75-й дивизии 4-й армии Западного военного округа оказался 22 июня без оптических приборов.

Генерал-лейтенант Сергей Долгушин во время войны был лётчиком-истребителем в звании младшего лейтенанта. Летом 1941 года его полк стоял в ЗапОВО, примерно в 15 километрах от границы. По воспоминаниям Долгушина, за несколько дней до войны по распоряжению командующего Белорусским военным округом Д. Г. Павлова с самолётов было снято всё вооружение, было сокращено число мотористов и оружейников, не были подготовлены запасные площадки. Вот отрывок интервью Сергея Долгушина газете «Красная звезда»:

«За зиму сорок первого года мы освоили высотные полёты, много стреляли и по конусу, и по земле, начали летать ночью. Десятого мая наш полк перебросили из Лиды на аэродром Новый Двор, что чуть западнее Гродно. На севере граница с немцами была в пятнадцати километрах. Как только мы приземлились, над лётным полем на малой высоте пронёсся фашистский "мессер". Нахально так, даже крыльями покачал. В ясную погоду с высоты двух тысяч метров мы видели немецкий аэродром, забитый разными машинами. Составили схему, передали в штаб. А двадцать первого июня в шесть вечера, закончив полёты, получили приказ: снять с самолётов пушки, пулемёты, ящики с боеприпасом и хранить всё это на складе».

Воскресенье, 22 июня, в 13-м авиаполку было объявлено выходным днём. Некоторым военнослужащим был предоставлен короткий отпуск продолжительностью несколько дней.

Подтверждений тому, что в военных округах буквально перед самым началом войны происходили труднообъяснимые вещи, много. Вот ещё один пример. Константин Рокоссовский в 1941 году командовал 9-м мехкорпусом Киевского особого военного округа. Уже после победы он вспоминал, что накануне 22 июня из штаба округа пришло распоряжение выслать всю артиллерию на полигоны, находящиеся в приграничной зоне. Однако Рокоссовский понимал, что вот-вот начнётся война, и таких указаний не выполнил. Профессиональное чутьё его не обмануло.

В первый день войны воздушным атакам немцев подверглись 26 аэродромов Киевского, 11 аэродромов Прибалтийского особых округов и шесть аэродромов Одесского военного округа. Везде были большие потери в самолётах.

Из секретного донесения заместителя начальника 3-го Управления НКО СССР Ф. Я. Тутушкина от 8 июля 1942 года Государственному комитету обороны о потерях ВВС Северо-Западного фронта в первые дни войны следует, что перебазировка на другие аэродромы проходила неорганизованно, каждый командир дивизии действовал самостоятельно, без указаний ВВС Округа, посадку совершали, кому где вздумается, в результате чего на некоторых аэродромах скапливалось по 150 машин.

«Вывод частей из-под удара авиации противника не был организован, — гласит документ. — Зенитные средства обороны аэродромов отсутствовали, а на тех аэродромах, где средства были, не было артснарядов. Руководство боевыми действиями авиачастей со стороны командиров 57-й, 7-й и 8-й авиадивизий, а также штаба ВВС Фронта и Округа было поставлено крайне плохо, связь с авиачастями с начала военных действий почти отсутствовала. Такие потери нашей авиации объясняются тем, что в течение нескольких часов после нападения вражеской авиации командование Округа запрещало вылетать и уничтожать противника».

Больше остальных в первый день войны досталось Западному Особому военному округу. Именно там гитлеровцы нанесли свой главный удар. На 1200 уничтоженных самолётов 22 июня около 740 пришлись

 

 

#социум #общество #контроль

По статистике, люди, одетые в одежду жёлтого цвета, привлекают к себе больше внимания. А дома, в дизайне которых, присутствуют элементы, выкрашенные в цвет солнышка, продаются быстрее. Интересно, почему так?

Это связанно с тем, что жёлтые расцветки благотворно воздействует на психику человека – способствует наилучшей концентрации внимания, поднимает настроение, улучшает общее самочувствие человека. Повышает умственную и физическую активность.

Пристрастие к жёлтому цвету говорит о том, что человек уверен в себе, обладает высокой самооценкой, стремится обратить на себя внимание. Вызывает любовь у оптимистов и сангвиников и, наоборот, он неприятен для пессимистов и людей, находящихся в депрессии.

Но, избыток жёлтого приводит к тому, что человек становится беспокойным, нервным (иногда – агрессивным). Повышается раздражительность. Чрезмерное использование холодных оттенков может даже вызвать чувство тошноты и головокружение.

Наиболее часто используется в таких стилях, как ампир, рококо, барокко, африканский стиль, ретро, классицизм. Как правило, этим цветом больше оформляются прихожие, детские комнаты, кухни, ванные комнаты.

В дизайне интерьера способен визуально сделать пространство помещения больше, шире. Поэтому не стоит использовать его при оформлении больших площадей, например – потолка, стен, пола, керамической плитки в ванной и прочее. Плюс ко всему, цвет будет раздражать и давить, мешая полноценному отдыху. Из – за того, что к нему достаточно трудно подобрать цветовую пару (хотя, здесь можно дать несколько советов: холодные оттенки замечательно сочетаются с лиловым, голубым и серым; а теплые идеально подходят к коричневым, красным и оранжевым) использовать его рекомендуется по минимуму. Его желательно использовать как отдельные элементы интерьера. Например, на кухне использовать салфетки, скатерти, занавески, сидения на табуретах. В гостиной сделать акцент на вазы, цветы, цветочные горшки, свечи, декоративные подушки. В ванную комнату стоит подобрать коврики, полотенца, стаканчики.

Кухня, оформленная в солнечных оттенках, выглядит более уютно и тепло. Отлично стимулирует аппетит и различные хозяйственные дела, так как заряд позитивного настроения и энергии в таком помещении обеспечен.

При интерьере гостиной лучше слишком не увлекаться такими расцветками. Во – первых, у гостей может сложиться впечатление о легкомысленности хозяина квартиры. Во – вторых, работать в таком помещении достаточно сложно – атмосфера скорее будоражит, нежели сосредотачивает на работе за компьютером, к примеру. В гостиной желательно всего лишь расставить несколько акцентов.

А вот для оформления детской комнаты жёлтый – самый лучший вариант. Благодаря тому, что данная расцветка является наиболее позитивной и жизнерадостной, стимулирующей активность и коммуникабельность, отлично влияющей на интеллектуальные способности – развитие детей происходит более полноценно, по всем направлениям (от умственной работы до физической активности).

Из выпуска от 25-02-2025 рассылки

 

 

#детство #радость #аттракцион