Взгляда не оторвать, но закрыты двери.
Как же легко нам врать, раз не вышло верить.
Магия ладных слов или круглых чисел.
Но не открыть засов и потерян смысл.
Встал уже на порог, а глаза, как стёкла.
Вот же он, вот, звонок. Но рука присохла.
Вот тяжело качнётся маятник,
И время зубы в нас вонзит,
А в небе медная, как памятник,
Луна тяжёлая висит.
Но увернёмся по-звериному,
Рванём, следы закутав в снег,
И время тонкой паутиною
Не остановит наш побег.
У каждого своё уродство и упрямство. Мы страшно отстаём от скользкого пространства И времени. Потом, что будет, Бог лишь знает. Сад, речка, старый дом, тропиночка лесная, А может, тротуар, где спицы старых шпилей, И жизни новой дар, который мы забыли.
Медленно едем, щиплем копчёных кур, В дохленьком свете свой заключён уют. Где-то на свете станции перекур. Может, в буфете даже чего нальют. Если не выйдет, переживём облом, Сделаем вывод или махнём рукой. Встретит вокзал нас тёплым, как свет, снежком, Прежний плацкарт наш кто-то займёт другой.
Ну, когда ж, островитянка, Ты закончишь прясть уже? У тебя на пальцах ранки, И порезы на душе. Вязко движется работа, Торопиться нет причин. Ты сама уже, как Клото, От наплаканных морщин. Сколько было юных, дерзких, Но недужный жребий твой - Молча прясть у врат эдемских, Не дождавшись никого. Ни жена и ни невеста, По субботам - выходной, Чтоб снести на рынок местный Свитерок очередной.
и вот всё прекрасней, чем можно представить, Поскольку фантазии нашей на грош. Лишь тонкою сеточкой шрамы на память, Которая чуть поднывает под дождь. Но в целом, и даже, наверное, в общем, Не рай на земле, но преддверье его, Где чёрный, как золото, ход заколочен. За ним, как доказано, нет ничего: Ни тропки кривой, ни дрожащей осинки, Ни острого камня в чужой огород. Всё это - не стоит одной лишь слезинки Для нас, просолёных на сто лет вперёд. Поэтому кухня чиста и опрятна, Поэтому хюгге и в чашке вино. А чёрные, бывшие белые пятна Мелькают во сне лишь, как в старом кино.
Не толкайтесь, перестаньте драться, детки, Ведь конфеток полон доверху мешок. Ну, смелее! Но сначала с табуретки Почитай большому дедушке стишок. И стоишь, боясь свалиться в одночасье, Чуя, как тебя глазами все едят. Не толкайтесь, всем достанется по счастью - Вон его цветные фантики летят. Не смотри такими круглыми глазами, Словно все вокруг тебя тут палачи. Просто сделай то, что взрослые сказали, А потом уж по заслугам получи.
Морковка Нового года. Шанс начать всё сначала, Чтоб повторился цикл.
Мы от подъезда до подъезда Друг друга под руку вели. И сколько б ни хватало места, Но мало было нам земли. И снегом наши дни пропахли, И ветер бил острей ножа. И заблудились в облаках мы, Друг друга за сердце держа.
Ну, ещё по одной, а завяжем попозже. Во весь дух с ледяной горки. Ветер, как ножик, С маху бьёт от души. Но, закашлявшись красным, Потерпи, отдышись, а потом уж завязнем.
На лад идут дела, со скрипом, ну, и ладно. Не режут удила, и шоры все бесплатны. Хоть волос в бороде заиндевел не первый, По старой борозде идём дорогой верной, С которой не собьют с тобою нас, не так ли, Раз город-изумруд нас ждёт уже в спектакле?
Однажды ещё повезёт нам:
В какой-нибудь лучшей дали
Вдруг неба потёкшие зёрна
Холодной коснутся земли.
Но дождь их напоит, и солнце
Наполнит пушистым теплом.
И то, что потом всколыхнётся,
Никто не забудет потом.
Пока зимы густеет хмарь,
Сидят и празднуют субботу
Куриный бог, крысиный царь,
Яйцо с дешёвой позолотой.
Такой наметился хентай,
Не расплетут его вовеки
Куриный чёрт, Шалтай-Болтай,
И мышь из супер-нержавейки.
Ты ничего не говоришь,
Я в унисон молчу с тобою,
Как-будто курица и мышь
Над первобытной скорлупою.
Так и играем, как ненароком выйдет:
Режет нас краем, целями бьёт навылет.
Целыми вряд ли выйдем, но будем живы,
Хоть ни черта не видим в тумане лживом,
Верим, что, баш наш баш, кнут сменив на пряник,
Дрогнет противник наш или наш избранник.
Это внезапней сабли, и тяжелей меча,
Это такие грабли, лучше и не мечтай,
Это такие шишки или под кожей дрожь,
Даже порою слишком, но не хватает всё ж,
Сладостный и нелепый, неизбавимый стыд,
Это такое небо - Господи, упаси.
Не понимая слов, и взгляда
Не поднимая, в мрак и хлад
Сквозь сон сплошного снегопада
Идти куда-то невпопад.
И силы нет ни за, ни против,
И снег одышлив и тяжел.
Застынешь вдруг на повороте,
Не понимая, что пришёл.
Тихих снов амальгама,
Эхо сорной травы,
Стихотворные гаммы
Не ведущие в
Дом, где кошка пушиста,
Прянный пар над плитой,
И во тьме золотистой
Пёс скулит золотой.
Листочки дней во тьме перебирая,
Наощупь отворяя память их,
Не в первый раз я всё перевираю
И разговор веду я за двоих.
Прекрасен хоть невидим собеседник,
А мысль его внезапна и остра.
И каждый раз - как будто бы последний.
И потому - до самого утра.
Я бы написал книгу о том, как начинается Новый год, там подарки всяческие, поздравления и всё такое. А маленькая девочка со спичками, или нет, лучше мальчик с зажигалкой идёт по городу и, хотя нет, если с зажигалкой, то могут поставить 16+, поэтому пускай идет с фонариком. и вот он идет. Хотя, это, наверное, глупо с фонариком, непонятно, чего это он с фонариком ходит: город, 20 век, Новый год, иллюминация, какой к черту фонарик? И вообще, сейчас в любом сотовом есть фонарик, а у любого ребенка есть сотовый. Поэтому пусть по городу идёт мальчик с сотовым телефоном. Или даже юноша, а то соц.службы не дадут ему долго ходить. И вот идет юноша с сотовым, а на глазах его замерзают слёзы. И он плачет от того что вот все празднуют, поздравляют друг друга, а у него дома кончился интернет, и он ходит по городу в поисках бесплатного Wi-Fi - от окна к окну. и видит, как люди сидят в телефонам, ноутах, планшетах, заказывают еду, поздравляют друг друга в соц.сетях. И ему холодно. И он мечтает, как сверху спустится ангел и спросит: «чего ты хочешь?» А он скажет: "Хочу, чтобы была бесплатная сеть, для всех, и везде". И ангел торжественно кивнет головой и скажет: "Хорошо, твое желание обязательно сбудется. Иди домой, маленький Илон и не греши". И ангел улетит в небо, а юноша пойдёт домой. Но на самом деле, это ему все показалось, и это не ангел вовсе, а просто высокий добрый дядя-аниматор в новогоднем блестящем костюме и в бейсболке с батончиком Mars. Ну или, в крайнем случае с надписью "Tesla".