Конец 2019-го и первые дни наступившего года ознаменовались оглушительным и одновременным треском экономической, политической и военной основ так называемого Союзного государства. Давно разрекламированные как братские, отношения между Минском и Москвой на глазах обретают характер неприличной коммунальной свары в худшем понимании этого выражения. И давно уже невозможно понять, кто первым начал новую драку: Белоруссия или Россия? Бесспорно одно — в приличном обществе так себя вести не принято нигде.
В декабрьском интервью радиостанции «Эхо Москвы» президент РБ Александр Лукашенко сформулировал происходящее кратко, но исчерпывающе точно: «Мы начинаем собачиться. Так это же моя жизнь сегодня». Возьмем лишь исключительно свежие сводки с этого недавно возникшего фронта.
С самого первого дня нового года, с 1 января, внезапно для многих вдруг пересохли российские трубы, по которым углеводородное сырье со времен СССР доставлялось на белорусские нефтеперерабатывающие заводы «Нафтан» и Мозырский. Анонимный представитель одного из этих заводов сообщил журналистам: «Мы работаем со сниженной загрузкой на остатках сырья, которое было накоплено в декабре. Контракты на поставку нефти по-прежнему не заключены, поставки отсутствуют с 1 января».
Согласно заявлению нашей «Транснефти», пока еще в полном объеме осуществляется перекачка нефти в Европу по российскому нефтепроводу «Дружба». Но надолго ли это? Ведь на днях в том самом интервью «Эху Москвы» строптивый «Батька» заявил весьма недвусмысленно: если не удастся нормально договориться с Москвой по нефти, для ее альтернативных поставок реверсом на два белорусских НПЗ будут заняты две из трех труб нефтепровода «Дружба», по которым пока гонит свои углеводороды в Европу Россия.
Грозное для Москвы предупреждение прозвучало крайне самоуверенно и возмутительно авторитарно: «Россия поставляет под 70 млн тонн по этим трубам на премиальный западный рынок. Если я заберу две трубы, у нее останется где-то 20 млн тонн. И я задаю вопрос: вы зачем меня загоняете в решение вопроса таким образом? Я этого не хочу».
