Есть у меня в жизни такое развлечение — по утрам в отделение МВД ходить. Не от тоски, нет. Просто пришло время менять прописку. А в этом городе, как известно, без прописки ты даже в поликлинике — не человек, а концепция.
Пришёл заранее, за полчаса до открытия. Октябрь, начало месяца, Самара. Воздух сырой, как уставший подполковник. Здание — кирпичное, старое, с облупленной табличкой и портретом какого-то генерал-майора, которому, судя по лицу, давно надо домой.
Очередь, как водится, состояла из людей, которые выглядят так, будто пришли не в паспортный стол, а в суд — причём уже третий раз. Я встал в конец, вздохнул, достал телефон. Настроился на два часа стояния и бесконечного внутреннего диалога: «Зачем я не сделал это онлайн?», «Почему в 21 веке у нас всё ещё существуют печати?» и «Откуда в человеке столько агрессии до 9 утра?»

Рядом со мной стояли три кучки. Именно кучки — не группы, не компании, а организованные скопления тел и языков. Один из них худо-бедно говорил по-русски, остальные — активно, напористо, экспрессивно — но не на русском. Я не распознавал язык, но он звучал, как спор между телевизорами.
Они активно жестикулировали, доставали бумаги, щёлкали кнопками на телефоне. В какой-то момент один из них попытался пройти без очереди — мол, «нам только спросить». Очередь зашумела, а я мысленно приготовился к цирку.
Открылась дверь кабинета. Из неё вышла девушка-сотрудница — невысокая, в форме, лицо строгое. Таких называют "служащая с позицией". Таких обычно боятся, осуждают, но именно они держат остатки вертикали в этой стране.
— Так, — сказала она, устало, но внятно, — кто у вас регистрируемый?
— Вот он, — ткнули в мужчину, который молчал.
— По-русски говорит?
— Нет, ну… немного.
— А документы кто будет заполнять? Вы? Он?
— Ну мы вместе…
— Нет. Так не работает. Пусть приходит, когда сможет объяснить, кто он, зачем он и куда хочет. По-русски. Следующий.
И выпроводила. Одну кучку. Потом вторую. Потом третью. Как по сценарию. Спокойно, без оскорблений. Но с позицией. Очередь замерла, потом одобрительно заворчала. В глазах у людей появилась искра. Кто-то даже выпрямился. Пожилая женщина сзади меня сказала вслух:
— Хоть одна — на своём месте.
Читать далее...