[показать]

[показать]lomovolga

[показать]

Приветствую Вас дорогие друзья, читатели и гости. Этому блогу сегодня 4 года. Четыре года я стараюсь дарить каждому из Вас Красоту и Гармонию этого мира. В живописи, музыке и кино, фотографии, моде, словом везде, где я ее вижу и чувствую. Всегда рада делиться всем тем прекрасным, что окружает меня, на что откликается моя душа и сердце.  Надеюсь, я Вас не разочаровываю и страницы этого дневника Вам, по-прежнему, интересны. Друзья, безмерно благодарна за визиты, теплые отзывы и комментарии к моим публикациям, всегда тронута и польщена столь высокой оценкой, столь скромного труда.. ВСЕХ люблю, удачи ВСЕМ, приятных выходных!

Ломовская Ольга

[показать]

Thomas Gainsborough (1727–1788)
The Honourable Mrs Graham (1757 - 1792), (detail)
1775

[показать]

[показать]

Эрфуртский мастер
Мадонна с прялкой (detail)

[показать]

[показать]

Florentine School, Last Quarter of the 15th Century
PROFILE PORTRAIT OF A LADY (detail)
oil on panel, unframed
17 3/4 by 13 1/8 in.; 45.1 by 33.3 cm.

[показать]

[показать]  Бальдунг, Ганс (ок1485-1545)
Алтарь трех царей - Святая Агнесса (detail)
1507. 121x28

[показать]

[331x499]

Алекса́ндр Ива́нович Марине́ско (2 января 1913, Одесса — 25 ноября 1963, Ленинград) — командир Краснознамённой подводной лодки С-13 Краснознамённой бригады подводных лодок Краснознамённого Балтийского флота, капитан 3-го ранга, известный по «Атаке века». Герой Советского Союза (1990).

Родился в Одессе в семье румынского рабочего Иона Маринеску, мать — украинка.

В 1920—1926 годах учился в трудовой школе № 36 (ныне школа № 105, ул. Пастера, 17), где окончил 6 классов, после чего стал учеником матроса. За прилежность и терпеливость был направлен в школу юнг, по окончании которой ходил на судах Черноморского пароходства матросом 1 класса. В 1930 году поступил в Одесский мореходный техникум и, окончив его в 1933 году, ходил третьим и вторым помощником капитана на пароходах «Ильич» и «Красный флот».

Со слов подводника Геннадия Зеленцова, служившего вместе с Маринеско, сам Александр Иванович никогда не хотел быть военным, а мечтал исключительно о службе в торговом флоте. В ноябре 1933 года по путёвке комсомола (по другим данным, по мобилизации) был направлен на специальные курсы комсостава РККФ, после окончания которых его назначили штурманом на ПЛ Щ-306 («Пикша») Балтийского флота. В марте 1936 года в связи с введением персональных воинских званий Маринеско получил звание лейтенанта, в ноябре 1938 — старшего лейтенанта. Окончив курсы переподготовки при Краснознамённом учебном отряде подводного плавания имени С. М. Кирова, он служил помощником командира на Л-1, затем командиром ПЛ М-96, экипаж которой по итогам боевой и политической подготовки 1940 занял первое место, а командир был награждён золотыми часами и повышен в звании до капитан-лейтенанта.

Андрей Мосейчук

Андрей Кончаловский

[467x603]

================================================================

Андрей Кончаловский

[показать]

[показать]

Белая Россия. Исход.

[показать]

Эвакуация дроздовцев и корниловцев из Крыма

[показать]

К юбилею композитора Яна Френкеля

Дм. СЕМЕНОВ

Официальной датой его рождения считается 21 ноября 1920 г., а фактически он явился на свет пятью годами позже. Яну не было и 16-ти, когда началась война. Чтобы попасть на фронт, он подправил метрику, да и выглядел на все 20. Так что правомерно сегодня отмечать его 90-летие.

***

Вероятно, мы оба не понимали одну существенную вещь: всё, что происходило, было для нас обоих предысторией нашей жизни: его — очень короткой, моей — очень длинной.

Дыхание искусства еще не обуглило, не преобразило эти два существования, это должен был быть светлый, легкий предрассветный час. Но будущее, которое, как известно, бросает свою тень задолго перед тем, как войти, стучало в окно, пряталось за фонарями, пересекало сны и пугало страшным бодлеровским Парижем, который притаился где-то рядом.

И все божественное в Модильяни только искрилось сквозь какой-то мрак. Он был совсем не похож ни на кого на свете. Голос его как-то навсегда остался в памяти. Я знала его нищим, и было непонятно, чем он живет. Как художник он не имел и тени признания.

Жил он тогда в тупикe Фальгьера. Беден был так, что в Люксембургском саду мы сидели всегда на скамейке, а не на платных стульях, как было принято. Он вообще не жаловался ни на совершенно явную нужду, ни на столь же явное непризнание.

Только один раз в 1911 году он сказал, что прошлой зимой ему было так плохо, что он даже не мог думать о самом ему дорогом.

Он казался мне окруженным плотным кольцом одиночества. Не помню, чтобы он с кем-нибудь раскланивался в Люксембургском саду или в Латинском квартале, где все более или менее знали друг друга. Я не слышала от него ни одного имени знакомого, друга или художника, и я не слышала от него ни одной шутки.

Я ни разу не видела его пьяным, и от него не пахло вином. Очевидно, он стал пить позже, но гашиш уже как-то фигурировал в его рассказах. Очевидной подруги жизни у него тогда не было. Он никогда не рассказывал новелл о предыдущей влюбленности (что, увы, делают все).

Со мной он не говорил ни о чем земном. Он был учтив, но это было не следствием домашнего воспитания, а высоты его духа.

В это время он занимался скульптурой, работал во дворике возле своей мастерской, в пустынном тупике был слышен звук его молоточка. Стены его мастерской были увешаны портретами невероятной длины (как мне теперь кажется — от пола до потолка).

Воспроизведения их я не видела — уцелели ли они? Скульптуру свою он называл вещью — она была выставлена, кажется, у «Независимых» в 1911 году.

Он попросил меня пойти посмотреть на нее, но не подошел ко мне на выставке, потому что я была не одна, а с друзьями. Во время моих больших пропаж исчезла и подаренная им мне фотография с этой вещи.

В это время Модильяни бредил Египтом. Он водил меня в Лувр смотреть египетский отдел, уверял, что все остальное (tout le reste) недостойно внимания. Рисовал мою голову в убранстве египетских цариц и танцовщиц и казался совершенно захвачен великим искусством Египта.

Очевидно, Египет был его последним увлечением. Уже очень скоро он становится столь самобытным, что ничего не хочется вспоминать, глядя на его холсты. Теперь этот период Модильяни называют негритянским периодом.

Он говорил: «Драгоценности должны быть дикарскими» (по поводу моих африканских бус) и рисовал меня в них. Водил меня смотреть cтарый Париж за Пантеоном ночью при луне. Хорошо знал город, но все-таки мы один раз заблудились.

Он сказал: «Я забыл, что посередине находится остров». Это он показал мне настоящий Париж.

По поводу Венеры Милосской говорил, что прекрасно сложенные женщины, которых стоит лепить и писать, всегда кажутся неуклюжими в платьях.

В дождик (в Париже часто дожди) Модильяни ходил с огромным очень старым черным зонтом.

Мы иногда сидели под этим зонтом на скамейке в Люксембургском саду, шел теплый летний дождь, около дремал cтарый дворец в итальянском вкусе, а мы в два голоса читали Верлена, которого хорошо помнили наизусть, и радовались, что помним одни и те же вещи.

(Анна Ахматова, воспоминания об Амедео Модильяни)

Иллюстрация: Анна Ахматова на рисунке Модильяни, Париж, 1911 г.

[598x408]

Афоризмы Анатоля Франса.

...без подлинной любви к человечеству нет подлинной любви к родине...

Разум, даже если его притесняют и пренебрегают им, в конечном счете всегда одерживает верх, ибо жить без него невозможно.

...без известной умственной культуры не может быть и утонченных чувств.

Есть великая мудрость в том, чтобы сохранить склонность к мечтанию. Мечты придают миру интерес и смысл. Мечты, если они последовательны и разумны, становятся еще прекраснее, когда они создают реальный мир по своему образу и подобию.

В человеке заложена вечная, возвышающая его потребность любить.

Не думаю, что на свете есть страдания унизительнее ревности, наполняющей душу нашу отвратительными картинами.

...лучшие из книг - те, которые дают больше всего пищи для размышлений, и при этом на самые различные темы.

Искусству угрожали два чудовища: художник, который не является мастером, и мастер, который не является художником...

Будущее укрыто даже от тех, кто его делает.

Демократия правит плохо, зато мало.

Ирония - последняя стадия разочарования.

Создать мир легче, чем понять его.

Наука непогрешима, но ученые часто ошибаются.

Люди живут поступками, а не идеями.

Женщина - великая воспитательница мужчины.

Сердце может прибавить ума, но ум не может прибавить сердца.

Труд - наилучшее лекарство, моральное и эстетическое.

Если человек зависит от природы, то и она от него зависит: она его сделала - он ее переделывает.

Когда человек мыслит, он сомневается, но он уверен, когда действует.

Нужны были Борджа, чтобы показать, что такое зверь в человеке, когда он силен и разнуздан.

Мы слишком много живем в книгах и недостаточно в природе.

Величайшая ценность на земле - сам человек.

Когда корабль не повинуется рулю... он повинуется подводным камням.

Одна черта придает особую прелесть человеческой мысли: беспокойство. Ум, чуждый тревоге, вызывает во мне гнев или досаду.

В глазах большинства повторять - значит доказывать.

Заставьте людей думать - и этой вины вам здесь уже не простят.

Хорошую исповедь может написать только тот, кому еще милы его заблуждения.

Сюжет принадлежит не тому, кто его впервые нашел, а тому, кто крепко запечатлел его в памяти людей.

Когда мы видим, что у нас крадут мысль, посмотрим, прежде чем поднимать крик, действительно ли это наша мысль.

Чем дальше я живу, тем яснее мне, что прекрасно только то, что нетрудно понять.

Я начинаю, думать, что отсутствие вкуса и есть тот таинственный грех, о котором говорится в Писании, - величайший, единственный незамолимый грех.

Мертвые обладают лишь той жизнью, какую приписывают им живые.

Люди обычно высказывают неосторожные пожелания и бывают особенно несчастны именно тогда, когда из мечты осуществляются.

Мечта могущественнее реальности. И может ли быть иначе, чем сама она высшая реальность? Она душа сущего.