А иностранцам, ликующим на крови — запретить въезд в Россию

..У меня не было сил про это говорить сразу. И сейчас нет.

Когда-нибудь я, если смогу, напишу про Моторолу. И может быть, про Лизу.

Но уже сейчас, наверное, нужно, чтобы люди знали о нём несколько вещей, которые не знают.

...В тот день в Донецке Арсена Павлова на улице встречала жена с маленьким ребёнком — Макаром, ему не было и двух недель ещё.

Арсен опоздал на 25 минут. Жена не дождалась и поднялась с ребёнком наверх.

Если б дождалась и они поднимались вместе…

...Эти люди не пожалели бы никого. Потому что это не люди...

...Все члены диверсионной сети, устроившей этот взрыв, известны поимённо. Какие офицеры принимали решение и отдали приказ, и кого именно они завербовали в Донецке.

Офицерам уже передали приветы, никого из них пока не тронули, но у одного уже сгорела квартира. Чтоб помнил и ждал.

...Незадолго до гибели Арсен решил усыновить ребёнка.

[показать]

Обратился к главе ДНР Александру Захарченко, попросил: помоги?

Тот говорит: да у тебя своих двое маленьких на руках, вон пацан только родился.

Арсен ответил: мол, я своего старшего сына от первого брака хочу сюда перевезти, а там, где трое, — там и четвёртому хлеб найдётся.

Усыновить хотел цыганёнка, сироту.

Я знал всякого Арсена, но такого всё-таки не знал.

Он был не просто отличный командир. Он был хороший парень. Он был — человек.

Отца, выходит, забрали не у троих детей, а у четверых сразу.

Не думаю, что хоть один из тех персонажей, кто на могиле Мотора оттоптался сразу после его гибели, способен кого-то усыновить и вырастить. То, что они непригодны к войне, это и обсуждать не приходится. Пригодны они только к извлечению из себя разных звуков.

Ну и хватит о них.

...Когда мы последний раз с Мотором встречались, он мне читал свои тексты, которые написал, чтоб однажды, под биток, зачитать.

Достойные стихи — я, право слово, даже не ожидал.

"Летел, — говорит он мне, — в самолёте, делать было нечего, записал в телефоне".

Я их, собственно, с его телефона и читал.

В том лифте весь его мобильный был рассечён: он лежал в верхнем грудном кармане.

Я думал, что теперь эти тексты и не восстановить.

[показать]

Спросил у жены Мотора — Лены, — и вдруг выяснилось, что она их в своё время переписала в тетрадь.

...Теперь она прислала их мне — и мои друзья-музыканты готовят две песни на стихи Мотора.

Будут песни.

Будет память.

...Всем тем, о чём я сейчас сказал, Мотор вдруг стал удивительно близок Доктору Лизе.

Казалось бы, они занимались разными вещами: он воевал, она спасала.

Но теперь вдруг становится ясно, что можно сказать и наоборот: она воевала, он спасал.

Оба стояли на передовой.

Он хотел усыновить дитя — она