А мир остывал. И дрожали, как руки, метели
Над серым покровом земли, над бездомностью чувства…
И я поняла вдруг, что если бы мы захотели
Слиянья в ту ночь, то любовью зачали б Иисуса…

И падала б навзничь, раскинув лучи, на брусчатку
Звезда, что когда-то Господь зажигал в Вифлееме.
А я бы под сердцем носила, лелеяла сладко
Любви первородство в согнувшемся крохотном теле…

А позже наш мальчик играть бы учился мячами –
Один назывался б Земля, а второй был бы Космос.
И мы наблюдали б, как сын подрастает, ночами,
И пробует в роли крыла свой застенчивый голос…

Но мир остывал. Снег в истерике бился о крыши.
И в теплых квартирах вершились без счета искусы.
А небо шептало – все глуше, все реже и тише,
Что будет любовь. Но, увы, без второго Иисуса…

Татьяна Гольцман

Я люблю Рождество… Чтобы падал пушистый снег,
Чтоб мороз на окне серебром рисовал узоры,
Чтобы дом наполнял до краёв беззаботный смех,
Чтобы слышать, как звон поднимается над собором.

Я люблю Рождество, как тепло от семейных встреч,
Лёгкий запах кутьи, открывающий званый ужин,
Как на ёлке огни, как десятки зажженных свеч,
Как слова: «Приходи, ты сегодня нам очень нужен».

Я люблю Рождество… И без разницы, сколько лет
Мне сегодня и завтра, я знаю, что так же буду
В этот день излучать для других теплоту и свет,
Ожидая звезду, предвкушая простое чудо.

© Любовь Козырь

Говорят, это странно, это необъяснимо, это даже неправильно, пошло в каком-то смысле – выбирать себе в пару единственных и любимых по рассказанным в снах совпадениям прошлых жизней, по биению пульса, по раздвоенью эго, по делению мира на запятые дао… В этом городе даже зимой не дождешься снега, в нем зима дождем смывалась и пропадала столько лет, что привыкли, забыли об этом белом, облетающем небе – хлопьями кружевными… Это небо нас придумало, захотело – несерьезными, теплыми, нежными и живыми, на огромной кровати в маленьком городишке – нас, владеющих миром двух шоколадных плиток. Я люблю тебя, чувствую, знаю, читаю – слишком, потому что это – последняя из попыток обрести наше счастье, которое верит взглядам, ждет, когда наконец-то вырастем – поумнеем… Когда ты в тишине засыпаешь со мною рядом, ночь становится глубже, загадочней и темнее, ночь сплетает нам руки – в замок, в кольцевую повесть о глубинных основах наших реинкарнаций… Я могу возрождать все снова, не беспокоясь, чтобы утром от дыхания просыпаться…

Мы с тобой получили сотню предупреждений -
научились любить
честней.
Я услышу тебя за секунду до пробужденья,
когда с крыши
сорвется
снег.

© Copyright: Кот Басё

[600x435]

Как жаль, что тем, чем стало для меня
твое существование, не стало
мое существование для тебя.
...В который раз на старом пустыре
я запускаю в проволочный космос
свой медный грош, увенчанный гербом,
в отчаянной попытке возвеличить
момент соединения... Увы,
тому, кто не умеет заменить
собой весь мир, обычно остается
крутить щербатый телефонный диск,
как стол на спиритическом сеансе,
покуда призрак не ответит эхом
последним воплям зуммера в ночи.

Иосиф Бродский

Мне бы радоваться, мне бы радоваться –
даже снег третий день идёт.
Даже старый мой недруг, бессонница,
в декабре отпустила. Но вот –
всё не в радость, и всё я печалуюсь
просто так, без причины. Ну, да…
Это вовсе не жизнь трудная,
это я для неё – трудна.

Марта Брюс

Какая странная зима,
январь дождем смывает снежность
и неоправданная нежность
стирает признаки ума.
Какие странные мечты,
что пахнут свежестью и мятой
о том, что ясно и понятно,
о том, что знаем я и ты.
Горячий чай, лимонный вкус
и аромат вишневых ягод,
и сладость разделенных чувств,
и грусть, растянутая на год.
Какие странные слова,
в них недосказанность надежды...
Ах, скоро в зимние одежды
вплетутся вьюги кружева.

Ми-шутка

liveinternet.ru/users/49994...380162655/

Спасибо большое за внимание и за проф.Осипова)))

Мир, начинающийся с красной строки,
Попадешь в него... просто - беги!
Мир без прикрас, нутром наружу,
То лишь на час, а дальше - в стужу!
Есть постройки, которые надо ломать сразу,
Ни слово, ни жест, ни даже фразу
Не возвести на этом постаменте,
Это как у Люка Бессона в Пятом Элементе,
Четыре первичные материи способна соединить только ЛЮБОВЬ,
А у нас она иссякла, просочилась сквозь пальцы, и... вновь... -
Начало спора и бесятся светофоры.
И вперемешку желтый с красным.
О!... Становится слишком опасным -
Жить в мире с этой строки!
Беги, беги, беги!

© Copyright: Наташа Майская 4, 2015

Живи, покуда поглощён
самим явленьем.
Среди подробностей взращён,
живи мгновеньем.

Оно лишь только и дано.
Всё остальное —
Воображение одно,
причём больное.

Живи мгновеньем, что летит
и улетает.
Спонтанных записей петит
душа читает.
А что там дальше — благодать
иль двери ада —
Ей не дано предугадать
да и не надо.

Лариса Миллер

Ты кого-то полюбишь снова,
Но уже не сойдешь с ума.
Будет снег, Новый год, зима
Заразившись от нежного слова,
Ты кого-то полюбишь снова
Но уже не сойдешь с ума...

© Хрустальная Марго

…
в ушную раковину Бога,
закрытую для шума дня,
шепни всего четыре слога:
- Прости меня.

И.Бродский

Варюша_Подруга,

Слушать этот музыкальный файл

Жар-птица не затем, чтобы её ловить.
А только чтоб любить её неуловимость,
Её капризный нрав и жар её любить,
И шелест ярких крыл, стремительность, и мнимость.
И счастье, и любовь лишь тем и хороши,
Что дышат у виска и не даются в руки.
Дыханье их ловя, замри и не дыши.
Нет в мире ничего счастливей этой муки.

Лариса Миллер

[600x382]

А... помнишь, как у Куприна, "святая ложь"
горячей болью со страниц кричала.

Она блокнотик пёстрый открывала... -
Неправда и фантазии - всё про него, сначала!

Она ль "врала" себе "на диво"?!!
Ей просто нужно это,
чтобы быть счастливой!

О, музыка души!
Как трепетны те звуки, хороши!

Один лишь раз такая музыка играла.
Она дрожала, замирала.

А к этой музыке.. слова -
надежды кружева.
Она ж, увы... едва жива.

А... помнишь, как у Куприна,
И от неё к нему любви волна!


© Copyright: Наташа Майская

Что делают с нами?
Сживают со света.
Давно ли?
С рождения, с осени, с лета.
И как? Удаётся?
Конечно, всегда.
Зачем же, скажи, мы приходим сюда?
Приходим сюда, потому что мы званы
Сменить получивших смертельные раны.

Лариса Миллер

И делается странно, что мы живы,
И будто даже совестно, что целы, -
Привыкли к трупам, катастрофам, взрывам,
К тому, что люди гибнут между делом...

Беда полоской черною на фото
Вползает так легко в уют домашний...
Сегодня кто-то. Завтра снова - кто-то...
И страшно жить. А умирать не страшно.

Тина Хаалтикайссен

А завтра все дружно напишут про Осень,
Про желтые листья, про дождь и прохладу,
Про то, что спускаются сумерки в восемь,
Что пасмурным дням люди в целом не рады...

А завтра напишут, что кончилось Лето,
Что быстро прошло и назад не вернётся,
Напишут про курточки, шапки, береты,
Про то, что безумно скучают по солнцу...

А завтра все сменят заглавные фото,
Друг другу отправят открытки на стену,
И сухость листвы назовут "позолотой",
И дождь со слезами сравнят непременно!

А завтра все дружно напишут про Осень,
Про чай с бергамотом и шарф из мохера,
Про то, как там ветер куда-то уносит
Вчерашние чувства и листья, к примеру...

А я промолчу... Этот год — исключение...
Отдам эту тему влюбленным поэтам.
Ведь ты не Любовь, ты моё Увлечение...
Хорошее всё-таки выдалось Лето...

Юлия Олефир

[600x412]

Рыжая осень - кошка лукавая
Ластится, трётся об ноги.
Шёпот дождя, шорох листьев по нраву ей...
Всласть разрешили ей боги
Шлёпать по лужам быстрыми лапками,
В скверах листвой кувыркаться,
Пледами в клетку, тёплыми тапками
Ласково к нам прижиматься...
_________________

Я не гоню тебя, кошка осенняя,
Будь моей гостьей, подружка...
Вылакай беды мои да сомнения -
Вот тебе полная кружка...

Лена Зябликова

Попытка понять Его замысел безрассудна.
Так может, пора успокоиться и поверить?
Когда мы тонули – Он посылал нам судно.
Когда мы устанем плавать – Он даст нам берег.

Кот Басё