Очень хотелось посмотреть на его жену. И хотелось, чтобы жена оказалась толстой, старой и некрасивой.
Поэтому в аэропорт она приехала за три часа до её рейса. И пряталась в кафе, за колонной - оттуда хорошо была видна стойка регистрации.
Она никогда не спрашивала, какая у него жена. Всё время старательно делала вид, что эта тема её совершенно не волнует. Она долго не знала даже, как ту зовут. Пока однажды он не окликнул её чужим именем, когда готовил ужин на её кухне. Она мыла руки в ванной и обмерла. Он, похоже, тоже. И тогда она посильнее включила воду и сделала вид, что не услышала.
Иногда неловкость можно спрятать, если посильнее включить кран.
Жена оказалась красавицей. Высокой, стройной, издали похожей на Лайму Вайкуле. Она что-то ему рассказывала и смеялась. Он вёз большой чемодан и тоже смеялся. Счастливая пара со стороны.
А как же тогда она?! Он точно так же смеялся вместе с ней и тоже со стороны они были похожи на счастливую пару! Защипало в носу, и она запрокинула голову, не позволяя слезам политься из глаз.
Знать о жене и видеть её рядом с ним – не одно и то же, как оказалось.
Красивая жена – это всегда неприятно. Такую даже жалеть не хочется. И тяжело в себе отыскать хотя бы капельку сострадания. Красавицам мало кто сочувствует. И она не станет.
Она ещё и умница, судя по всему. Доктор наук. Улетает на свой очередной симпозиум. Он ей и сказал только потому, что всегда, когда уезжала жена, переезжал к ней на эти несколько дней отсутствия.
И вчера она спросила его, первый раз за всё время - а куда улетает профессор? В Афины, ответил он ей. На неделю. Пять дней у нас с тобой есть. А потом? И почему только пять? Неделя – это же семь, - удивилась. Дела накопились, - сказал в ответ. Да и пять дней – это целая вечность, они ещё устанут друг от друга.
Она от него никогда не уставала. С тех самых пор, как они столкнулись в ресторане. Она отмечала свой день рождения, и у неё был девичник. Его друг отмечал свой день рождения, и у них был мальчишник. Надо ли говорить, что к концу дней рождения все они перемешались и перезнакомились. И бесконечно шутили над такими странными обстоятельствами, когда одни убегали от мужчин, вторые от женщин, а в результате никто и ни от кого не убежал.
Она так точно. Он её тогда поехал провожать. На такси. И ошибочно назвал свой адрес. И потом они почти удирали от его подъезда, и пытались остановить хоть какую машину. Потому что телефоны разрядились у обоих.
Они много выпили, были весело и волшебно.
Утром она проснулась в его объятьях и лежала тихонечко, дожидаясь, когда проснётся он.
Стыдно не было. Хотелось обнимать его бесконечно, гладить по голове и слушать горячечный шёпот в ночи.
Он собирался, одевался, дважды пил чай и дважды она ему поджаривала тосты с сыром, дважды выходил за дверь и дважды возвращался. И не стал заряжать телефон.
А когда всё-таки ушёл, она долго сидела на ковре в гостиной, курила тонкие сигареты и думала.
А не надо было смеяться над случайными связями – через неделю сказала ей подруга, увидев её, похудевшую и нездешнюю.
Через две недели она поняла, что ей выпал джек-пот. И испугалась. Нет, так не бывает. Так не бывает! Она его ждала всю жизнь. Поэтому каждый раз боялась выстраивать отношения надолго. Чтобы не пропустить. Вот и не пропустила.
А потом приехала его жена. Вернулась. Она вамяти. И сверяй свои жизненные планы с фактом присутствия чужой жены в своей жизни.
Она начала этому учиться. Целых два года. И научилась. А потом он позвал её из кухни, окликнув не её именем.
Он любил иногда приходить, когда её не было ещё дома. Покупал разные вкусности, готовил еду, ждал её, баловал угощениями. Они пили розовое вино и разговаривали. И она помнила, что он назвал её чужим именем.
Ей захотелось посмотреть на неё. На его жену. И на него, когда он рядом. И теперь она сидит, высоко запрокинув голову. Потому что всё оказалось не так, как она представляла. Они были красивыми и счастливыми. Они были парой. А она сидит за колонной, прячется от всех на свете и ждёт
