Страшно было всегда. Страшно было в каждый момент. Страх - это естественное состояние человека. Человек, который не боится - это психопат. Но после 13 марта была пройдена черта и грань, когда выходить с открытым лицом с флагом Украины на улицы и говорить о толерантности, и говорить о том, что мы готовы слышать альтернативную позицию, готовы на переговоры и мы как бы за мир, я уже не был готов.
Несколькими годами ранее
Обычный предприниматель из Донецкой области. В 17 лет мы вдвоем с товарищем открыли рекламное агентство. Мы действовали в сфере позиционирования и продвижения в социальных сетях, когда это только все зарождалось. И устали от него. Устали от того, как это происходит, устали от того, как это происходило конкретно в Донецке, устали от того бизнес-климата, который был тогда.
[480x270]
И сказали, что все, хватит. Надо было уйти, громко хлопнув дверью и в течение почти полугода искать, думать, чем заниматься. И пытаться открывать СТО, молочную ферму, торговать какими-то подшипниками, чем угодно... И в результате пойти поработать два месяца официантом и понять, что все таки кафе - это то, чем бы хотелось заниматься.
Это был наполовину как бы уже готовый проект, он уже существовал, но не в той концепции, как бы мне этого хотелось. Я принес свое видение, какие-то свои вещи, изменения - и переформатировал этот проект. Мое видение строилось на тенденции того времени, того, как развивается кластер креативной экономики.
Меня вдохновляли какие-то кафешки в Москве и в Питере, в Киеве, в Харькове - очень много в Харькове. То, как вот живет современный социум в крупных городах. То, как выделяется вот этот кластер интеллигенции молодой, как он развивается и то, какое место для отдыха ему необходимо.
Никогда не было мысли уезжать из Донецка. Донецк нравился, в Донецке было комфортно. Это - родина. И я видел потенциал развития и города, и региона, и себя в контексте этого города. Я тогда начинал познавать бизнес общепитов, ресторанов, баров, кофеен. Он мне начинал нравится, начинали рождаться какие-то новые проекты.
Проект “Изба-читальня”, потом у нас родился летний проект “Вело-кофейня”. Мы сделали одну из первых вело-кофеен по Донецку, у нас была мобильная кофейня на базе большого трехколесного велосипеда. Такого красивого, интересного, винтажного. В дальнейшем мы планировали открывать пляжный развлекательный комплекс. Ну, а потом пришел март 14-го года.
Проукраинский митинг
Март 14-го - это был момент решения. Был Майдан. На Майдан я не ездил. На Донецкий Майдан я не ходил. Я наблюдал. Наблюдал постоянно. Я смотрел все трансляции, я этому сопереживал, но во мне не хватало какой-то решительности и уверенности в поддержке этих идей. Я не до конца был уверен, что те цели, которые преследует Майдан, они воплотимы, то есть, они реальны. И поэтому я не принимал в этом активного участия.
Когда в Донецк пришли люди, которых никто никогда не видел, никто никогда не знал, начали срывать флаги моей страны и вешать какие-то другие флаги, и устраивать в городе хаос, я понял, что это вот тот самый момент, когда просто сидеть уже нельзя.
Донецк - город большой, но все друг друга знают. И когда ты входишь в толпу этих людей и не видишь знакомых лиц, а те лица, которые ты видишь, они тебе противны - ты понимаешь, что здесь есть какой-то подвох. И ты понимаешь, что это не естественно. Ты понимаешь, что это не может просто так произойти.
Понятное дело, что это все очень подогревалось местными чиновниками, но в какой-то момент они потеряли рычаг управления. И в тот момент эта ситуация завернулась еще серьезнее. Очень переломный момент для меня был непосредственно с начала всего этого проукраинского движения, потому что я не могу сказать, что я был каким-то прямо яростным общественным активистом, защитником прав человека или каких-то проукраинских ценностей.
Тут моя хорошая подруга - Диана Берг, пригласила вечером меня на встречу в ВКонтакте, где она предложила выйти на площадь с флагом Украины и показать свою позицию. Я понял, что девушка, которая тоже никогда не была к этому причастна, которая готова выходить это и делать, - я ее должен поддержать. Так как у меня был какой-то определенный опыт работы с социальными сетями, я всю ночь занимался тем, что я его максимально использовал, а на следующее утро я подал заявку на проведение этого митинга, чтобы это было легально.
Мы приехали. Диана, как всегда, опоздала -
