Настроение сейчас - слёзки на колесках....
СПАСИБО ДЕДУ ЗА ПОБЕДУ!!!
1918-1988гг
Он родился и жил в селе Михайловке, что в семи километрах от Коена там одним из первых окончил курсы комбайнеров, скосил на колхозном поле свои первые гектары пшеницы. Там же в Михайловке женился и оттуда в 1938 году был призван в армию.
..Принимая новое пополнение командир дивизии медленно проходил вдоль строя, вглядываясь в лица еще не обстрелянных солдат. Увидев рослого, плечистого солдата, остановился перед ним.
— Фамилия?
— Рядовой Салапонов! — Откуда родом?
— Сибиряк, товарищ генерал!
— Так я и думал, — и к сопровождающим. — Зачислить сибиряка в особый батальон разведки.
Но это было в сорок первом году. А до того грозового гола сколько было испытаний и жертв в стычках с японцами на Дальнем Востоке и Халхин-Голе, с белофиннами в сороковом году Разведка, по-моему, самая ответственная и трудная на фронте,- медленно говорит Иван Лаврентьевич. – И дело в том, что в разведку пойдешь не с каждым, даже очень знакомым человеком. Идти в атаку с ним — другое, дело проще. Идти в разведку ночью при любой погоде неприятельские окопы , чтобы бесшумно захватить «языка» или добыть нужные сведения, тут уже знаете другой коленкор. И не зря выражение «я бы пошел с тобой в разведку» осталось самой высокой оценкой человека и в мирное время.
…Дождь. Дождь. Сутки не перестает. Словно в небе громадная пробоина и заделать некому. Грязь такая — сапоги из нее едва вытаскиваешь Ночь. На передовой временное затишье, как тогда говорили: «На фронте без перемен».
Разведчики в блиндаже отдыхают: кто спит, кто задумался над письмом. Резко распахнув двери, входит командир взвода. Встал у порога стоит как водяной столб поли, ждет, когда с него вода скатится.
- Подъем!
Все вскочили, окружили командира. Боевая задача. Срочно нужен язык для штаба. Погода для выполнения задачи отличная: ни черта не видать, дождь как из стоведерной бочки, грязь по уши. Что еще надо? Расположение немецких окопов нам известно. Все. Нужно три человека. Один для прикрытия . Желающие есть?
… Ползет Иван Лаврентьевич со своими товарищами, словно идут по дну грязной бурливой реки, ползут бок обок в сторону немецких окопов, ползут будто слепые, на ощупь и только выработанным чутьем определяют верное направление. Нервы напряжены. До предела обострены слух и зрение. Вот он окоп. Двор скатываются в него, третий остается наверху Все остальное в окопе происходит за мгновение. Трудно передать словами опыт и мастерство разведчиков. которые проявляются иногда в какие-то доли секунды. Но как же было обидно, когда «язык», добытый с таким трудом, оказался не тем «языком»!. Допрошенный сразу же в штабе полка он ничего не знал о том, что интересовало наше командование — солдат недавно прибывший на передовую. Ясно, «язык» нужен не ниже офицера.
И еще раз в эту ночь, но уже с командиром взвода во главе, Иван Лаврентьевич и еще двое разведчиков поползли в сторону немецкого расположения. Задача резко усложнилась. Теперь надо было миновав вражеские окопы, подобраться к одному из блиндажей, где находились немецкие офицеры и там поступить так, как подскажет обстановка. Но при любой обстановке без «языка» не возвращаться.
Им повезло. Они благополучно миновали боевое охранение и чуть ни вплотную подползли к блиндажу. Перед тем, как рискнуть и ворваться в блиндаж, решили на всякий случай немного подождать.
А дождь не переставал. Он лил еще сильней. Но какие бы тучи не застилали небо и как бы ни лил дождь — рассвет наступит, и тогда... Вдруг дверь блиндажа открылась. Вышел немец в накинутой плащ-палатке. Вышел но уже не вошел. На этот раз «язык» был знающий. Иван Лаврентьевич вспоминает, рассказывает скупо но так как будто только вчера вышел из боя, будто только вчера вынес на себе раненого товарища.
Нет не всегда разведчикам везло Не всегда. Не раз фашисты обнаруживали их и открывали по ним яростный огонь) Гибли испытанные в бою и дружбе настоящие боевые товарищи. Иногда очень дорого разведчикам стоила вылазка в немецкое расположение, но они хорошо знали, что их жертвы не напрасны. Чем крупнее «язык», чем значительнее добытые сведения, тем меньше прольется крови наших солдат в предстоящих боях, тем еще на один шаг будет ближе День Победы.
Дважды Иван Лаврентьевич был в госпитале и дважды возвращался на фронт. После третьего ранения и тоже из госпиталя, но когда уже кончилась война, солдат с прострелянными ногами, на костылях, вернулся домой. В колхозе не хватало рабочих рук. Мужиков не было. Одни вдовы да подростки. Не мог Иван Лаврентьевич, не
Читать далее...