Не существует ничего, без чего нельзя обойтись. Никогда человек не становился счастливее, если вдруг получал работу, деньги, любовь, которых желал. Настоящее большое счастье связано с неожиданным событием, которое намного превосходит ожидания человека.

Но сон ведёт себя как кошка, которая была у меня когда-то: его нет, когда он нужен, а когда не нужен тут как тут, и только мешает.

Доброжелательность — признак ума и развития. Последнее слово за "доброжелательными".

Этот мир можно терпеть за то, что в нём есть искусство.

Вечность — долгий период времени, за который ты успеваешь во всём раскаяться.

В обыденной жизни скука представлена воскресеньем, а нужда -- шестью днями недели.

Между желанием и удовлетворением протекает всякая человеческая жизнь. Желание по своей природе -- страдание; удовлетворение скоро насыщает, цель оказывается призрачной, обладание лишает прелести, в новой форме появляются опять желание и потребность, а если нет -- наступает пустота и скука, борьба с которыми так же мучительна, как и с нуждой. Если желание и удовлетворение чередуются не слишком скоро и не слишком медленно, то это предельно уменьшает причиняемое ими страдание и делает жизнь счастливой. Ибо всё другое, что следовало бы назвать прекраснейшей стороною, чистейшими радостями жизни (но именно потому, что они изымают нас из реального бытия и превращают в бескорыстных его зрителей.

Что бы ни дала нам природа, что бы ни дало счастье, кто бы мы ни были и чем бы мы ни владели, -- нельзя избыть присущего жизни страдания:
Беспрестанные усилия освободиться от страдания приводят лишь к тому, что оно меняет свой облик. Сначала оно представляет собою лишения, нужду, заботу о существовании. Если посчастливится (что очень трудно) изгнать страдание в этом облике, оно тотчас же возникнет в тысяче других форм, меняясь сообразно возрасту и обстоятельствам: оно придёт как половое чувство, страстная любовь, ревность, зависть, ненависть, гнев, страх, честолюбие, сребролюбие, болезнь -- и т. д. и т. п. Если, наконец, оно не может найти себе доступа ни в какой другой форме, оно явится в траурной, серой одежде пресыщения и скуки, против которой изыскиваются тогда всякие средства. Если и удастся в конце концов её отпугнуть, то это едва ли можно сделать, не допустив обратно страдания в одной из прежних его форм, и таким образом сказка начинается с начала, ибо между страданием и скукой мечется каждая человеческая жизнь.

Не стареет лишь одно во веки:
То, что не свершалось никогда, нигде.

Обманчивая кривизна времени и пространства приведёт самого настырного и выносливого марафонца — обессилевшего, со стёртыми ногами и судорогой сведёнными мышцами — опять к стартовой черте.

Человек — это нечто тщетное,
изменчивое и колеблющееся.

Я знаю, без меня Г-сподь не может жить мгновенья:
Исчезни я, -- невольно дух испустит Он в томленьи.

Жизнь и сновидения -- это страницы одной и той же книги. Связное чтение называется действительной жизнью. А когда приходит к концу обычный срок нашего чтения (день) и наступает время отдыха, мы часто продолжаем ещё праздно перелистывать книгу и без порядка и связи раскрываем её то на одной, то на другой странице, иногда уже читанной, иногда ещё неизвестной, но всегда из той же книги.

Как наши сновидения
Так созданы и мы, и жизни краткой дни,
Объяты сном.

Все, что землёю вскормлены, не более
Как лёгкий призрак и пустая тень.

Любовь смеётся над рассудком. И в этом её притягательная сила и прелесть.

С любовью всё обстоит так же, как с почечными коликами. Пока не схватит, даже не представляешь себе, что это такое. А когда об этом рассказывают - не веришь.

У времени нет ни начала, ни конца. Время - вроде змея Уробороса, схватившего зубами собственный хвост. В каждом мгновении скрывается вечность. А вечность складывается из мгновений, которые создают её.

Нельзя заплатить за то, что не имеет цены. Некоторые утверждают, будто каждая, абсолютно каждая вещь в мире имеет свою цену. Это неправда. Есть вещи, у которых нет цены, они бесценны. Их проще всего узнать: стоит только их потерять, и всё - они уже потеряны навсегда.

Не стоит путать небо со звёздами, отражёнными ночью в поверхности пруда.