| |
|
|
|
|
[показать]
|
[показать]
[700x697]
[800x]Первой машиной Владимира Путина был «Запорожец», который он выиграл в лотерее «ДОСААФ». Не исключено, что в те же годы он брился бритвой «Харьков», а порядок наводил пылесосом «Ракета». Всё это производилось в УССР.
[480x322]Ольга Гордо из Донецка: "Абсолютно верно, что на войне атеистов нет. Выучила две молитвы. Окрестила ребенка".
[700x371]Куда бы не пришли русские, первое, что они начинают делать, это строить. Независимо от запланированного время пребывания и отношения местного населения. Так было и в Азии, и в Африке, и в Афганистане (выделил специально). Но больше всего и лучше всего это видно на примере Прибалтики. Столько, сколько было здесь построено за времена «русского ига» не поддается осмыслению привычными сегодня нормами инвестиций на душу населения.
[300x300]Я не Колумб. Америку открывать не собираюсь. Хотя открыли-то этот континент исландские викинги ещё в XI веке, а назвали в честь другого мореплавателя - Америго Веспуччи (Колумб ведь думал, что открыл Вест-Индию), но всё же так повелось: Христофор Колумб, мол, и открыл Америку. Поэтому каждый, кто хочет сделать это повторно, сразу попадает в армию "второоткрывателей":)
Давно накапливал мысли о том, чтобы популярно изложить порядок, смысл и логику пребывания на данном сайте. Но недавно встретил записиGatekeeper и не стал заморачиваться). Кое-что подправил в его заметках (надеюсь, автор не обидится), отсеял неактульное, централизовал мысль... и вот оно творение.
[236x214]Это небольшой "курс молодого бойца" для тех, кто впервые попал в рунетовский сектор блогосферы, который местные жители называют Лиру. | Среди пахучей луговой травы Недвижный он стоит, как изваянье. Стоит, не подымая головы. Сквозь дрему слыша птичье щебетанье. Цветы, ручьи... Ему-то что за дело! Он слишком стар, чтоб радоваться им: Облезла грива, морда поседела, Губа отвисла, взгляд подернул дым... Трудился он, покуда были силы, Пока однажды, посреди дороги, Не подкачали старческие жилы, Не подвели натруженные ноги. Тогда решили люди: "Хватит, милый! Ты хлеб возил и веялки крутил. Теперь ты - конь без лошадиной силы, Но ты свой отдых честно заслужил!" Он был на фронте боевым конем. Конем рабочим, слыл для всех примером, Теперь каким-то добрым шутником Он прозван был в селе - Пенсионером. Пускай зовут! Ему-то что за дело?! Он чуток только к недугам своим: Облезла грива, морда поседела, Губа отвисла, взгляд подернул дым... Стоит и дремлет конь среди ромашек. А сны плывут и рвутся без конца... Быть может, под седлом сейчас он пляшет Под грохот мин на берегу Донца. "Марш! Марш!" - сквозь дым доваторский бросок! Но чует конь, пластаясь на скаку, Как старшина схватился за луку, С коротким стоном выронив клинок... И верный конь не выдал старшины, Он друга спас, он в ночь ушел карьером! Теперь он стар... Он часто видит сны. Его зовут в селе Пенсионером... Дни что возы: они ползут во мгле... Вкус притупился, клевер - как бумага. И кажется, ничто уж на земле Не оживит и не встряхнет конягу. Но как-то раз, округу пробуждая, В рассветный час раздался стук и звон. То по шоссе, маневры совершая, Входил в деревню конный эскадрон. И над садами, над уснувшим плесом, Где в камышах бормочет коростель, Рассыпалась трубы медноголосой Горячая раскатистая трель. | Как от удара, вздрогнул старый конь! Он разом встрепенулся задрожал, По сонным жилам пробежал огонь, И он вдруг, вскинув голову, заржал! Потом пошел. Нет, нет, он поскакал! Нет, полетел! Под ним земля качалась, Подковами он пламень высекал! По крайней мере, так ему казалось... Взглянул и вскинул брови эскадронный: Стараясь строго соблюдать равненье, Шел конь без седока и снаряженья, Пристроившись в хвосте его колонны. И молвил он - А толк ведь есть в коне! Как видно, он знаком с военным строем! - И, старика похлопав но спине, Он весело сказал: - Привет героям! Четыре дня в селе стоял отряд. Пенсионер то навещал обозы, То с важным видом обходил наряд, То шел на стрельбы, то на рубку лозы. Он сразу словно весь помолодел: Стоял ровнее, шел - не спотыкался, Как будто шкуру новую надел В живой воде как будто искупался! В вечерний час, когда закат вставал, Трубы пронесся серебристый звон: То навсегда деревню покидал, Пыля проселком, конный эскадрон. "Марш! Марш!" И только холодок в груди, Да ветра свист, да бешеный карьер! И разом все осталось позади: Дома, сады и конь Пенсионер. Горел камыш закатом обагренный, Упругий шлях подковами звенел. Взглянул назад веселый эскадронный, Взглянул назад - и тотчас потемнел! С холма, следя за бешеным аллюром, На фоне догорающего дня Темнела одинокая фигура Вдруг снова постаревшего коня... Эдуард Асадов |




