Bсе равно ты не слышишь, все равно не услышишь ни слова,

     все равно я пишу, но как странно писать тебе снова,

     но как странно опять совершать повторенье прощанья.

     Добрый вечер. Kак странно вторгаться в молчанье.

 

     Bсе равно ты не слышишь, как опять здесь весна нарастает,

     как чугунная птица с тех же самых деревьев слетает,

     как свистят фонари, где в ночи ты одна проходила,

     распускается день -- там, где ты в одиночку любила.

 

     Я опять прохожу в том же светлом раю, где ты долго болела,

     где в шестом этаже в этой бедной любви одиноко смелела,

     там где вновь на мосту собираются красной гурьбою

     те трамваи, что всю твою жизнь торопливо неслись за тобою.

 

     Боже мой! Bсе равно, все равно за тобой не угнаться,

     все равно никогда, все равно никогда не подняться

     над отчизной своей, но дано увидать на прощанье,

     над отчизной своей ты летишь в самолете молчанья.

 

     Добрый путь, добрый путь, возвращайся с деньгами и славой.

     Добрый путь, добрый путь, о как ты далека, Боже правый!

     О куда ты спешишь, по бескрайней земле пробегая,

     как здесь нету тебя! Tы как будто мертва, дорогая. 

Спасибо тебе, за мои воспоминания! Они навсегда останутся в моей душе и будут согревать в трудные моменты моей жизни, как когда то ты согревал меня в своих объятиях. Когда я болела, ты приносил мне горячий чай с медом, когда меня знобило, ты просто ложился рядом и обнимал меня крепко-крепко, и спал со мной в обнимку, как с ребенком, а мне становилось так тепло от твоих жарких и нежных объятий! Спасибо тебе за все, что было! За то, что ты был, и всегда будешь жить в моей душе и сердце! Спасибо тебе за мои воспоминания, самый удивительный мужчина на Земле!

 

 

Уже кончается июнь -

Застенчивая радость лета...

Прозрачность где? 

Где эта юнь?

 

Крылом невидимым задето,

Пышнеет и темнеет лето.

На одуванчик только дунь -

И улетит быстрее света

 

Воспоминаний эстафета...

Еще недавно был июнь -

И вот уж осени примета:

Всё ярче, всё рельефней лето.

 

 

Ведь казалось, что это впервые! И летел он все выше и выше, Вспоминая, что где-то когда-то Это все уже видел и слышал. 

Он всегда это знал за собою, Совершал этот путь многократно: Из зеленого - в голубое, И обратно, туда - и обратно! 

 

 

В музейной сумрачной тиши--

неспешно средь картин блуждал,

один...пустынно...ни души--

эпохой прошлого дышал…

 

От скуки зал хотел покинуть,

но взгляд вдруг странный ощутил,

не в силах наваждение скинуть--

я обернулся...и застыл…

 

Сверлила взором в шляпе дама,

из Петербурга...Амстердама ?

всплыл образ в памяти душевной--

явился к жизни современной,

в своей чарующей красе--

с мольберта...кистью на холсте…

 

В молчании строгом...осуждала,

одновременно призывала--

вернуться другом верным к ней

с печатью мрака в мир теней...

 

Пахнуло ветерком студёным

от милых мне когда то глаз,

был ими наповал сражённым--

их страстно целовал не раз...

 

Увы...сердечный пыл утерян,

как средь веков Святой Грааль,

другой я в этой жизни верен--

мне право очень...очень жаль...

 

Возможно...так же мой портрет--

к любви из прошлого взывает,

а ныне *дама* юных лет--

в тиши картинной...вспоминает...

 

Сергей Митрюков

 

Anton Hahnisch (1817-97). Принцесса Хелена (1846-1923). 

Австрийский художник, рисовальщик и литограф. Известен как портретист дворянских и княжеских домов.

 

Усталое сердце всегда хочет тишины. Такой тишины, чтобы ни звуков, ни даже мыслей, вихрем пролетающих в голове. Усталому сердцу, одна отрада - посмотреть глазами на что-то красивое, побыть в одиночестве, почитать хорошую книгу, а то и просто подумать о море. / Алина Ермолаева / 

Жить только для себя — путь в никуда. Поначалу этот выбор кажется вполне привлекательным, но чем дальше следуешь этому пути, тем больше начинаешь чувствовать щемящую пустоту. Стараешься её чем-то 

забить/заполнить/насытить, усердно занимаешься спортом, углубляешься в саморазвитие, скупаешь брендовые вещи, балуешь себя кулинарными изысками, расширяешь географию покорённых стран, открываешь новые возможности... Бесполезно. Время неумолимо расширяет пустоту, сидящую внутри. 

 

 

Примерила счастье, а знаешь, я буду носить!

Что скажешь? Идет? Посмотри, как глаза засияли!

Не в моде?! Об этом я, право, забыла спросить,

Но мода тут главный советник едва ли. Едва ли...

 

Не надо усложнять. Ни дни, ни ночи.

Прокручивать проблемы в голове,

Искать подтекст меж чьих-то слов и строчек,

Не надо усложнять. Ни в чем. Нигде. 

 

 

Особым смыслом наделяю часто

Для многих непонятную тоску

По тем ушедшим дням позавчерашним,

Которых я сегодня не пойму.

По прожитым, точнее, пережитым,

Проблемам, огорчениям, словам.

Почти необратимо позабытым,

Но тем, что я забвенью не предам!

Вернуть бы жизнь назад! Совсем немного!  

 

Что нужно знать о мозге в первую очередь ?

Рецепт мозга выглядит так: 78% воды, 15% жира, а остальное — белки, гидрат калия и соль. Нет ничего более сложного во Вселенной из того, что мы знаем и что сопоставимо с мозгом вообще. Прежде чем перейти непосредственно к теме, как интернет изменил наш мозг, я расскажу, исходя из современных данных, про то, как мозг учится и как он меняется.

 

 

Поведаю вам таинство одно:

Уж сколько раз на свете исчезали

Империи, религии, регальи,

И уходили города на дно. 

Если бы можно было жить так — с постоянно раскрытыми глазами на всё, что прекрасно. Микалоюс Чюрленис

       

 

Пишу стишки простецкие

        Под маской дневника, —

        В них мысли мира детские

        И старости тоска.

        Так жизнь и смерть в таинственном

        Присутствии Творца

        Рекут в числе единственном

        От первого лица.

 

 

Я признаюсь тебе в любви,

Июль, ты слушай без смущенья.

Люблю теней твоих смещенье,

А в море света – хоть плыви.

 

Люблю, как смотришь на меня

Глазком ромашки простодушной,

Люблю твой поцелуй воздушный,

Что шлёшь мне на исходе дня.

 

<Лариса Миллер>

 

 

Назначь мне свиданье

на этом свете.

Назначь мне свиданье

в двадцатом столетье. 

 

Строка легко ложится вдохновением,

В созвучья слов обрамляя мечты...

 

 

 

Сегодня, гуляя по городу, я оказалась в той части его, в которой очень давно не была. Это старая его часть, и в ней было особое очарование. Оно чувствовалось в старинных улочках, домах, с особой архитектурой и, не испорченными евроремонтом, тихих двориках, где еще до сих пор запираются на ночь ворота, огромных каменных вазонах с цветами, и в удивительной атмосфере спокойствия, комфорта и уюта. Для меня побывать в таких местах, сродни ощущению счастья от самых, казалось бы, простых и привычных вещей. Провинциальная тишина, очарование старого мира, потрясающей красоты сквер, который светился ярким неподвижным светом. Этот свет давали осенние листья. И еще здесь, недалеко, был подвальчик, где находилась кофейня. Прислушиваясь к шуршащим под ногами листьям, и наслаждаясь этим звуком, я подошла к подвальчику и спустилась в него по лестнице, слегка касаясь причудливо изогнутых перил. Запах кофе чувствовался еще на улице, но в самой кофейне этим теплым и тонким ароматом было пропитано все. Я давно не была здесь, но все было как прежде, ничего не изменилось, словно в подтверждение того, что бывают вещи неизменные, и их ценность в том, что мы всегда можем вернуться туда, где нам было хорошо. Я заказала себе кофе с корицей и села за столик, ожидая свой заказ. В кофейне был полумрак, но на каждом столике стояла лампа с абажуром. Справа от меня вся стена была уставлена стеллажами с книгами, можно было взять любую и почитать. Вдалеке стоял рояль с поднятой крышкой. За роялем никого не было, но чувство было такое, что он ждет в нетерпении, когда его клавиш коснется рука музыканта. Но музыка все же звучала, не знаю правда откуда. Очень тихая, романтичная и проникновенная. Как было уютно здесь. Будто чьи-то заботливые руки обнимают тебя, успокаивают, что-то щелкает, там, внутри, и ты, пусть на время, отдаешь в эти руки и грусть, и боль свою.. Сейчас ты под особой заботой, особого мира.. Конечно, возвращаться придется, но можно еще немного посидеть здесь. Совсем немного. Еще на одну чашечку кофе..