Это цитата сообщения Song__Bird Оригинальное сообщение
Николай Рубцов
[700x462] Высокий дуб. Глубокая вода.
Спокойные кругом ложатся тени.
И тихо так, как будто никогда
Природа здесь не знала потрясений!
Это цитата сообщения ОльгаВлади Оригинальное сообщение
[356x25]158 лет назад родился русский поэт Иннокентий Анненский
[263x380]
Среди миров, в мерцании светил
Одной Звезды я повторяю имя...
Не потому, чтоб я Её любил,
А потому, что я томлюсь с другими.
И если мне сомненье тяжело,
Я у Неё одной ищу ответа,
Не потому, что от Неё светло,
А потому, что с Ней не надо света
Личность Иннокентия Федоровича Анненского осталась во многом загадкой для современников.
Об этом говорили многие: и его сын, Валентин Кривич («для меня лично в отце всегда соединялось несколько совершенно разных людей»); и Максимилиан Волошин, отметивший с удивлением после знакомства с поэтом в 1909 г.: «в моем сознании соединилось много "Анненских", которых я не соединял в одном лице»; и критик А. Гизетти, который, откликаясь статьей на смерть Анненского, подчеркнул сосуществование в нем «множества ликов-личин, резко противоречащих друг другу».
МУХИ КАК МЫСЛИ
(Памяти Апухтина)
Я устал от бессонниц и снов,
На глаза мои пряди нависли:
Я хотел бы отравой стихов
Одурманить несносные мысли.
Я хотел бы распутать узлы...
Неужели там только ошибки?
Поздней осенью мухи так злы,
Их холодные крылья так липки.
Мухи-мысли ползут, как во сне,
Вот бумагу покрыли, чернея...
О, как, мертвые, гадки оне...
Разорви их, сожги их скорее
Тоска медленных капель. Читает Борис Ветров
Это цитата сообщения Emmi1 Оригинальное сообщение
И ещё виток, и ещё виток,
И ещё листвы золотой поток,
И ещё один на пути вираж,
И ещё один впереди мираж,
И ещё подъём, за которым спад,
И ещё один шелестящий сад,
А над ним опять облака гуртом...
Эту чашу пьют пересохшим ртом,
Лишь одну на круг на исходе лет,
Открывая вдруг, что исхода нет.
Лариса Миллер
Это цитата сообщения ОльгаВлади Оригинальное сообщение
[356x25]
[250x335]Как известно, талантливый человек талантлив во всем, и вся жизнь Владимира
Владимировича – сплошное тому подтверждение! Маяковский известен в первую очередь как автор хлестких, остроумных стихов. А ведь он был и на редкость одаренным художником!
Талант живописца у Маяковского проявился еще в семилетнем возрасте, во время учебы в кутаисской гимназии. Когда семья переехала в столицу, он поступил в Училище живописи, ваяния и зодчества. В 1911 – 1915 годах создал много работ – от смешных рисунков и шаржей до вполне профессиональных портретов. В годы войн и революций Маяковский рисовал плакаты, снабжая их стихотворными строками, – сначала для издательства «Сегодняшний лубок», а потом для «Окон РОСТА». Количество рисунков Маяковского исчисляется тысячами. А в послевоенное время он создал огромное число рекламных плакатов, этикеток и т. д
[368x686]Женщина в синем 1912–1913 гг.
Это цитата сообщения Barucaba Оригинальное сообщение
Маленький принц. Сказки с оркестром
Музыка Мориса Равеля, Клода Дебюсси, Камиля Сен-Санса. Исполнители: Академический симфонический оркестр Московской филармонии, дирижер Владимир Понькин.
"Маленького принца" Антуана де Сент-Экзюпери читает Сергей Безруков.
Это цитата сообщения КНЯЗЬ_ИГОРЬ Оригинальное сообщение
Детство художницы прошло в усадьбе Нескучное (под Харьковом). Отец Серебряковой, Евгений Александрович Лансере, был знаменитым скульптором. Мать художницы Екатерина Николаевна происходила из семьи Бенуа, она была художником-любителем. Талантливым архитектором стал брат Серебряковой Николай.
На лугу
Девочки у рояля
Это цитата сообщения ГалаМаг Оригинальное сообщение
[413x48]
|
[показать] [413x48]Это цитата сообщения Seniorin Оригинальное сообщение
"Всякий раз, когда я хочу что-то сказать, я говорю в той манере, в которой, по-моему ощущению это должно быть сказано". Пабло Пикассо.
Пабло Пикассо в Испании Фото: LP / Роже-Виолле / Rex Features
Это цитата сообщения Seniorin Оригинальное сообщение
(Продолжение. Начало - здесь)
В творчестве Пабло Пикассо несколько периодов:голубой,розовый,африканский...
К "голубому" (1901-1904)периоду относят работы, созданные в промежутке между 1901 и 1904 гг. Серо-голубые и сине-зеленые глубокие холодные цвета, цвета печали и уныния, постоянно присутствуют в них. Пикассо называл голубой "цветом всех цветов". Частые сюжеты этих картин - изможденные матери с детьми, бродяги, нищие, слепые.
«Нищий старик с мальчкиком» (1903 г.) Музей изобразительного искусства .Москва
Это цитата сообщения Томаовсянка Оригинальное сообщение
Сентябрь
Раззолочённые, но чахлые сады
С соблазном пурпура на медленных недугах,
И солнца поздний пыл в его коротких дугах,
Невластный вылиться в душистые плоды.
И желтый шелк ковров, и грубые следы,
И понятая ложь последнего свиданья,
И парков черные, бездонные пруды,
Давно готовые для спелого страданья...
Но сердцу чудится лишь красота утрат,
Лишь упоение в завороженной силе;
И тех, которые уж лотоса вкусили,
Волнует вкрадчивый осенний аромат.
* И тех, которые уж лотоса вкусили - по верованиям древних греков, цветок лотоса заставлялзабыть о прошлом и даровал блаженство.
Это цитата сообщения Феникс_94 Оригинальное сообщение
|
Это цитата сообщения Томаовсянка Оригинальное сообщение
Детство и отрочество Андрея Платоновича Платонова совпало с Первой мировой войной, юность - с революцией и Гражданской войной, а революция была им воспринята как начало новой мировой эры торжества истины и правды. Платонова интересовала политика и русская религиозная философия, вопросы современной науки, классическая и новейшая эстетика, пролетарская литература, изобретательство и концепция «производственничества», «Философия общего дела» Н. Федорова и работы марксистов, чтение романов Достоевского и прозы В. Розанова.
В 1920 году стихи, статьи, рецензии, политические передовицы и рассказы Платонова активно печатались. В этом же году он стал слушателем совпартшколы, постоянно выступал в дискуссиях Коммунистического союза журналистов, его приняли кандидатом в члены РКП(б). Николай Задонский посвятил Платонову – коллеге и другу, ряд воспоминаний. Он так описывал молодого писателя тех лет: «Андрей Платонов в те годы был заправским газетчиком, живо откликался на все злободневные, в том числе и международные, политические события, но его отличали от всех нас оригинальность и глубина мышления и необычайный стиль - любую его самую рядовую статью или заметку можно было узнать по этим признакам, так писать мог только Платонов. Были, разумеется, в этих статьях и неясности, и много наивного и даже путаного, но все, за что ни принимался Андрей, отличалось самобытностью… Андрей Платонов очень увлекался в те годы гидрофикацией, часто выступал в печати на эту тему, написал позднее великолепную повесть «Епифанские шлюзы», и мне запомнился его чудесный доклад, глубокий и обоснованный, сделанный для журналистов и работников печати в клубе «Железное перо». Познания Платонова в области гидрофикации были огромны, и, в конце концов, его пригласили на работу в земельные органы. Он стал председателем комиссии по гидрофикации области…
Это цитата сообщения Ada_Peters Оригинальное сообщение
 [показать] | Василий Васильевич Розанов Полина Виардо и Тургенев |
Много было счастливых и великих привязанностей любви в России за XIX век... Но роман Полины Виардо-Гарсиа и Тургенева горит над всеми ими как что-то необыкновенное, исключительное. Здесь, однако, хочется вспомнить стих Ломоносова, которым он разъяснял важность словесности и стихотворства:
[показать]Виардо Полина (Viardot-Garcia)
Автор: Плюшар Евгений Александрович
Около 1853 г
Герои были до Атрида,
Но древность скрыла их от нас...
Это цитата сообщения Томаовсянка Оригинальное сообщение
Этот поэт, при жизни почти никому не известный (“И славы ждал, и славы не дождался…” — сказала о нём Ахматова), умерший сто лет назад, 13 декабря 1909 года, от сердечного приступа на петербургском вокзале, сегодня для тех, кто любит и знает стихи, стал одним из лучших поэтов XX века, и я, например, люблю его не меньше, чем Блока, Пастернака, Мандельштама… А те, кто при его жизни был знаменит — Вячеслав Иванов, Брюсов, Бальмонт, Мережковский, Фёдор Сологуб — отошли на второй план. Почему?
Это цитата сообщения ГалаМаг Оригинальное сообщение
[400x448]Потомственный журналист Андрей Седых (1902-1994) в 17 лет сбежал от большевиков из Феодосии через Константинополь в Париж, где окончил Школу политических наук и стал газетным репортером, проработав 20 лет парламентским корреспондентом эмигрантских газет «Последние Новости» и «Сегодня». Близкий знакомый всех русских парижан, секретарь Ивана Бунина во время получения им Нобелевской премии, автор очерковых книг о Париже и его обитателях. С 1942 года жил в США. Работал в старейшей русской газете «Новое русское слово», с 1973 года стал ее главным редактором. В Америке выпустил еще несколько книг, в том числе три издания воспоминаний ''Далекие, близкие'' о своих встречах с Буниным, Куприным, Алдановым, Мандельштамом, Волошиным, Бальмонтом, Шаляпиным…
Сокращенный вариант книги «Далекие и близкие».
[400x503] 9 ноября 1933 года И. А. Бунин сидел на дневном сеансе в кинематографе Грасса. Шла какая-то «веселая глупость» под названием «Бэби», и Бунин смотрел с особенным удовольствием, — играла хорошенькая Киса Куприна, дочь Александра Ивановича. Вдруг в темноте загорелся луч ручного фонарика. Л. Ф. Зуров тронул писателя за плечо и сказал:
— Телефон из Стокгольма. Вера Николаевна очень волнуется и просит поскорее прийти домой.
Первое, что подумал Бунин: жаль, так и не узнаю, что стало с Кисой в конце фильма. Отправились домой. По дороге Бунин начал расспрашивать: что, собственно, сказали?
— Непонятное что-то. Премия Нобеля... Ваш муж...
— А дальше?
— А дальше не разобрали.
— Не может быть. Вероятно, еще какое-нибудь слово было. Например, не вышло, очень сожалею...
Так сразу оборвалась его прежняя жизнь: Бунин получил нобелевскую премию по литературе.
Примерно час спустя я вызвал Ивана Алексеевича по телефону из Парижа. Соединение было плохое, голос звучал глухо и отвечал он на вопросы как-то неохотно, казался растерянным. А через три дня, приехав в Париж, Иван Алексеевич рассказывал мне уже с юмором, как нахлынули в этот вечер в его «Бельведер» журналисты и фотографы, как вспыхивал и ослеплял магний, и как потом газеты всего мира обошла фотография «какого-то бледного безумца». И еще признался он, что в доме в тот вечер не было денег, и нельзя было даже дать на чай мальчикам, приносившим поздравительные телеграммы. Позже, при всякой встрече, мы вспоминали сумасшедшие дни, последовавшие после присуждения премии.
Письма приходили буквально со всех концов мира. Было, конечно, немало странных посланий и просьб о помощи. Сумасшедшая из Дании написала открытку:
— Ради Спасителя, соединяйтесь с Римом! Спасем мир!
Другое письмо вызвало у нас много веселья. Какой-то матрос просил в спешном порядке прислать ему 50 франков и, чтобы расположить к себе лауреата, писал:
— Я уверен, что Бог поможет Вам. Если пришлете мне эти 50 франков, то и на будущий год наверно получите премию Нобеля!
Идея эта так понравилась Ивану Алексеевичу, что 50 франков матросу послали. На деньги были и другие претенденты, действовавшие не таким прямым путем. Через несколько дней в «Нувель Литерэр» появилась довольно ехидная заметка: Бунин, дескать, проявил исключительное благородство и решил разделить свою премию с другим большим русским писателем, Д. С. Мережковским.
Вырезку эту я показал Бунину, вызвав у него нечто вроде легкого апоплексического удара:
— С какой стати? Ни за что!
Всё же я спросил, откуда пошел слух о разделе? И Бунин рассказал, что к нему явился как-то Мережковский и сделал странное предложение: составить у нотариуса договор на случай получения одним из них нобелевской премии. Тот, кому премию присудят, заплатит другому 200.000 франков.
— Я, конечно, наотрез отказался. Глупо делить шкуру неубитого медведя. Да и не нужно мне денег Мережковского!
Всё же было решено, что лауреат отправится с визитом к Мережковским. На следующее утро Иван Алексеевич рассказал мне подробности:
— Пошел, ... (тут я выпускаю три крепких слова). Подхожу к дому, — нет мужества войти. Ведь я знаю, как Мережковский и Зина всю жизнь меня ненавидели. А ведь они люди страшные: еще могут на меня какую-нибудь хворь наслать со всей их чертовщиной... Полчаса вокруг дома ходил на ветру. Наконец, позвонил. Встретила меня Гиппиус. Лорнетка, прищуренные глаза, голос капризной кокотки:
— Что это вы, Иван Алексеевич, снизошли к
Это цитата сообщения Dmitry_Shvarts Оригинальное сообщение
«Нет повести печальнее на свете
чем повесть о Ромео и Джульетте»
Нет повести печальнее и романтичнее, чем история двух любящих, бьющихся в унисон, сердец. И хоть в реалиях современной Вероны не осталось места для фамильной вражды, атмосфера здешних улочек пронизана духом вечного шекспировского сюжета, а памятные места, связанные с канувшими в лету событиями, тщательно оберегаются властями и горожанами.
Считается, что старинный дворец, расположенный на виа Арке Скалигере, принадлежал когда-то семейству Монтекки, однако родовое гнездо Ромео так и не стало музеем, поэтому полюбоваться средневековым зданием можно лишь снаружи. А вот Дом Джульетты – тот, что на улице Виа Капелло – гостеприимно распахивает двери для всех посетителей, неравнодушных к истории влюбленных.
Это цитата сообщения Томаовсянка Оригинальное сообщение
«Сложное в литературе доступнее простого».
«Однажды меня приняли за Куприна. Дело было так.
Выпил я лишнего. Сел тем не менее в автобус. Еду по делам.
Рядом сидела девушка. И вот я заговорил с ней. Просто чтобы уберечься от распада. И тут автобус наш минует ресторан «Приморский», бывший «Чванова».
Я сказал:
– Любимый ресторан Куприна!
Девушка отодвинулась и говорит:
– Оно и видно, молодой человек. Оно и видно».
«Сцена в больнице. Меня везут на процедуру. На груди у меня лежит том Достоевского. Мне только что принесла его Нина Аловерт. Врач-американец спрашивает:
– Что это за книга?
– Достоевский.
– «Идиот»?
– Нет, «Подросток».
– Таков обычай? – интересуется врач.
– Да, – говорю, – таков обычай. Русские писатели умирают с томом Достоевского на груди.
Американец спрашивает:
– Ноу Байбл? (Не Библия?)
– Нет, – говорю, – именно том Достоевского.
Американец посмотрел на меня с интересом».
(С.Довлатов, «Соло на ундервуде»)