[показать]   В России почти всегда посмертная судьба поэта удачливей прижизненной. Не был исключением и поэт Николай Рубцов. Я не стал бы очень–то уж мрачно расписывать его судьбу, во многом она творится обладателем этой именно и никакой другой жизни и еще перстом откуда–то, привычно скажем, свыше указующим. Рубцов по–своему любил свою жизнь, себя в ней любил, но как истинно русский человек несколько пренебрежительно, иногда наплевательски относился к ней.

Но не об этом сейчас речь, а о том, о чем со вздохом сказано во многих рассуждениях, опять же российского порядка, то есть о том, что унес с собою рано нас покинувший творец. В книге, наиболее подробно и с любовью изданной московским издательством “Воскресенье”, повторившей название первой прижизненной книги Рубцова в Москве — “Звезда полей”, этот горестный вздох облечен в вопрос: сколько же погибло вместе с поэтом строк и стихов?   

[показать]  Раньше хоть престарелые вожди часто умирали, и в траурные дни звучала камерная музыка. Так во время похорон Клима Ворошилова я познакомился с Великим искусством Великого дирижера Герберта фон Караяна, а ныне вот жди, когда ГКЧП случится и покажут “Лебединое озеро” иль чего–нибудь где–нибудь взорвут, а следовало бы подорвать хоть с одного угла Останкино, чтоб перетряхнуло там все до основания и шайку бездельников, всю эту трепливую шушеру сменили достойные, работящие люди.

        В журнале “Континент” я однажды прочитал дерзкую и умную статью талантливой поэтессы Марины Кудимовой, в которой она доказательно объясняла вредное влияние поэзии Высоцкого на нынешнее время, на молодежь и всякую востроухую, моде подверженную публику. Кудимова попутно подсоединила к Высоцкому и Есенина: они, мол, они двое возбудили и обслужили блатной сброд. Нет, у Есенина блатнятина, растленность в души вселяющая, занимает очень мало места, в основном он чистый, нежный поэт, как родничок, выбившийся из желтого песочка в сосновом бору. Благотворное влияние его на русскую поэзию есть и пребудет вечно. А хриплый голос, выразивший хриплое, нездоровое время, уже не звучит повсеместно, и время его уйдет, как только будут ликвидированы недостатки нашей современной жизни.       

[показать]Ужинали домашней снедью. Вина с собой мы не взяли, было лишь две или три бутылки пива. Коля молча выпил кружку пива и молча же, отчужденно чего–то поел. Он был расстроен тем, что дочь моя воструха уязвила его мужское достоинство. Заметив, что он тащит к огню веточки да палочки, заявила, что у него и силы–то никакой нету. Через большое время, уже в сумерках, поэт вскинулся:

— А–а, я все понял! Ты, Ира, когда щупала мою руку и говорила, мускул–то у меня нету, так это ты вату на пиджаке нащупала. Ты, видать, не знаешь, что в мужской пиджак на плечи подкладывают вату.

        Я незаметно показал дочери кулак, и она согласилась насчет ваты, Коля оживился, начал смеяться, с охотой попил чаю с пряниками и даже покритиковал низьменских старух за то, что забыли они народные песни и орут черт–те какую киношную дребедень. Ввечеру в речке начали пиратничать банды окуня. Были они тут опытны и хитры, загоняли стайки малявок меж бревен, чаще всего туда, где бревна сходились клином, и выедали их. Пользуясь моментом, я подсовывал им мелкую блесну и скоро надергал на завтрашнюю уху рыбешки.

В ГОРНИЦЕ МОЕЙ СВЕТЛО

В горнице моей светло.
Это от ночной звезды.
Матушка возьмет ведро,
Молча принесет воды...

Красные цветы мои
В садике завяли все.
Лодка на речной мели
Скоро догниет совсем.

Дремлет на стене моей
Ивы кружевная тень.
Завтра у меня под ней
Будет хлопотливый день!

Буду поливать цветы,
Думать о своей судьбе,
Буду до ночной звезды
Лодку мастерить себе...

БУКЕТ

Я буду долго
Гнать велосипед.
В глухих лугах его остановлю.
Нарву цветов.
И подарю букет
Той девушке, которую люблю.
Я ей скажу:
— С другим наедине
О наших встречах позабыла ты,
И потому на память обо мне
Возьми вот эти
Скромные цветы! —
Она возьмет.
Но снова в поздний час,
Когда туман сгущается и грусть,
Она пройдет,
Не поднимая глаз,
Не улыбнувшись даже...
Ну и пусть.
Я буду долго
Гнать велосипед,
В глухих лугах его остановлю.
Я лишь хочу,
Чтобы взяла букет
Та девушка, которую люблю...

В МИНУТЫ МУЗЫКИ

В минуты музыки печальной
Я представляю желтый плес,
И голос женщины прощальный,
И шум порывистых берез,

И первый снег под небом серым
Среди погаснувших полей,
И путь без солнца, путь без веры
Гонимых снегом журавлей...

Давно душа блуждать устала
В былой любви, в былом хмелю,
Давно понять пора настала,
Что слишком призраки люблю.

Но все равно в жилищах зыбких —
Попробуй их останови!—
Перекликаясь, плачут скрипки
О желтом плесе, о любви.

И все равно под небом низким
Я вижу явственно, до слез,
И желтый плес, и голос близкий,
И шум порывистых берез.

Как будто вечен час прощальный,
Как будто время ни при чем...
В минуты музыки печальной
Не говорите ни о чем.

Тихая моя родина!
Ивы, река, соловьи...
Мать моя здесь похоронена
В детские годы мои.

- Где тут погост? Вы не видели?
Сам я найти не могу.-
Тихо ответили жители:
- Это на том берегу.

Тихо ответили жители,
Тихо проехал обоз.
Купол церковной обители
Яркой травою зарос.

Там, где я плавал за рыбами,
Сено гребут в сеновал:
Между речными изгибами
Вырыли люди канал.

Тина теперь и болотина
Там, где купаться любил...
Тихая моя родина,
Я ничего не забыл.

Новый забор перед школою,
Тот же зеленый простор.
Словно ворона веселая,
Сяду опять на забор!

Школа моя деревянная!..
Время придет уезжать -
Речка за мною туманная
Будет бежать и бежать.

С каждой избою и тучею,
С громом, готовым упасть,
Чувствую самую жгучую,
Самую смертную связь.

Замок Вранов-над-Дыей— королевский замок, стоящий на скалистой горе в окружении густых лесов над рекой Дие у одноимённого городка в южной Моравии (Южноморавский край Чешской республики), в 16 км западнее районного центра Зноймо.

Ирина Масленникова – великая оперная дива. Талант, харизма и некий магнетизм – именно эти качества особенно отмечали коллеги великой отечественной исполнительницы оперы Ирины Масленниковой.
Ирина Масленникова: звезда с уникальным хрустальным голосом

Ирина Масленникова обладала самым редким певческим голосом, который взлетает прямо в небеса, уводя за собой слушателя. Ее колоратурное сопрано легко перелетало через весь зал, перекрывая оркестр. Этот голос был воздушен, легок и подвижен, он украшал партию особыми вокальными пассажами.

Ирина Масленникова родилась в 1918 году 3 июня. За три года до войны, в 20 лет, девушка стала студенткой Киевской консерватории. Она занималась под руководством Ф. Н. Паляевой и М. Д. Донец-Трейссер. Уже во время учебы юная певица участвовала в спектаклях консерватории: «Свадьба Фигаро» Моцарта, «Фра-Дьяволо» Д. Обера. А в 1941 году Ирину Ивановну принимают с третьего курса стажером в Украинский оперный театр. Но начинается война. Экзамены в консерватории она сдавала экстерном. Вместе с труппой театра ее эвакуировали сначала в Уфу. Там на сцене она спела шесть ведущих оперных партий. Публики было очень много. Всем хотелось смотреть красивые постановки и слушать прекрасную музыку.

[показать]

В среде чешских дворян было очень модно строить охотничьи замки, откуда начиналась увлекательная охота, где содержались своры гончих собак и табуны чистокровных лошадей, где жили егеря, которые присматривали за прилегающими к замку угодьями. Вот и старались вельможи: строили замки по всей Чехии, а потом хвастались ими друг перед другом.

[1000x742]Friedrich Frank, Vienna

[1000x638]Carl Wenzel Zajicek. Blick über den Donaukanal, 1917

[1000x739]Sandor Kozeluh. Mölker Bastei

[1000x1688]Erwin Pendl (Austria, 1875-1945) Stallburggasse mit Pferdekutschen, Wien

Замок Вевержи- Королевский дворец (замок- пфальц) — памятник средневековой архитектуры. Приблизительно в 13 километрах к северо-западу от центра Брно, на лесистом мысу у Брненского водохранилища, при крутом повороте реки Свратки, где в неё впадает ручей Веверка (рус. «белка»). Территория замка включена в ведение города Брно.

• женские образы художника

Французский художник Gustave Jean Jacquet (1846-1909)

И тяжкий сон житейского сознанья
Ты отряхнешь, тоскуя и любя...
В. Соловьев

Предчувствую Тебя. Года проходят мимо —
Всё в облике одном предчувствую Тебя.
Весь горизонт в огне — и ясен нестерпимо,
И молча жду,— тоскуя и любя.

Весь горизонт в огне, и близко появленье,
Но страшно мне: изменишь облик Ты,
И дерзкое возбудишь подозренье,
Сменив в конце привычные черты.

О, как паду — и горестно, и низко,
Не одолев смертельные мечты! Как ясен горизонт!
И лучезарность близко.
Но страшно мне: изменишь облик Ты.
Александр Блок

[показать]

Растения растут и цветут на земле не только для того, чтобы служить пищей для человека. Они нужны и для исцеления. В следующий раз, когда вы увидите, что кто-то опрыскивает гербицидами одуванчики, подорожник, лопух или крапиву, остановитесь и задумайтесь.

Почему эти растения такие неистребимые? Почему они непременно вырастут снова в следующем году? Почему эти растения живут рядом с человеком многие тысячелетия? Почему вы встречаете их везде, даже в трещинах в асфальте на скоростном шоссе? Не случайно, что самые стойкие растения обладают самыми стойкими лечебными качествами.