Всех читателей моего блога поздравляю с наступающими Новым Годом и Православным Рождеством! Здоровья Вам и Вашим близким, счастья, благополучия! Новых открытий в 2016 году!
[400x279]

Очень даже неплохой фильм, атмосферный, свободный от примитивных эффектов массовой продукции про шпионов. 

[показать]Кое-что по отношению к первоисточнику изменено; добавлены диалоги, которых не было в книге, и наоборот, что-то осталось за кадром. Другое имя героини, она перестала быть еврейкой.

Подумал, было б вообще великолепно, если бы в нужных местах звучала немецкая, а не английская речь, но впрочем и эта условность не сильно портит восприятие. 

Отметил, что актёр, играющий Петерса, говорит по-английски с лёгким акцентом, похожим на русский. Английский того актёра, что играет Фидлера, показался почти безупречным, а временами в произношении звучат нотки, которые, наверно, можно назвать немецкими. По роману во время войны Фидлер жил в Канаде. 

Ещё удивило, что пресловутая берлинская стена была такой невысокой. Не могли же создатели фильма переврать эту подробность?

Эта книга возникла на моём читательской горизонте в связи с романом Маканина "Андеграунд". Так что о том, как они соотносятся я, возможно, ещё скажу, ниже. А начну с главного, чем является этот роман. Так вот...

На самом деле в этом романе два разных произведения. Как в матрёшке. А ещё лучше, если воспользоваться образом, не раз мелькающем на страницах " Танжера", тут какая-то женщина, живущая в мужчине, или наоборот - мужчина, прячущийся в женщине.

Проблема однако в том, что одна из этих составляющих сильно перевешивает другую, заслоняет её. Нужно преодолеть более двух третей текста, чтобы понять это его двойничество. В общем, для меня это такой довольно внушительный мистер Хайд, из которого ближе к финалу действия неожиданно проступает маленький, не слишком могучий доктор Джекил.

О первом я уже почти написал рецензию. В ней я утверждал, что роман "Танжер" это депрессивная рапсодия молодого страдающего  бисексуала. Поток сознания, изложенный нервно-истерическим (нервно-паралитическим), рваным телеграфным слогом, подхватывающий всё, что видит, слышит, обоняет и осязает главный герой, всё, что крутится у него в голове. Анвар Бегичев; 70-го года рождения; казахстанец (татарин, наверное?); выпускник Литературного института; с женой расстался, тоскует по ней, она - в Алма-Ате, сам он живёт в Москве 90-х - где и как придётся, работает в каком-то офисе, но получает жалованье нерегулярно; уже напечатал где-то рассказы, но денег за них вообще не получил. Он вожделеет к каждой встречной бабе, а уж если совокупляется, то это такой громокипящий кубок, что просто караул...

Он писатель, но не писатель-трудоголик, не Мартин Иден, у которого ни дня без тысячи слов. Хотя о чем это я? Ведь литературное творчество однозначно принадлежит к тем видам работ, где усталость категорически не подходит в качестве мерила производительности. Дело тут в другом. Как радости, так равно и муки творчества занимают поразительно мало места в его внутреннем мире, который переливается всем буйством красок, едва дело доходит до тела. Только в шестой главе второй части Анвар вдруг спонтанно принимается за написание пьесы на автобиографическом материале. Эта тема слегка развивается в следующих трёх-четырех главках, потом снова наступает гомерический секс, вожделения, совокупления, страдания...

Ну вот примерно так я уже написал рецензию. Доктора Джекила я увидел только в финале. Внезапно открылось, что этот Анвар как раз и есть яркий пример того другого, о котором говорил Маканин в "Андеграунде". Вот такой, неприсобленный к сожительству с женщинами, к жизни

Вот интересно, уже читал эту книжку дважды, один раз в переводе (по-моему, Топорова, "Шпион, вернувшийся с холода"), один раз в оригинале (но российское, питерское издание). Большой знаток английской литературы, а также и шпионской темы, Г. Анджапаридзе уверял, что это лучший роман Ле Карре. Дважды я пытался в этом убедиться. И оба раза не согласился со знатоком. Тем не менее случился и третий раз. Но теперь - благодаря предисловию, написанному Уильямом Бойдом. Как-то так получилось, я вдруг обнаружил, что у романа имеется предисловие, которое написал весьма почитаемый мною британский писатель. 

[314x300]Я принялся читать это предисловие, даже зачитался было... Но вдруг отложил дело на потом. Не сейчас! - сказал себя я. Это был конец августа, и тогда я только затеял первую из трёх мини-ретроспектив по европейским литературам, ретроспектив, кои пришлись на первые два осенних месяца. В ту пору я как раз прочитал "Затемнение в Грэтли" Джона Пристли. А роман Ле Карре я отложил на потом. 

И вот это "потом" наступило сейчас. Я даже выяснил, что предисловие-то я практически прочитал ещё тогда полностью - в тот последний августовский выходной, когда зачитался. Т.е. я прочитал этот совсем недлинный текст дважды. Но текст довольно интересный. Потому что Бойд набросал в нем тот "background", который сопутствовал роману, времени его действия и выхода в свет. Ле Карре писал этот роман (третий в его писательской карьере), когда ещё не существовало Англии "Битлз". Да вообще ещё не было ничего, что могло бы показаться в Англии привлекательным для русского глаза (вообще, наверно, любого, кроме глаза упёртого английского патриота, но не суть). Ещё карточки у них не так давно отменили (у них это называлось rationing)!  [194x300]А ведь Джеймс Бонд уже существовал, Флеминг выпустил несколько романов с его участием, а Шон Коннери уже изобразил супер-агента на экране. Говорю об этом потому, что Ле Карре и Флеминг - это в каком-то смысле антиподы. И Бонд и герои Ле Карре, в частности Лимас, протагонист "Шпиона" тоже антиподы. 

Бонд повсюду умудряется вести шикарную жизнь. Жизнь Лимаса, даже в самые лучшие моменты, отнюдь не шикарна. 

Ле Карре радикально поменял парадигму жанра - шпионского романа, так пишет Уильям Бойд.  [202x300]Шпионаж в этом романе совсем не гламурен. Более того, даже трудно сказать, кто

Экранизация романа Уильяма Бойда, который читал почти 7 лет назад. По сценарию Бойда и с его продюсированием. 

Довольно забавно и близко к тексту. В роли доктора Мюррея - Шон Коннери. В роли британского дипломата Артура Фэншоу - Джон Литгоу. Его жену Хлою сыграла Дайана Ригг. 

Вместе с тем далеко не шедевр и повод задуматься: как из неплохой книги нужно делать неплохой фильм? Какого хлеба не хватило в этом супе на этот раз?

Полное название "Андеграунд, или Герой нашего времени". Написан в самом конце прошлого века, хотя, как подумалось только что, вызрел, наверно, ещё на стыке 80-х - 90-х. При чтении случилась странная штукенция. 

Начинал с некоторым усилием - давно знаю, что автор не совсем мой, прыгающий слог, слегка дурашливо-придурковатый; в предложениях не хватает то сказуемого, то подлежащего. Многословен, много всяких рефлексий. Рассудком отмечал, что сконструирована книга неплохо. Если это и реализм, то исключительно фантастический, как у Достоевского. Главный герой, опустившийся бывший писатель Петрович, собственно, тоже потомок героев Фёдора Михайловича, того парадоксалиста, что умствовал у себя в подполье. Этот не только умствует, но и совершает разные деяния, далеко не всегда хорошие. 

Не мог и не отметить, что Маканин умеет зацепить за живое. Сразу как-то царапнула история про семейку, в которой мамаша по своей дурости потеряла годовалого ребёнка. Судьба брата главного героя залеченного в психушке бывшего художника Вени тоже как бы наждаком по чувствам прошлась. А вот описанию первого преступления не поверил - слишком умственно, слишком много слов. Хотя то, как преступление расследовала милиция, вернее, не расследовала, показалось очень интересным. 

И однако на той главе, что описывала изгнание Петровича из общаги, случилась метаморфоза. То ли я настраивался, настраивался на чтение и наконец настроился (вчитался, как говорит Веллер), то ли перенастроился сам поток повествования - он меня вдруг подхватил... Детали, подробности - перестали скрежетать в моём восприятии железом по стеклу. Всё было удивительно на месте, всё было потрясающе в строку! 

Да он переплюнул Кизи с его кукушкиным гнездом! - восклицал я мысленно. И ещё что-то... Я изо всех сил сочувствовал герою - чтоб он не сдался, не сломался, не впал в раскаяние, не выдал свои преступления, признание в которых так злобно пытались вырвать его враги...

А потом я восхищался хитростью новоявленного бизнесмена Ловянникова, обдурившего всех, в том числе и Петровича, - и опять-таки ради того, чтобы только не перестать уважать себя! 

Да, я отметил, конечно, массу аллюзий на русскую классику, и не только девятнадцатого века, в том числе и в названиях глав: Новь, Квадрат Малевича, Палата номер раз, Двойник, Один день Венедикта Петровича. 

И я опять думал над тем, что писатель сумел вот так трезво взглянуть на нашу действительность ещё в конце прошлого века. Честное слово, вспоминая себя тогдашнего, я думаю, даже несмотря на пережитый (вместе со всею страною, конечно) дефолт, как я был наивен! И прекраснодушен... А Маканин, он - нет... И в 97-м он был и не либерал, и не демократ, и уж конечно, не ура-патриот... Смотрел на жизнь зорко и сурово.

Давненько хотел перечитать эту книгу, полное название которой, кстати, следующее: "Легенда oб Уленшпигеле и Ламме Гудзаке, об их доблестных, забавных и достославных деяниях во Фландрии и других краях". Существует несколько переводов романа на русский язык. Лучшим из них считается тот, что выполнен Николаем Любимовым. Ещё в восьмом классе, как раз перед экзаменами, я впервые прочёл сокращённый вариант этого перевода - адаптацию для юношества. Спустя -цать лет познакомился и с полной версией, опубликованной в авторитетной Библиотеке всемирной литературы (предисловие, написанное Роменом Ролланом, цветные вклейки, хотя и с чёрно-белыми иллюстрациями, подробные комментарии). И вот, перечитал эту книгу вновь. 

Итог - скорее, разочарование... Роман написан в девятнадцатом веке, но так будто реалистической прозы ещё не существовало. Не было Мериме, Бальзака, Стендаля... В "Легенде" угадывается влияние Рабле, но отсутствуют реалистические описания - пейзажей, интерьеров, внешности людей. Равно как их жестов, мимики и т.д. При том, что это умел делать ещё Гомер. 

После толстовского "Петра" впечатление обескураживающее... Может быть, "Легенда" и выдающийся литературный памятник, но сейчас дала мне очень мало. Кроме разве что снобистского самолюбования - ведь читал довольно толстую бумажную книгу в пусть и потрёпанной, но суперобложке; книжку с цветными вклейками (на которых, правда, черно-белые иллюстрации)! Но и это чувство слабенькое и малоутешительное. 

Впрочем, не могу не признать, что де Костер в своём романе предвосхитил кое-что - то, что зацвело довольно пышным цветом в ХХ веке, чуть ли не целые жанры составило. А именно - психоделические путешествия в мир духов в результате приёма соответствующих снадобий и зелий, а также истории про псевдомистических монстров (в данном случае, появление так называемого безжалостного вервольфа, нападающего на людей).

Ещё сегодня посмотрел первую часть экранизации Алова - Наумова по мотивам де Костера - фильм "Пепел Клааса" из "Легенды о Тиле". Тоже, скорее, разочарован. Леонов великолепный актёр, однако на роль Ламме можно было, наверно, подобрать толстяка и помоложе. У актёра в главной роли, Тиля, по-моему, слишком унылое и, возможно, чересчур интеллигентное лицо. Неужели никого лучше во всём могучем советском кинематографе не нашлось? 

Не пересматривал, кажется, с того момента, как они шли в кинотеатрах. Некоторые сцены, особенно массовые, в первой серии "Юности Петра" вызвали какие-то сомнения - подумалось, нынешние киношники научились снимать такие скопления народа лучше, в том числе дорисовывая то, что надо, компьютерно. Но потом пошло вроде получше. Более камерные эпизоды неплохи. Актёры вполне на уровне, в том числе и Дмитрий Золотухин, играющий Петра. Костюмы, интерьеры, сцены на кораблях - недурны. 

А второй фильм, "В начале славных дел", произвел ещё более сильное впечатление. Закралась даже мысль, что вся съёмочная группа вошла во вкус в процессе работы. 

Жаль только, что незавершенный роман Толстого получил ещё более незавершённое экранное воплощение. Северная кампания в фильм вообще не попала. А ведь в романе она очень драматична - сначала русские войска разбиты, Пётр фактически бежит из-под стен Нарвы, чтобы собрать новую армию.

Эпизод разоблачения Кёнигсека в фильме решили совсем по-другому, нежели в книге. Там это происходит как раз во время военной кампании, в одну из передышек между баталиями. В картине же правда о связи посланника с Анной Монс раскрывается в её доме (кстати, интерьер весьма симпатичный, жили же люди!). 

В целом могу сказать, что, наверно, дилогия входит в число лучших отечественных исторических картин и лучших экранизаций. 

Только что досмотрел сериал. Начало было каким-то странным, но потом действие захватило. Фантастический триллер-дистопия, чем-то напомнило "Под куполом" Кинга, только больше динамики, мне кажется. Нет, Крауч, написавший книги - литературную основу - всё-таки голова!

Но не только лихо закрученный сюжет, но и пища для размышления. Поначалу думал, что основной мотив чисто американская фобия перед тоталитаризмом, однако на самом деле тут больше. Действуют разные группы, разные силы - как и вообще в огромном человечестве, населяющем Землю. А здесь - в микрочеловечестве, втиснутом в микровселенную небольшого городка.  

Собирался перечитать этот роман ещё весной прошлого года - тогда у меня вдруг затеялась небольшая ретроспективка по Петру Первому - но получилось только вот сейчас. 

Первый раз я прочитал это произведение ещё в шестом классе средней школы, потом неоднократно возвращался. Но года с 80-го, наверно, не перечитывал...

Думаю, что роман Толстого - это если не самая вершина отечественного исторического романа, то уж одна из таких вершин точно. Полифоничный по звучанию; написанный ярким, ёмким, передающим дух времени языком; показывающий противоборство сил, судьбы людей различных сословий. 

Хотя автор явно сочувствует своему главному и заглавному герою, общий тон повествования почти объективный. Великие дела вершил Пётр? Но сколько людей при этом погибло, причем, зачастую даже не по необходимости, а из-за крутого нрава царя, по причине особой ретивости некоторых исполнителей. А кто-то был убит или покалечен и вовсе оказавшись жертвой царских потех. 

Из предисловия узнал, что Алексей Толстой стремился сделать свой роман максимально не похожим на "Петра и Алексея" Мережковского. Ведь там царь - воплощённый Антихрист, несущий стране и народу только погибель. Толстой же представлял его радикально иным - творцом новой России.

Хочу сказать слово в защиту Петра и от себя. Как я уже заметил выше, в самом романе показано, что преобразования, проводимые в то время, оплачены были высокой ценой - тысячами человеческих жизней. И вот, есть такая весьма популярная точка зрения, что новая государственность, новая армия, промышленность и всё прочее, что основал Пётр, - всё это было построено на костях. И я готов даже с этим согласиться. Однако недавно я задавал вопрос, хотя и не получил на него ответа: а какое современное государство построено не на костях? В той же просвещённой Европе, к которой так тянулся Пётр и тянул Россию, разве не было войн, религиозных преследований, да и просто феодальных усобиц? А потом - разве не было нещадной эксплуатации колоний, в том числе и прямого труда рабов? Не так ли были заложены основы нынешнего благосостояния некоторых государств? В результате вышло так, что граждане их жили относительно сыто и безбедно, а кто считал кости не-граждан?

И ещё один вопрос, в духе фантастов, работающих в жанре альтернативной истории. Если попытаться представить, что Петра не было бы, или он оказался бы другим царём, любителем старины, - каким бы путём пошла Россия, к чему бы пришла? Не получилось бы так, что население её ужалось бы - и кто знает? может, ещё значительнее - по другим причинам, из-за крайней бедности, косности управления, экспансии, военной и экономической, других государств и т.д.? Ну на этот вопрос ответить ещё труднее, тут надо учитывать слишком много разных факторов, влияющих друг на друга...

Jud'-jud' - так один мой знакомый иногда произносил русское "чуть-чуть" с кавказским акцентом. Шутейно, конечно. 

Пересмотрел сериал "Русский перевод" по роману "Журналист" А. Константинова. Скорее, разочарован. Детективная составляющая кажется банальной, а порой даже откровенно надуманной. Восточный колорит (действие происходит в первых четырёх сериях в Южном Йемене, в следующих четырех -в Ливии) неплох, но не вытягивает. Пожалуй, лучшее во всем этом сериале - музыка Корнелюка, в первую голову, песня "Письмо", но ведь это всё-таки не клип, а телефильм общей длительностью более 6 часов... 

Потом посмотрел американский фильм 1973 года по рок-опере Ллойда Вебера - Райса "Иисус Христос Суперзвезда". Неплохо поют, черти, но те черти, которых я видел в мюзикле 2000 года, поют ещё лучше. И английская студийная версия, по-моему, тоже звучит внушительнее... Интересно было послушать интервью Тима Райса, хотя и не очень длинное, - о том, откуда взялась эта рок-опера.  

После разочарования с "Переводом" взялся всё-таки смотреть "Своенравные сосны" по Краучу. Посмотрел уже четыре серии. Пока просматривается сходство с волшебной западной сказкой - только в более подходящих нашему времени декорациях. Ну и ещё американская зацикленность на попадание в какой-то тоталитарный безвыходный мир... 

Сегодня в магазине "Книголюб", что на рынке "Южок" видел две книжки Крауча - "Сосны", "Заблудившиеся сосны", как-то так. Быстро переводят, черти... Физия главного героя на обложке - типичный такой американский громила, кстати. 

Магаз этот самый популярный у череповецких фантастов - потому что здесь продают их книги. Раньше эти томики были задвинуты в угол, на стеллаже уценённой литературы или рядом, точно не помню. Сейчас они стоят на одной полке с Дивовым. То ли это повышение такое - для наших. То ли Дивов - тоже наш. 

Должен был посмотреть эту картину ещё три года назад, почему-то медлил. Оказалось, напрасно. Нормальный фильм, в духе зрелого Гиллиама. Феерическая, местами абсурдистская, местами чёрно-юморная фантазия по мотивам похождений известного героя. Да, ещё, показалось, что смысл антимилитаристский. Показательно, что чуть ли не самый главный злодей здесь - вполне себе демократичный Представитель, этакий выборный ботаник на службе.

  Совсем как-то упустил, что стал вчера "пасечником" (типа того, которого Андрей Макаревич изображал в "Старых песнях о главном"). Но пока ещё работающим!

Сегодня посмотрел "Мой друг Иван Лапшин" Германа. Забавно... хотя это и не то слово. Интересно всё-таки, почему его так привлекали разные отвратные стороны жизни? (ну типа, клочка газеты в супе). Реализм? Очень сомневаюсь... 

А ещё посмотрел мюзикл 2000 года "Jesus Christ Superstar". Хорощо поют, черти.

В день семидесятилетия режиссера посмотрел эту камерную картину. Сюжет в духе чеховских пьес, по-моему. Актёры великолепны. Михалков - молодец. Тогда ещё не страдал манией величия в такой терминальной форме.

Читаю сейчас бумажные книги. Эта ждала своего часа больше года. Если не ошибаюсь, в настоящее время "Соло" - самый новейший роман из серии о Джеймсе Бонде. Он написан шотландцем Уильямом Бойдом, в свет вышел осенью 2013 года. 

[190x300]Действие происходит в 1969 году, начавшись буквально в день сорокапятилетия знаменитого агента. Взятый по такому случаю выходной Бонд проводит не только вне службы, но и вне своего дома - квартиры в Челси (там как раз завершается ремонт) - в лондонском отеле "Дорчестер". Ночью агенту снится сон, в котором он возвращается на четверть века назад - в Нормандию буквально на второй день вторжения союзников. Эпизод, имевший место в действительности, разворачивается перед нами постепенно, не сразу. Мы узнаём, что в тот июньский день сорок четвертого года девятнадцатилетний лейтенант особого подразделения Джеймс Бонд впервые посмотрел в лицо смерти. 

[225x300]Завораживающее начало. Но затем повествование становится более обыденным. Даже после того, как Бонд получает новое задание, то, что с ним происходит, скорее выглядит как довольно гламурное времяпрепровождение весьма искушенного в радостях жизни плейбоя, всё протекает на удивление гладко. И это - на протяжении почти девяноста страниц, в то время как вся книга состоит из трёх сотен с небольшим. 
Но затем действие внезапно ускоряется, принимает более подобающий характер - для романа про Джеймса Бонда.

Не буду пересказывать сюжет. В самых общих чертах, Бонд направлен в Занзарим, страну на западе Африки, раздираемую затянувшейся гражданской войной. Его задание - в общих чертах - остановить эту войну. 

Однако и эта его миссия не занимает весь объем книги. По возвращении из Африки Бонд пускается в предприятие ещё более авантюрное и опасное, и - на которое у него нет никаких полномочий от его начальства. Он действует "соло", в одиночку, на свой страх и риск. А финал получается отчасти открытый, вполне предоставляющий возможность продолжения, хотя прямого сиквела к роману, скорее всего, не будет (насколько мне известно, право на сочинение очередной книги "Бондианы" уже получил другой автор). Но вероятнее всего, такая несколько неопределённая концовка - лишь одна из характерных черт всей серии. 

[x300]

    Экранизация рассказа (или небольшой повести) Михаила Кураева, хотя в титрах это и не указано. Так, наверно, потому что сценарий написан самим Михаилом Кураевым. По-моему, в фильме представлена "расширенная версия" событий. Хотя главный герой, естественно, всё тот же, Петя, юноша, страдающий психическим заболеванием (синдром Корсакова). 

Действие происходит в Кандалакше, захватывая небольшой промежуток времени перед смертью Сталина и сразу после неё. Петя воображает, что он инспектор ГАИ, и, более того, ведёт себя как инспектор ГАИ. А в свободное от "службы" время помогает всем, кто его просит о помощи. Сюжет достаточно размытый, т.е. на экране предстают сцены поселковых будней. Петя же в каком-то смысле играет роль того фокуса, к которому сходятся все линии, по Толстому. 

Вообще очень даже литературное кино, если можно так сказать. Психологизм, тонкость наблюдений, скрытый драматизм - всё то, что присуще прозе Михаила Кураева, - перенесено на экран. Заняты прекрасные актёры - Александр Коршунов (Коновалов, начальник НиваГэсСтроя), Евгений Редько (хирург Иоффе), Владимир Капустин (старшина милиции), Светлана Тимофеева-Летуновская (врач поликлиники, местная красавица, жена полковника МГБ Богуславского), Роман Мадянов (полковник Богуславский). В главной роли Егор Павлов, по-моему, справился отлично. 

Картины бедной российской глубинки начала 50х годов показались неожиданно знакомыми, - хотя сталинских времён я, конечно, не застал. Но в течение следующего десятка лет многое, видимо, не сильно изменилось. Смотрел на эту убогость со щемящим чувством - поколение моих родителей прошло через неё, даже, наверно, не очень осознавая, что возможно что-нибудь лучшее... Да ещё эти переливы аккордеона за кадром. Музыкальная тема фильма, может быть, и не слишком оригинальная, но тоже передаёт дух времени. 

В 2009 году картина получила Гран-при Московского кинофестиваля.

Этот фильм попал у меня сразу как бы в две "ретроспективки" - одну по Кубрику, другую - по Кирку Дугласу; обе собирал уже давненько. 

В общем, сейчас впечатление такое, что картина была хороша для своего времени. В кинотеатре смотрелась очень даже (кстати, в киношке я посмотрел её не меньше, чем три раза: будучи ещё дошкольником, потом школьником младших классов и - уже в армии, во время патрулирования по городу Кременчугу Полтавской области). Но сейчас видно, что это именно - голливудчина. Физии не римские, американские да британские. Гракх (Чарлз Лаутон) похож на этакого здравомыслящего адвоката, которому ничто человеческое не чуждо, но который ведёт себя всё же как человек. Т.е. не скотина, если выразить мысль словами аксёновского героя. 

Хозяин гладиаторской школы Батиат (Питер Устинов) забавен. Но почему-то уже не так забавен, как раньше...

Ну а Лоуренс Оливье - здесь настоящий генерал, как и говорил о нём герой Сэлинджера. Красс, командующий значительной частью римского войска.

Интересно, что все они говорят о Риме как о женщине (she, her, etc). Что бы на это сказал Лев Николаевич Толстой? У него-то так только Наполеон про Москву рассуждает... 

Вообще, давным-давно знаю, что фильм основан на книге Говарда Фаста, но прочитать всё как-то не удосуживаюсь. 

Посмотрел фильм потому, что была пара положительных отзывов в реале. 

В принципе, справедливо, смотреть можно. Картинка стала лучше, батальные сцены более наглядны. Но общее впечатление, конечно, послабее, чем от фильма Ростоцкого. Актёры как бы и неплохие, но у многих - невыразительные лица и ещё более невыразительная игра. Комелькова, которая в старой картине была самой яркой и самой звонкой, здесь почти никакая. 

Ну, в общем, посмотреть можно. Один раз.

Нынешний Зоил российской словесности Кузьменков поставил автору книги в вину то, что он всего лишь идёт по стопам Андрея Константинова, автора многосерийного эпоса про бандитский Петербург. 

[254x300]Новый роман Иванова и впрямь открывается спланированным ограблением микроавтобуса, перевозящего большую сумму денег, потому, каюсь, у меня тоже возникло такое чувство, причем совершенно независимо от "филиппик и анафем" Кузьменкова. 

Однако только поначалу. 

На самом деле "Ненастье" никакое не эпигонство, а книга именно в ключе и стиле Иванова. На этот раз - очень серьёзный разговор о недавнем прошлом страны. Начав с технологии крупного ограбления инкассаторской машины (а ведь подобные преступления в последние годы перестали быть "экзотикой" в России), Иванов постепенно переходит к предыстории случившегося. 

Главный герой бывший "афганец" Герман Неволин, к началу повествования (а это ноябрь 2008-го года) всего лишь водитель - лучший водитель - некой коммерческой структуры, которая в начале 90-х сформировалась как объединение военнослужащих, прошедших Афганистан. Люди, которым он себя противопоставил, кстати, тоже "афганцы", все - члены того изначального союза, так называемого "Коминтерна" ("Комитет интернационалистов"). Особо хочется отметить имена. Как всегда у Иванова, имена нестёртые, врезающиеся в память (достаточно вспомнить Служкина в "Географе", Моржова в "Блуде"). Причем не только у главного героя. 

[183x300]Но имена это только поверхностный слой повествования, если можно так сказать. Не следуя строго хронологии событий, автор воссоздает впечатляющую картину того, как создавался союз, основанный на "афганской идее", как вообще эта идея возникла, как объединение "афганцев" постепенно трансформировалось и перерождалось. 

Да, перед нами вновь предстают картины бандитских разборок 90-х, но - как бы под другим, непривычным углом и в ином свете. Но и эпизоды войны в Афганистане предстают неожиданно ярко, зримо, по-ивановски. Хотя сам автор и не был "интернационалистом", кажется, вообще не служил в армии. Возможно, что-то переврано, возможно, сгущено. Но я заметил некие мотивы общие и для других книг Иванова - "Сердца Пармы", "Золота бунта". Война у Иванова не просто война. Это опять прежде всего