Полное название книги, написанной Алексеем Исаевым и Артёмом Драбкиным, "История Великой Отечественной войны 1941 - 1945 гг. в одном томе".

Прежде всего хочется отметить то, что хотя я читал этот электронный том с интересом и без особого напряга, но писать пост по нему мне не особо хотелось. Как блогер-книгочей здорово обленился. Книг прочитано поболе, чем написано постов на эту тему. Например, не смог написать рецку на фантастический роман Юрия Тупицына "В дебрях Даль-Гея" и ещё несколько более компактных повестей его же авторства. Хотя читал всё тоже с интересом, с удовольствием, с благодарностью фантасту (за то, что он этими похождениями героев снимает какую-то тяжесть с души). Да, такой вот нехороший феномен... О причинах догадываюсь, но не хочу говорить.

Итак, всё же "История Великой Отечественной войны".

Показалась куда более лёгкой для чтения, для усвоения, чем, допустим, книга Валерия Замулина о Прохоровской битве (этот труд тоже начал читать, но пока остановился, не дойдя до середины).

А ещё понял, что материал в произведении Исаева - Драбкина практически тот же самый, что и в документальном сериале "Великая война". Оба автора выступали там то ли продюсерами, то ли сценаристами. В фильме, пожалуй, развитие событий показано подробнее и, естественно, нагляднее. Но книга всё равно имеет свои плюсы. По крайней мере, для меня это проявляется однозначно. То, что представлено в форме текста, в форме текста и запоминается. И это легче, например, пересказать кому-нибудь другому. Но я пересказывать объёмистый том не собираюсь, а всех интересующихся отсылаю непосредственно к нему самому. Пусть читают.

Хотя книга, на мой взгляд, не лишена недостатков. Есть некоторая чисто стилистическая небрежность-торопливость. Это когда буквально в соседних абзацах повторяются, даже нет, не просто обороты. Но скорее - одна и та же мысль, сформулированная с незначительным (или вообще несуществующим) отличием. Такое сплошь и рядом случается в устной речи (не все же из нас Цицероны). А в письменном тексте производит впечатление неряшливости.

Ну и с некоторыми выводами-оценками авторов я как-то не спешил соглашаться. Да, представленная им версия событий по ряду пунктов сильно расходится с теми, что бытовали в советское время. Но кое-где они даже пытаются опровергать ту критику, что высказывалась ранее. Например, о дате взятия Киева советскими войсками говорят, что седьмое ноября тут вышло совершенно случайно. И ещё есть несколько подобных же моментов. Думаю, что у очевидцев и участников тех событий могло быть на этот счет гораздо более верное представление.

Довольно широко известна книга Николая Куна "Мифы древней Греции". Лев Успенский сотоварищи оставил свой вариант этих легенд. В каком-то довольно простеньком виде изложил мифы, в том числе и древней Греции, Александр Немировский.

Но эпоха титанов у этих авторов, так понял, не очень отражена. Эту задачу взял на себя Яков Голосовкер. Причем, восстанавливать сказания ему пришлось по крохам. Может быть даже, что его книга - довольно вольная реконструкция преданий, от которых дошло на самом деле очень мало.

В каком-то смысле книга Голосовкера - это ещё как будто и "взгляд с другой стороны". История олимпийских богов, прислуживавших им полубогов и героев, освещена гораздо лучше. Титаны же, гиганты и прочие более древние создания были свергнуты олимпийцами, брошены в Тартар, просто истреблены. И облик их был сильно искажён в последующих сказаниях.

Вот например, кентавры, киклопы (циклопы) известны как существа дикие, неуправляемые. В действительности же изначально они были другими. В их жизни был свой смысл, была своя этика (как, например, титанова правда, упоминаемая в книге не раз). Были созидание и познание. Но победившим их олимпийцам было чуждо и то, и другое. Их волновали лишь куда более простые радости, в том числе азартного созерцания чужой борьбы. Вот и получилось так, что титаны и прочие исполины, если не были прямо низвергнуты Зевсом, Аполлоном и другими так называемыми Кронидами (детьми Крона), то уничтожили друг друга в междоусобных распрях, пали от рук полубогов и героев, типа Геракла и Персея. И память о них сохранилась исключительно негативная. Мол, чудовища это были. Историю творят победители.

А по манере книга Голосовкера - это, конечно, стилизация под "древнее". Под русское древнее, естественно.

Предназначена же она для старшего школьного возраста. Именно в этом возрасте её и надо читать, пока память цепкая, пока интерес к такого рода литературе не убит.

Вот я понял, что знал про титанов мало. Но и сейчас, прочитав книгу, не могу похвастать, что сделался экспертом. Ну, могу теперь сказать, что кентавр Хирон, оказывается, был титаном. А бог Асклепий - бог людей, а не бог богов. И что Аиду был не подвластен тартар. Потому что там правил только Зевс.

Довольно оперативный перевод книги автора, которого можно назвать новым. Но теперь уже известен и в России.

Роман "Исчезнувший мир" позиционируют как "твёрдую НФ". Сравнивают с "культовым" фильмом "Начало" Нолана. Но, если рекламщики забыли, можно также "Интерстеллар" вспомнить того же режиссёра. Поскольку в романе Светерлича вовсю путешествуют через "кротовые норы". И не только далеко-далеко к звёздам, но и в будущее. В вероятное будущее, представляющее собой всего лишь некий вариант возможного. Такую реальность, возникшую лишь по причине прибытия туда людей с "твёрдой земли", называют НеБыТь. Главная героиня романа Шэннон Мосс успевает совершить несколько таких путешествий.

Книга - ещё и жёсткий, весьма кровавый детектив-триллер. И вся хитрая механика сюжета закручена не только туго, но и весьма искусно.

Всё же среди русских читателей есть не только поклонники романа, но и его "отрицатели". И одно из серьёзнейших возражение, что они выставляют, это то, что "твёрдой НФ" "Исчезнувший мир" вряд ли можно считать. С этим, пожалуй, соглашусь. Ведь в центре всего здесь оказывается мифология. Значит, фэнтези? "Тёмное" фэнтези? Не знаю, пусть спецы классифицируют.

Точно также не могу сказать, в духе Лавкрафта или нет. Вижу только некоторое родство с довольно известным фантастическим фильмом "Горизонт событий". И этот факт как бы подтверждает общую грустную тенденцию: даже талантливые произведения крайне редко оказываются совершенно самобытными, непохожими ни на что другое.

Тридцать пять лет назад был поражен романом Кинга "Мёртвая зона". Читал его ещё в номерах "Иностранки". Помимо напряженного сюжета там была какая-то особая атмосфера, авторская доверительная интонация.

В "Исчезнувшем мире" сюжет выстроен куда более затейливо, события разных времён (и разных реальностей) переплетены и увязаны весьма убедительно. Если бы я такую книгу прочитал лет тридцать пять назад, то она бы меня потрясла, может быть, ещё сильнее, чем роман Кинга. Хотя не знаю. "Мёртвая зона" - фантастика в "декорациях реалистического романа". "Исчезнувший мир" - незамаскированная фантастика, хотя и с кинематографическими деталями.

Кстати, помимо одного чисто стилистического косяка - "вспышки сирен" (а какие у сирен могут быть вспышки? вот у мигалок - могут; и это, между прочим, не ошибка переводчика, как только что

Неожиданно появился и отзыв. 

За три дня карантина посмотрели кое-что - например, "Отверженных" (БиБиСи, 2018 год). Жутко наивный, хотя, к счастью, недлинный сериал. Как ни странно, довольно занятный. Удивило присутствие афроактёров в кадре. Нынешняя толерантность творит чудеса! Ведь действие-то происходит во Франции XIX века. Тогда уж почему афро-, а не японцы какие-нибудь, китайцы, корейцы? А то и вообще зелёные человечки.

Кстати, про зелёных людей. Заценил ведь и "Форму воды" Гильермо дель Торо. На самом-то деле - сперва познакомился с другим фильмом, вдохновившим режиссёра на создание своего собственного. Посмотрел "Тварь из Чёрной лагуны" - чёрно-белую ленту 50-х годов. Опять-таки наивную, и на сей раз местами откровенно глупую. Поднаторевший в делах фантастических, дель Торо начал свой рассказ практически с того пункта, на котором закончили его предшественники. Там земноводного гуманоида ещё только пытались поймать в дебрях Амазонки, он между тем вожделел к единственной женщине в экспедиции. А здесь красавчик уже пойман (по сравнению с прежним жабёнышем он и впрямь красавчик!), доставлен в лабораторию, а дальше страсти, само собой, принимают "помордастее" оборот (фигурально говоря), куда более высокого уровня и сорта.

Бредовый и всё-таки красивый фильм. Дель Торо есть дель Торо!

Поль Гимар - французский писатель, не только отмеченный премиями, но и занимавший в своё время важные посты. Но в России он практически неизвестен. Издавали очень мало. Сборник "Повести" был выпущен "Радугой" в 1990 году тиражом 50000 экземпляров. В него входят три коротких романа - по нашей классификации - повести: "Гаврская улица", "Ирония судьбы" и "Радости бытия". В начале 90-х последнее из этих произведений я читал, среднее - вроде бы тоже, но, видимо, был тогда недостаточно серьёзен, чтобы оценить по достоинству. 

В каком-то смысле это действительно романы, по насыщенности, пусть и небольшие по объему. "Гаврская улица" написана в конце 50-х, "Ирония судьбы" - в начале 60-х, "Радости бытия" - в конце того же десятилетия. Тем не менее, как справедливо замечено в предисловии, ощущения архаичности они не вызывают. Даже сейчас, тридцать лет спустя после русской публикации. 

Гимар - тонкий психолог и в то же время философ (насколько прозаик может быть философом). В "Гаврской улице" в поле его зрения три персонажа, три судьбы. До самого финала эти люди связаны лишь топографически, Гаврской улицей. Но той же сутолокой большого города они разделены. Проблемы, которые над ними довлеют, актуальны до сих пор. Может быть, стали только острее. Подумал: а что Гимар мог бы написать про нынешнюю пандемию и связанный с нею психоз? 

В "Иронии судьбы" показан один из эпизодов Второй Мировой и его последствия, причем, в двух вариантах. Если бы пошло так и если бы пошло этак. Эксперимент своего рода. Подумал, уже в 61 году французский писатель мог говорить о прошедшей войне без пафоса, мог рассуждать,мог давать оценки. Увы, у нас же, такое впечатление, что за 75 лет в подходах к тем событиям мало что поменялось. Либо вернулось на круги своя. Рассуждения и оценки не приветствуются - если не хочешь заработать репутацию "литературного власовца"...

А в названии "Радости бытия" - тоже ирония. Потому что речь идёт о последних часах - или даже часе - жизни героя. Он попадает в автокатастрофу. И подводит итог - радостям бытия. Его переживания описаны с жутковатой протокольной детализацией. Но цель писателя вовсе не эпатаж. А стремление показать, что каждый из живущих является "терминальным случаем" (как сказано было одним американцем). Напомнило неожиданно "Семью Тибо" Мартена дю Гара - финал судьбы главного героя. Хотя сам творческий метод радикально иной. Ведь в романе дю Гара потока сознания умирающего Жака как раз не было. Там он просто оказался в положении почти неодушевлённого предмета - тяжелораненого бессловесного пленника армии собственной страны, к тому же подразделения, несущего тяжелые потери от огня противника. . 

Перечитал роман, одно из произведений Золотого века фантастики. В детстве и даже юности обращался к нему не раз. Тогда он назывался "Человек без лица". На мой тринадцатый день рождения бабушка подарила мне два последних тома Библиотеки современной фантастики. В заключительный входили рассказы и повести авторов, представленных в Библиотеке отдельными томами (но не всех, не всех! Чапек и Мерль, имея такие тома, в завершающую антологию не попали!). А в предыдущем, двадцать четвертом томе были опубликованы "Мир смерти" Гаррисона под названием "Неукротимая планета" и "Разрушенный" Бестера как "Человек без лица". (В библиографии Библиотеки, помещенной в конце последнего тома - я потом вызубрил её наизусть! - он значился как "Уничтоженный человек" почему-то)

Занятная вышла штука. От "Планеты" я ожидал чего-то большего (чуть раньше видел фрагменты повести в журнале "Вокруг света", с иллюстрациями), но прочитал все равно с интересом. Более того, сочинение это как-то лучше легло на душу, чем роман Бестера, однако он (этот роман) я счел более захватывающим что ли (ну как такое объяснить?).

Возможно, причина в том, что роман этот как-то выбивался из ряда, во всяком случае для меня тогдашнего. Детектив, в котором большую роль играла телепатия. А ещё, смею сейчас предположить, Бестер, рисуя мир XXIV века, создал образ этакого гедонистического общества. Который я, по наивности, конечно, смело перенес на современную Америку.

Ещё могу сказать, что переводные названия в обоих случаях лучше оригинальных. Причем, "человек без лица" не был взят с потолка. Он присутствует в романе, играет важную роль.

Сейчас, при чтении оригинала, выяснил также, что и тот прикольный стишок, которым главный герой (один из двух) спасается от тотального ментального контроля взявших большую власть телепатов-эсперов, в переводе был гораздо прикольнее, чем у самого Бестера.

Вообще сейчас роман меня как-то уже не ошеломил (видно, в тайне рассчитывал на это). Хотя и обнаружилось попутно, что многое, многое за годы было мной забыто, и предстало как бы вполне свежим.

Только что посмотрели ещё один фильм, в конце года претендовавший на какую-то главную кинонаграду.

Технически снимать научились, конечно. По теме... Напомнило "Бригаду", которую я смотрел с пятого на десятое. Но точно могу сказать, что тот сериал - гламурный, можно сказать, благостный. В "Быке" будни такой же "бригады" показаны совсем без прикрас. Да и праздники тоже.

И не мог не вспомнить "Меня зовут Арлекино", конечно. В 88м та картина казалась жёсткой, предельной. Сейчас подумал: если б тогда посмотреть "Быка", наверно, и жить бы дальше не захотелось.

Этой книгой начал знакомство с творчеством  писателя. Включает в себя его первый роман "Соловьев и Ларионов", повесть "Близкие друзья" и четыре автобиографических рассказа, в том числе и давший название всему сборнику - заключительный. 

С романом я сразу оказался в противофазе.  Изобразительные силы автора, далеко не слабые, сыграли с ним злую шутку. Он так явно насмехался над обоими главными героями, историком Соловьевым и белогвардейским генералом Ларионовым, биографию которого пытался восстановить первый, что их невозможно было воспринимать всерьез, как персонажей, которым можно сопереживать, в чью жизнь можно погружаться. Над читателем автор, кстати, посмеивался не меньше, подсовывая ему под сносками источники с нарочито-глумливыми названиями, якобы из которых черпал сведения Соловьев и его коллеги. И это не добавляло доверия к автору. Язык повествования я поспешил заклеймить как "интеллектуальный канцелярит", тем не менее из какого-то упрямства продолжал чтение. 

Ближе к финалу, в 15 главе, стойкость моя была вознаграждена. Какой-то невидимый переключатель щёлкнул. То ли в моем восприятии текста, то ли в нем самом. Герой возвращается на родину, на станцию "715 километр" и застаёт там полное угасание и запустение. Станция потеряла свой железнодорожный статус, все поезда без исключения минуют её не задерживаясь; добраться можно лишь пешком - от ближайшей автобусной остановки. А из жителей остались лишь две доживающие век старушки. 

Наверно, и впрямь автор перестал хихикать над персонажами… Так окончание романа открылось мне под совсем другим углом. Похоже, автор всё же научился писать, играть в игру, завещанную Набоковым (тот называл её божественной) - и не заигрываться. А повесть и рассказы этот факт подтвердили. 

"Близкие друзья" - это про немцев, двух парней и девушку, связанных невероятно близкими и странными отношениями. Жизнь их началась в  20х годах прошлого века. Война катком прокатилась по судьбам. Героиня и один из героев доживут всё-таки до преклонных лет. Так что это философское произведение - выдержанное в сдержанных тонах, вызывающее щемящую грусть в финале. 

Вторая Мировая в самом разгаре. Грядущее поражение Германии ещё не очевидно, но у некоторых высокопоставленных гитлеровцев уже есть ощущение надвигающейся нехорошей развязки. Что-то идёт не так. 

Как известно, Гитлер и часть его окружения были склонны к мистике. В романе как раз речь идёт о спецоперации такого рода. Группа отборного спецназа под видом мирной археологической экспедиции отправлена в Ливийскую пустыню, чтобы найти некий артефакт, обладающий огромной силой - так называемое Зеркало Иблиса. 

Роман написан динамично, хорошим, плотным языком. Зримо обрисованы характеры героев, конфликты, что возникают между ними. Мрачная мистическая атмосфера умело сгущена; различная жуткая чертовщина, то и дело возникает на пути экспедиции. 

Не обошлось, конечно, и без неточностей. Например, постоянно упоминается звание "бригаденфюрер" (когда должно быть "бригадефюрер"). 

И скомканная, несколько невнятная концовка. Увы, все время удерживать ужасы на одном уровне не удалось...

Так уж вышло, что, специально не планируя, вчера и сегодня посмотрел два фантастических космических фильма, которые - в некоторых деталях - оказались схожими. При временном разрыве в почти половину века! Названия вынес в заголовок этого поста.

Да, это "Мечте навстречу", советский фильм 1963 года, в котором, оказывается, прозвучали три очень популярных и даже заигранных потом песни ("Я - Земля, я своих...", "Яблони на Марсе" и "Караваны ракет"). И американский фильм прошлого года с Бредом Питтом, Т.Л.Джонсом и Д. Сазерлендом. При всей полярности этих картин маршрут путешествия героев до определённой степени совпал! Хотя советская лента - оптимистическая позитивистская сказка, а штатовская "муви" - сказка наоборот мрачная, пессимистическая, экзистенциалистски-безрадостная. С точки зрения науки далеко не всё в ней вполне научно (кое-что даже представляется вовсе ненаучным), и даже с точки зрения просто сюжета не все концы кажутся правильно сведёнными друг с другом, но саспенс рулит, реально гонит мурашки по коже.

Примерно в течение двух недель смотрел "Красные колокола" Бондарчука. Который Сергей Фёдорович. 

Одна из любимых книг детства. Одна из первых попавших в руки "взрослых" книг. Имелась в домашней библиотеке родителей, потому была читана-перечитана. Потом кто-то заиграл, так и пропала. 

На русском языке выпустили всего раз, в 1958 году, между прочим это был Крымиздат. По жанру - шпионский боевик.

Полное название этой небольшой брошюрки, выпущенной издательством "Знание" в 1980 году, "Виток спирали (Зарубежная научная фантастика 60-70-х годов)". Книжицу эту я прочитал то ли на третьем, то ли на четвёртом курсе. Но не позднее. Я неправильно запомнил название. Почему-то в голове отложилось английское выражение "science fiction". Так у них называют фантастику - об этом я узнал как раз из брошюры. И лично для меня это имело довольно далеко идущие последствия. В сентябре 1982 года я увидел на лотке в ленинградском Доме Книги, буквально у самого входа в вестибюль, книгу с таким названием - "Science Fiction. English and American Short Stories", выпущенную "Прогрессом", и с первого взгляда безошибочно понял, что под её обложкой. Книга ждала своего часа целых три года! Вышла-то в 1979 году. В общем, я её купил, уже вечером начал читать, но осилил тогда лишь предисловие на русском языке. Однако решил, что займусь английским. В жизнь сие решение воплотил только двенадцать лет спустя, да! Тем не менее с тех пор чтение на английском не бросаю, такие вот дела.

Ну ладно, это было вступление.

Только что посмотрели фильмец. ПризнаЮсь, я ведь прежде чуть-чуть почитал статью в Вики, самое начало. Думал, это как-то поинтереснее будет.

Сам автор не называет роман фантастическим, тем не менее это очевидная антиутопия. Действие происходит в вымышленной реальности, технологически не опережающей наше время, однако наделенной характерными чертами тоталитаризма. Главной ценностью объявлена стерильность, смысл которой не разъяснен, читатель может строить на этот счет догадки. Собственно, такая недоговоренность становится одной из движущих сил сюжета.

Посмотрели и этот фильм, чем-то там недавно награждённый. На редкость депрессивная история.

Задолго до просмотра слышал много песен о том, что герой как-то очень интересно сумел примерить на себя чужую шкуру жизнь. По крайней мере в экранном исполнении это оказалось не совсем убедительно. И не так уж интересно.

Мажористый мент тоже показался каким-то чересчур уж мажористым и субтильным.

Посмотрели только что (вот так новости могут влиять на наш выбор; вот для этого придуманы фестивали и ежегодные раздачи призов!).