Это цитата сообщения liudmila_leto_-Stella_Polaris Оригинальное сообщение
Сердце материнское (часть четвертая)Вера Панаева, мать четверых офицеров
Сердце материнское.
музыка-Григорий Пономаренко, слова-В. Боков, поёт-Ольга Воронец.
Вера Панаева (18?? - 1923),
мать четверых офицеров, погибших на Первой мировой войне
Статья о братьях Панаевых и их матери в газете "Нива". N19, 1916 год.
Жен вспоминали на привале,
друзей - в бою.
И только мать
не то и вправду забывали,
не то стеснялись вспоминать.
Но было,
что пред смертью самой
видавший не один поход
седой рубака крикнет:
"Мама!"
...И под копыта упадет.
Марк Максимов
Великий автор солдатской поэмы Твардовский прощальные стихи посвятил матери.
А до того?
Прощаемся мы с матерями
Задолго до крайнего срока -
Еще в нашей юности ранней,
Еще у родного порога,
Когда нам платочки, носочки
Уложат их добрые руки,
А мы, опасаясь отсрочки,
К назначенной рвемся разлуке.
Разлука еще безусловней
Для них наступает попозже,
Когда мы о воле сыновней
Спешим известить их по почте.
Платочки, носочки...
Но в самом финале стих сквозь удаль обрывается болью:
А там - за невестками - внуки...
И вдруг назовет телеграмма
Для самой последней разлуки
Ту старую бабушку мамой.
Слезы солдатских матерей взывают к нам из нашей истории.
Это цитата сообщения Нина_Симоненко Оригинальное сообщение
"Орлов, прославивший в Чесме Россию"
"Орлов, прославивший в Чесме Россию"
Автор Н.А.Симоненко
«В турецком городе Чешма (Чесма) установлен громадный
памятник Назир-паше, который командовал турецким флотом
при Хиосе и Чесме в 1770 году и проиграл сражение. Но турки
все равно считают его своим национальным героем.
Россия же, имея ТАКУЮ военно-морскую историю и ТАКИЕ победы,
забывает и своих героев, и героические события прошлого».
***
Мне очень нравится этот человек, граф Алексей Григорьевич Орлов-Чесменский! Что бы ни говорили мои оппоненты о нем, какими черными красками ни рисовали его образ, я точно знаю, что Алексей Григорьевич любил свое Отечество, любил императрицу Екатерину и был предан обоим до конца своих дней. Он вошел в историю не только нашего Отечества, но и в историю Греции, прославив и себя, и наши государства многими славными боевыми победами.
О некоторых из них хочется вспомнить!
В 1768 году началась Русско-турецкая война, Алексей Орлов путешествовал тогда по Италии и предложил императрице немедленно направить российский флот в Средиземное море. Замысел акции был выдержан в орловском духе: поднять на восстание народы Балкан и греческого архипелага и с их помощью разбить турок.
Екатерине II план графа пришелся по душе, и вскоре Орлов возглавил поход в Средиземноморье двух русских эскадр.
Неизвестный художник 18 века. Портрет графа Алексея Григорьевича Орлова
И хотя российские корабли были недостаточно подготовлены и оснащены, выручили мужество моряков и их вера в победу. Мастерство генерала Г.Спиридова и упорство Алексея Орлова тоже сыграли свою роль.
Чесменская битва (1770 г.) - одно из крупнейших сражений эпохи парусного флота (при двойном численном перевесе турецких военно-морских сил) - стала ярчайшей победой русских.
[371x441]
Портрет адмирала Григория Андреевича Спиридова.
Cражение проходило в два этапа: в Хиосском проливе и Чесменской бухте (у западного побережья Турции), с перерывом в несколько дней. В обеих битвах была добыта безоговорочная победа русских. В бою сгорело 15 вражеских линкоров, 6 фрегатов, большое количество мелких судов. Один линкор и пять гребных судов были взяты русскими моряками в плен. Турки потеряли весь флот и 10 тысяч человек, русские - 11 воинов.
Это цитата сообщения Олечка_красотуля Оригинальное сообщение
ФЕЛЬДМАРШАЛ МАННЕРГЕЙМ ИМПЕРАТОРСКАЯ СЕМЬЯ И АННА АЛЕКСАНДРОВНА ТАНЕЕВА (МОНАХИНЯ МАРИЯ)
ХУХТИНИЕМИ ЛЮДМИЛА
[показать]Карл Густав Эмиль Маннергейм (4 июня 1867 – 27 января 1951)
«Фельдмаршал Маннергейм обладал высоким ростом, стройным и мускулистым телом, благородной осанкой, уверенной манерой держаться и четкими чертами лица. Он принадлежал к тому типу как будто специально созданных для выполнения своей миссии великих исторических личностей, которыми так богаты были XVIII и XIX века, но в настоящее время вымершему практически полностью. Он был наделён личными чертами, свойственными всем жившим до него великим историческим персонажам. К тому же он был прекрасным наездником и стрелком, галантным кавалером, интересным собеседником и выдающимся знатоком кулинарного искусства и производил собой в салонах, равно как и на скачках, в клубах и на парадах в одинаковой степени великолепное впечатление».(1)
Прадед Густава Маннергейма, Карл Эрик Маннергейм, был руководителем делегации, принятой Императором Александром I, и способствовал успеху переговоров, закончившихся в результате утверждением конституции и автономного статуса Великого княжества Финляндского. С тех пор все Маннергеймы стали отличаться четкой прорусской ориентацией.
[показать]К.Г. Маннергейм среди братьев и сестер: в центре София, слева Карл,
Аугуст и Йохан, справа Анника и Густав, сидит Ева
«Мне исполнилось 15 лет, когда в 1882 году я поступил в кадетский корпус Финляндии. Я был первым из трех поколений Маннергеймов, кто посвятил себя военной карьере. Моя служба в царской армии России началась со случая, который оказал решающее влияние на мою жизнь. Я имею в виду отчисление из кадетского корпуса в Финляндии и поступление в Николаевское кавалерийское училище в Петербурге».(2)
Николаевское кавалерийское училище он закончил с отличием.
Родившись в семье барона Карла Роберта Маннергейма и графини Хедвиги Шарлотты Хелены фон Юлин, получив образование в одном из элитных подразделений Императорской гвардии, благодаря своим личностным качествам, он скоро приблизился ко Двору, стал близок к кругу Императорской семьи.
В 1891 году он поступает на службу в Кавалергардский полк Ее Императорского Величества, шефом которого была Вдовствующая Императрица Мария Федоровна. Будучи родом из Северных стран, она особенно тепло относилась к Г.Маннергейму, приветствовавшему ее при первом знакомстве по-датски. Дружеские отношения сложились у него и с Великой Княгиней Ольгой Александровной.
[показать]Вдовствующая Императрица Мария Федоровна с кавалергардами
Это цитата сообщения Нина_Симоненко Оригинальное сообщение
Светлейший князь Григорий Григорьевич Орлов. Несколько фактов из жизни фаворита
Светлейший князь Григорий Григорьевич Орлов. Несколько фактов из жизни фаворита
Граф Григорий Григорьевич Орлов
****
О последних годах жизни Григория Орлов сохранилось не слишком много достоверных свидетельств, что, впрочем, и не удивительно — ведь он уже не был фаворитом, так что не до него было современникам.
Есть сведения о том, что он в начале 1775 года после болезни выехал заграницу. Считается, что во время этого путешествия Григорий Орлов посетил Германию, Францию, Англию и, возможно, Италию. Князь мог путешествовать по заграницам в течение двух лет, но в конце того же 1775 года он вернулся в Петербург.
***
Примерно в эти же года Григорий Григорьевич влюбился в свою двоюродную сестру Екатерину Николаевну Зиновьеву (1758-1782), которая была фрейлиной Императрицы и дочерью петербургского коменданта Николая Ивановича Зиновьева (1706-1773), бывшего родным братом матери братьев Орловых, Лукерьи Ивановны. Молодая Катенька была умна, добра, мила и очень красива.
Светлейшая княгиня Екатерина Николаевна Орлова, супруга Григория Орлова
Это цитата сообщения Оксана_Лютова Оригинальное сообщение
ИЗ ИНСТРУКЦИИ ПО ВОСПИТАНИЮ ВНУКОВ, НАПИСАННОЙ ЕКАТЕРИНОЙ II
Никаких перин — только закаливание. Едой не пичкать, за столом кормить ровно столько, сколько требует организм, а в качестве «перекуса» между приёмами пищи — давать только чёрный хлеб. Зато игр — сколько угодно, ведь «детские игры не суть игры, но прилежнейшее упражнение детей». Принципы воспитания Екатерины II были поистине революционны, а читать их интересно и в наши дни.
Портрет Екатерины II. Ф.С. Рокотов, 1763 г
В 1784 г. Екатерина II составила подробную инструкцию по воспитанию своих внуков для князя Николая Ивановича Салтыкова — официального воспитателя Александра и Константина.
Вы, идущие мимо меня
К не моим и сомнительным чарам, —
Если б знали вы, сколько огня,
Сколько жизни, растраченной даром,
И какой героический пыл
На случайную тень и на шорох...
И как сердце мне испепелил
Этот даром истраченный порох.
О, летящие в ночь поезда,
Уносящие сон на вокзале...
Впрочем, знаю я, что и тогда
Не узнали бы вы — если б знали —
Почему мои речи резки
В вечном дыме моей папиросы,—
Сколько темной и грозной тоски
В голове моей светловолосой.
17 мая 1913 года
Марина Цветаева.
Василий Садовников. "Арка Главного штаба"
Опять на площади Дворцовой
Блестит колонна серебром.
На гулкой мостовой торцовой
Морозный иней лег ковром.
Несутся сани за санями,
От лошадей клубится пар,
Под торопливыми шагами
Звенит намерзший тротуар...
Георгий Иванов.
Я памятник себе воздвиг нерукотворный,
К нему не зарастет народная тропа,
Вознесся выше он главою непокорной
Александрийского столпа.
Нет, весь я не умру — душа в заветной лире
Мой прах переживет и тленья убежит —
И славен буду я, доколь в подлунном мире
Жив будет хоть один пиит.
Слух обо мне пройдет по всей Руси великой,
И назовет меня всяк сущий в ней язык,
И гордый внук славян, и финн, и ныне дикой
Тунгус, и друг степей калмык.
И долго буду тем любезен я народу,
Что чувства добрые я лирой пробуждал,
Что в мой жестокий век восславил я Свободу
И милость к падшим призывал.
Веленью божию, о муза, будь послушна,
Обиды не страшась, не требуя венца,
Хвалу и клевету приемли равнодушно
И не оспоривай глупца.
А. С. Пушкин, 1836 год.
Вечная и светлая память!!!
Не сплетутся для девичьих душ венки
Из живых северянинских роз...
Гимназистки, смолянки, бестужевки,
Где ваш мир белых кружев и кос?
Где вы – тонкие, чистые, скромные,
С тихим светом задумчивых глаз?
Только книги да снимки альбомные
Нам оставили память о вас.
Только снова к былому, нездешнему
Вы зовёте из давних веков,
Только в песенке старой по-прежнему
Вы сбиваете снег с каблучков.
Дмитрий Кузнецов.
Когда Невы, окованной гранитом,
Алмазный блеск я вижу в час ночной
И весело по освещенным плитам
Толпа людей мелькает предо мной -
Тогда на ум невольно мне приходит
Минувший век, когда среди болот,
Бывало, здесь чухонец бедный бродит,
Дитя нужды, болезней и забот,
Тот век, когда один туман свинцовый
Здесь одевал леса и небеса
И так была печальна и сурова
Пустынных вод холодная краса.
И с гордостью я вспоминаю тайной
Ум творческий великого царя,
Любуяся на город колоссальный -
Прекрасное создание Петра.
Иван Никитин.
Это цитата сообщения Алллок Оригинальное сообщение
СВЯТОЙ ДЕНЬ!27 января — День полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады
[436x604]СВЯТОЙ ДЕНЬ!!! 27 января — День полного освобождения Ленинграда от фашистской блокады
Семьдесят три года назад, 27 января 1944 года, советские войска полностью освободили Ленинград от фашистской блокады.
Восемьсот семьдесят один день город, взятый в кольцо 8 сентября 1941 года, находился во вражеской осаде. Каждый из этих трагических дней был беспримерным подвигом всех его жителей. Самым тяжелым, самым страшным периодом была первая блокадная зима — зима 1941–1942 годов, унесшая сотни тысяч жизней ленинградцев. Но истерзанный город не сдался врагу. В титаническом напряжении всех сил ленинградцы смогли выдержать тяжкие испытания — пронизывающий холод, постоянные артобстрелы, бомбежки, голод, безмерную усталость, смерть родных и близких. Защищая от гибели свой дом, свою семью, свою Родину они самоотверженно противостояли врагу. Благодаря им город-фронт жил, работал, спасал детей, наводил порядок.
Песню «Ведь мы же с тобой ленинградцы» исполняет наш любимый народный артист РФ Герман Орлов, ушедший в декабре 2013 года.
Ты помнишь, ты помнишь, товарищ
Пусть память о том тяжела
Как вьюга сквозь отсвет пожарищ
По улицам мертвым мела
Мы насмерть умели сражаться
Мы горе испили до дна
Ведь мы же с тобой ленинградцы
Мы знаем, что значит война.
Ты помнишь: руины дымятся
И чей-то оборванный крик...
Но каждый здесь был ленинградцем-
Ребенок, солдат и старик.
Бессмертно блокадное братство,
Свершившее долг свой сполна...
Ведь мы же с тобой ленинградцы-
Мы знаем, что значит война.
Мы помним с тобою сквозь годы
В разрывах сплошных горизонт
И как из промерзших заводов
Шли грозные танки на фронт.
Душе не давая сгибаться,
Мы верили, с нами страна
Ведь мы же с тобой ленинградцы
Мы знаем, что значит война.
Мы знали отчаянье и смелость
В блокадных ночах без огня, А
главное- очень хотелось
Дожить до победного дня,
Нам с этим вовек не расстаться
В нас подвигу память верна...
Ведь мы же с тобой ленинградцы
Мы знаем, что значит война.
[700x466]
[700x494]
[700x606]
[700x472]
[700x466]
Я вспоминаю детства моего страницы,
Когда закружит в поле снегопад.
Блокадный город начинает сниться,
Любимый город - город Ленинград.
Вот наша школа в шрамах от бомбежки:
Фанера в окнах, лампы фитилёк.
Мороз безжалостный гуляет за окошком.
Но светит в классе добрый огонёк.
Учитель за столом, и бледный, и усталый,
Читает Пушкина в продрогшей тишине.
И кажется: вокруг теплее стало
И все на миг забыли о войне.
О том, что бомбы рвутся где-то рядом,
Что люди падают от голода в сугроб,
Что смерть по улицам гуляет Ленинграда
И кто-то тащит на салазках гроб.
Учитель говорит о том, что сердцу свято:
О родине, о мире, о добре,
О том, как любят Родину солдаты,
И город защитят в любой войне...
Наш город выстоял. И слово о Победе
Из репродуктора однажды донеслось.
От счастья плакали и взрослые, и дети-
Без слез в тот славный день не обошлось.
И загремел салют над Ленинградом-
Победы вестник на родной земле.
Но навсегда запомним мы Блокаду
И тех, кто выстоять помог родной стране.
ЛЮБОВЬ ФЕДУНОВА.
Это цитата сообщения -Juliana- Оригинальное сообщение
Любовь к Питеру в акварелях Ольги Литвиненко
 Ночные шёпоты и крики, и блики жёлтых фонарей Санкт-Петербург - город, однажды посетив который, остается в сердце навсегда. Пусть это звучит пафосно, но так оно и есть. Не с проста он до сих пор привлекает живописцев, поэтов и других творческих людей своей архитектурой, историей, особой чарующей силой, исходящей из его атмосферы. Именно поэтому несравненные образы Петербурга часто появляются на холстах известных художников. Сегодня мы познакомимся с творчеством художницы Ольги Литвиненко. Каждый художник воспринимает Петербург по-своему и это удивительно. У Ольги есть любовь к блистательному Питеру, которая сполна проявляется в её картинах...  [231x39] |
Ангелы небесные пусть хранят ваш дом.
Пусть любовь взаимная будет вечно в нем.
Сердце наполняется светом и теплом!
Поздравляю с праздником –
Светлым Рождеством!
[700x452]
Будь в этот год ― бедам помеха,
А на добро ― попутный ветр;
Будь меньше слез, а боле смеха;
Будь всё на ясном баромЕтр!..
Будь счастье в скорби сердобольно;
Будь скорбь в смирении горда;
Будь торжество не своевольно,
А слабость совестью тверда.
Будь, как у нас бывало древле,
На православной стороне:
Друг и шампанское дешевле,
А совесть, ум и рожь ― в цене.
Будь искренность не горьким блюдом;
В храм счастья ― чистое крыльцо,
Рубли и мысли ― не под спудом,
А сор и вздор ― не налицо...
Будь наши истины не сказки,
Стихи не проза, свет не тьма,
И не тенЕта ближних ласки,
И чувства не игра ума.
Назло безграмотных нахалов
И всех, кто только им сродни,
Дай Бог нам более журналов:
Плодят читателей они.
Где есть поветрие на чтенье,
В чести там грамота, перо;
Где грамота — там просвещенье;
Где просвещенье — там добро….
Пусть всё худое в вечность канет
С последним вздохом декабря,
И всё прекрасное проглянет
С улыбкой первой января.
Петр Вяземский " Друзьям ".
Декабрь 1827 г.
Новый год пусть приласкает,
Счастье в жизни принесет.
Пусть надежда согревает,
А судьба пусть бережет!
[700x461]
Однажды снилось мне, что площадь русской сцены
Была полна людей. Гудели голоса,
Огнями пышными горели окна, стены,
И с треском падали ненужные леса.
И из-за тех лесов, в сиянии великом,
Явилась женщина. С высокого чела
Улыбка светлая на зрителей сошла,
И площадь дрогнула одним могучим криком.
Волненье усмирив движением руки,
Промолвила она, склонив к театру взоры:
"Учитесь у меня, российские актеры,
Я роль свою сыграла мастерски.
Принцессою кочующей и бедной,
Как многие, явилася я к вам,
И так же жизнь моя могла пройти бесследно,
Но было иначе угодно небесам!
На шаткие тогда ступени трона
Ступила я бестрепетной ногой -
И заблистала старая корона
Над новою, вам чуждой, головой.
Зато как высоко взлетел орел двуглавый!
Как низко перед ним склонились племена!
Какой немеркнущею славой
Покрылись ваши знамена!
С дворянства моего оковы были сняты,
Без пыток загремел святой глагол суда,
В столицу Грозного сзывались депутаты,
Из недр степей вставали города...
Я женщина была - и много я любила...
Но совесть шепчет мне, что для любви своей
Ни разу я отчизны не забыла
И счастьем подданных не жертвовала ей.
Когда Тавриды князь, наскучив пылом страсти,
Надменно отошел от сердца моего,
Не пошатнула я его могучей власти,
Гигантских замыслов его.
Мой пышный двор блистал на удивленье свету
В стране безлюдья и снегов;
Но не был он похож на стертую монету,
На скопище бесцветное льстецов.
От смелых чудаков не отвращая взоров,
Умела я ценить, что мудро иль остро:
Зато в дворец мой шли скитальцы, как Дидро,
И чудаки такие, как Суворов;
Зато и я могла свободно говорить
В эпоху диких войн и казней хладнокровных,
Что лучше десять оправдать виновных,
Чем одного невинного казнить,-
И не было то слово буквой праздной!
Однажды пасквиль мне решилися подать:
В нем я была - как женщина, как мать -
Поругана со злобой безобразной...
Заныла грудь моя от гнева и тоски;
Уж мне мерещились допросы, приговоры...
Учитесь у меня, российские актеры!
Я роль свою сыграла мастерски:
Я пасквиль тот взяла - и написала с краю:
Оставить автора, стыдом его казня,-
Что здесь - как женщины - касается меня,
Я - как Царица - презираю!
Да, управлять подчас бывало нелегко!
Но всюду - дома ли, в Варшаве, в Византии -
Я помнила лишь выгоды России -
И знамя то держала высоко.
Хоть не у вас я свет увидела впервые,-
Вам громко за меня твердят мои дела:
Я больше русская была,
Чем многие цари, по крови вам родные!
Но время шло, печальные следы
Вокруг себя невольно оставляя...
Качалася на мне корона золотая,
И ржавели в руках державные бразды...
Когда случится вам, питомцы Мельпомены,
Творенье гения со славой разыграть
И вами созданные сцены
Заставят зрителя смеяться иль рыдать,
Тогда - скажите, ради Бога!-
Ужель вам не простят правдивые сердца
Неловкость выхода, неровности конца
И даже скуку эпилога?"
Тут гул по площади пошел со всех сторон,
Гремели небеса, людскому хору вторя;
И был сначала я, как будто ревом моря,
Народным воплем оглушен.
Потом все голоса слилися воедино,
И ясно слышал я из говора того:
"Живи, живи, Екатерина,
В бессмертной памяти народа твоего!"
1871год.
Алексей Апухтин.
Блестела слезинка на детской щеке,
Дрожали густые ресницы,
Когда подъезжала принцесса Фике
К заснеженной русской границе.
Но купол небесный был дивно высок,
Залитый густой синевою,
И лошади весело мчали возок
Навстречу лихому конвою.
Вот юный поручик сдержал рысака
Всего за полшага у дверцы,
Взлетела салютом полоска клинка,
И радостно дрогнуло сердце.
Ещё не забылся отцовский наказ,
Но, мудрые помыслы руша,
Незримое пламя восторженных глаз
Зажгло её детскую душу.
И белые сосны, и лед на реке,
И дали в бескрайности вязкой –
Всё это на миг показалось Фике
Какой–то волнующей сказкой.
Не знала принцесса, что эта страна
С душой её кровно сроднится,
Что время настанет, и будет она –
Великая Императрица.
Не знала Фике, что отныне и впредь
Даёт ей жестокое право
По–царски любить и по–царски смотреть
Укрытая снегом держава.
И всё же раскатом неведомых слов
Приблизилось к ней роковое,
И мощные крылья Двуглавых орлов
Взметнулись над сотней конвоя.
Дмитрий Кузнецов.
Весело сияет
Месяц над селом.
Белый снег сверкает
Синим огоньком.
Месяца лучами
Божий храм облит.
Крест под облаками,
Как свеча, горит.
Пусто, одиноко
Сонное село.
Вьюгами глубоко
Избы занесло.
Тишина немая
В улицах пустых,
И не слышно лая
Псов сторожевых...
автор И.С. Никитин
Картина В. Максимова " Бабушкины сказки ".
В зимний вечер по задворкам
Разухабистой гурьбой
По сугробам, по пригоркам
Мы идем, бредем домой.
Опостылеют салазки,
И садимся в два рядка
Слушать бабушкины сказки
Про Ивана-дурака.
И сидим мы, еле дышим.
Время к полночи идет.
Притворимся, что не слышим,
Если мама спать зовет.
Сказки все. Пора в постели…
Но а как теперь уж спать?
И опять мы загалдели,
Начинаем приставать.
Скажет бабушка несмело:
«Что ж сидеть-то до зари?»
Ну, а нам какое дело, —
Говори да говори.
1914-1915 гг.
Сергей Есенин.