Память любит хранить ненужных.
Всё, что прожито, отсекай.
Он давно стал кому-то мужем,
Твой когда-то любимый Кай.
Снежной, Южной ли королеве
Или горничной… И ему
До тебя — ровно шаг — налево,
Но тебе это ни к чему.
Память любит хранить ненужных,
Возвращаться на год, на пять…
Научись понимать: нет хуже
Возвращений любимых вспять.
Даже если «ВЕЧНОСТЬ» растает,
Недостроенная с другой,
Значит, кубиков не хватает,
Матерьялец недорогой.
Память любит хранить ненужных,
С кем случалось нам «хорошо».
Ты доела бы старый ужин,
Если годности срок прошёл
Так давно, что пройдоха-плесень
Поросла не травой — дубьём?
В этом прелесть неспетых песен —
Довыдумывать вас вдвоём.
В этом прелесть неспетых песен:
Не сорвались ни в фальшь, не в визг.
Вы расстались, ваш мир стал тесен,
Значит, это был самый низ.
Нежность вымерзла, стало скучно,
И причина была веска.
Отпускай из души ненужных…
Всё, что прожито, отпускай.
На смену бабочкам приходит пустота.
Она прекрасна, непривычна, многогранна.
И твоё сердце заработало исправно.
Ты начинаешь утро с чистого листа.
Или холста.
Кого ты видишь в незапомнившихся снах?
О ком ты думаешь, уставившись в пространство?
Имеешь что ввиду под словом «постоянство»?
И в чьих ты тонешь мелодичных именах,
в каких делах?
В упоминаниях о ком меняешь тон?
Чьи фотографии листаешь в интернете
и в чьем нуждаешься заботливом совете?
Что для тебя теперь единственный закон?
Где твой перрон?
Где твой причал? Где твой родной аэропорт?
И чьи духи напоминают тебе лето?
Кто в тёмном царстве для тебя теперь луч света?
Кто знает твой любимый чая сорт?
Любимый торт?
На сколько баллов по метрической шкале
ты оценил бы свою жизнь без патологий?
Ты в одиночестве своём не одинокий.
Семь миллиардов одиночеств на Земле.
Ты в их числе.
С разноцветными шарами улетело наше детство,
Там, где мы с тобой играли, больше нечего ловить,
На асфальте рисовали фиолетовое сердце,
Мы тогда еще не знали, как же тяжело-любить.
Мы тогда еще не знали про предательство и ревность,
И друг другу улыбались как веселые щенки,
С разноцветными шарами улетело наше детство,
-На, лови воспоминанья, чтоб не сдохнуть от тоски…
У женщин, не выше метра шестидесяти двух,
у маленьких женщин с кукольными ладонями
почти не бывает повода быть недовольными,
по крайней мере — высказывать это вслух.
Им трудно взглянуть на что-нибудь свысока,
поэтому им приходится быть серьёзными,
почти не надеясь стать когда-нибудь взрослыми,
тем более в этом кого-нибудь упрекать.
От маленьких женщин не ждут большого ума,
они привыкают всегда танцевать на цыпочках,
себе выбирая мальчиков безошибочно
из тех, кто умеет ласково обнимать.
Они, запрокинув голову, смотрят вверх,
и, может быть, видят больше неба поэтому,
и могут быть совсем не плохими поэтами,
а если не пишут, то слушают лучше всех.
Не так уж много моего на этом свете:
Похожие на одного мужчину дети,
Две сотни с хвостиком стихов в компе по циклам,
И список из семи грехов — я к ним привыкла.
В колечке — мамин хризопрас. Характер скверный
И долгий взгляд зеленых глаз — в нее, наверно.
Привычка допивать до дна людей и вина.
Вид из открытого окна в моей гостиной.
Рисунки линии судьбы на двух ладонях.
Мечты, надежды и мольбы — я все не вспомню.
Подруга близкая одна. Одна дорога.
И тысяча ночей без сна — не так уж много.
Сначала он был лед,
Она — огонь.
Она его почти не задевала
Но в ней был терпкий дикий мед
Которого ему так не хватало.
Он пил ее как хищник пьет ручей:
Лакал, глотал и щурился довольно
Не говорил красивых он речей
И вел себя он с ней предельно вольно.
Он брал ее как шхуну — флибустьер
И убеждал ее почти-что силой
В ее глазах качался интерьер,
Она была растерянно-красивой
Он наконец взорвался как вулкан
И разрядил всю страсть одним разрядом
И вдруг почувствовал: захлопнулся капкан
И дикий мед стал изощренным ядом.
Теперь он будет жаждать вновь и вновь
И тщетно уповать на постоянство
Мучительная, странная любовь
Теперь заполнит все его пространство.
Она… поставит тоненький каблук
На мощную поверженную тушу
И скажет: «Ты мой самый лучший… друг»
И заберет в трофеи его душу…
Если кошка вырастает в волка,
Не всегда в генетике причина,
Может, просто всё кошачье скомкал
И убил нелюбящий мужчина.
…
Серебрится лунная дорожка,
Освещая каменный карниз,
А с него по-волчьи воет кошка
Про свою поломанную жизнь.
Изгибая спину с диким рыком,
Истончает когти о гранит
И в своём обличии двуликом
С болью сквозь мяуканье скулит.
А под утро, с первым серым светом,
Побежит трусцой в ближайший лес
Та волчица, чьим большим секретом
Станет кошка, умершая без…
…
Если кошка вырастает в волка,
Не всегда в генетике причина,
Может, просто всё кошачье скомкал
И убил нелюбящий мужчина.
Так бывает: был человек,
И нет.
И следа не осталось, и запах — стерт.
Если хочешь плавать на глубине,
Будь готов, что ты навсегда одинок.
Тебе скажут, конечно, что это —
Ложь.
И коснутся лба, и отправят в храм.
Ты представь себе, что, когда ты умрешь,
Солнце будет так же светить по утрам.
Не спасет монитор, ни еда,
ни секс.
Не расскажут книги, как спрятать боль.
Ну, давай. Не бойся. Взгляни, как есть:
Каждым утром Бездна
встает с тобой.
Copyright: Кот Нетрезвый, 2013 Свидетельство о публикации №113042500130
Концерт. На знаменитую артистку,
Что шла со сцены в славе и цветах,
Смотрела робко девушка-хористка
С безмолвным восхищением в глазах.
Актриса ей казалась неземною
С ее походкой, голосом, лицом.
Не человеком — высшим божеством,
На землю к людям, посланным судьбою.
Шло божество вдоль узких коридоров,
Меж тихих костюмеров и гримеров,
И шлейф оваций гулкий, как прибой,
Незримо волочило за собой.
И девушка вздохнула: — В самом деле,
Какое счастье так блистать и петь.
Прожить вот так хотя бы две недели,
И, кажется, не жаль и умереть.
А божество в тот вешний поздний вечер
В большой квартире с бронзой и коврами
Сидело у трюмо, сутуля плечи
И глядя вдаль усталыми глазами.
Отшпилив, косу в ящик положила,
Сняла румянец ватой не спеша,
Помаду стерла, серьги отцепила
И грустно улыбнулась: — Хороша…
Куда девались искорки во взоре,
Поблекший рот и ниточки седин…
И это все, как строчки в приговоре,
Подчеркнуто бороздками морщин…
Да, ей даны восторги, крики бис,
Цветы, статьи Любимая артистка,
Но вспомнилась вдруг девушка-хористка,
Что встретилась ей в сумраке кулис.
Вся тоненькая, стройная такая,
Две ямки на пылающих щеках,
Два пламени в восторженных глазах
И, как весенний ветер, молодая…
Наивная, о, как она смотрела.
Завидуя… Уж это ли секрет.
В свои семнадцать или двадцать лет
Не зная даже, чем сама владела.
Ведь ей дано по лестнице сейчас
Сбежать стрелою в сарафане ярком,
Увидеть свет таких же юных глаз
И вместе мчаться по дорожкам парка…
Ведь ей дано открыть миллион чудес,
В бассейн метнуться бронзовой ракетой,
Дано краснеть от первого букета,
Читать стихи с любимым до рассвета,
Смеясь, бежать под ливнем через лес…
Она к окну устало подошла,
Прислушалась к журчанию капели.
За то, чтоб так прожить хоть две недели,
Она бы все, не дрогнув, отдала.
Заболел муж моей подруги, скрутило мужика так, что я, увидев его скрюченного в кресле с искаженным лицом от боли, даже пожалела его, хотя характер у него еще тот, морально так «достать» может — в общем, не завидую я женщине... И тут моя подружка сообщила мне новость, что есть у нее рецепт, прекрасно от остеохондроза излечивающий, да еще и соли изгоняющий из суставов. Вот ее лечение, которое помогло ее мужу снова человеком себя почувствовать — не в одночасье, но постепенно он начал в норму приходить!
Сосудистые звездочки – одна из самых распространённых проблем современных женщин. Это расширение подкожных сосудов. В основном они появляются на ногах и лице. Реже на спине, шее, руках. Причины появления сосудистых звездочек могут быть как внутренними, так и внешними.
Они могут появляться из-за генетической предрасположенности; из-за гормонального сбоя. В результате гормонального сбоя расслабляются стенки сосудов. Внутренними факторами могут стать нарушенная свертываемость крови и нарушение венозного оттока.
Ускорить появление могут внешние воздействия на кожу – обморожения, чрезмерное увлечение солярием, баней, хирургическое вмешательство, глубокий пилинг кожи, употребление гормональных препаратов, чрезмерное употребление алкоголя и никотина.
— Здрасьте-здрасьте, проходите на кухню. Я сейчас. Только ногти досушу…
— Ногти? Какие ногти? — опешила психолог.
Она работает в хосписе. В детском хосписе. Она работает со взрослыми, у которых умирают дети. Это не работа, а наказание. Постоянный контакт со смертельным отчаянием.
Ее клиенты не красят ногти. Не одевают яркое. Не смеются. Не улыбаются. Не празднуют праздники. Не ходят в кино.
Они носят черные платки. Смотрят в одну точку. Отвечают невпопад. Подолгу не открывают дверь.
Они живут в ожидании черного дня и делают черным каждый день ожидания.
Психолог нужен для того, чтобы прогнать из головы таких родителей мысли о смерти. О своей смерти. Потому что когда уйдет ребенок, зачем жить?
Психолог должен объяснить зачем. Помочь придумать новое «зачем». И поселить это новое «зачем» в голову мам и пап, давно и привычно живущих на грани отчаяния.
— Какие ногти? — переспросила психолог. — Вы мама Анечки? Вы Снежанна?
— Я мама, мама. Вот эти ногти, — засмеялась Снеж. Показала красивый маникюр с блестящими, как леденцы пальчиками.
Снеж 30 лет. 2 года назад ее четырехлетней дочке поставили диагноз. Онкология. 4 стадия.
Дорогой мой Ты!
Именно Ты, даже если вдруг мы и незнакомы. Или даже если в жизни мы с тобой всегда на «Вы». Я хочу кое-что тебе сказать.
Знаешь, я не люблю весну. Потому что она у меня ассоциируется со смертью. Каждую весну я со страхом жду, что кто-то снова умрёт. А как только расслаблюсь, кто-то опять умирает. Так вот, Дружище: я устала. Хоронить, отпускать и свыкаться с мыслью, что кого-то опять не стало. А этот процесс — перемещение аватарки из папки «Жив», спрятанной где-то в глубинах моего мозга, в папку «Мёртв» — это, знаешь ли, долгое дело. Поэтому я обращаюсь именно к Тебе: я хочу, чтобы ты жил. Не склоняясь ни перед чем. «Жизнь бывает ужасно несправедлива», сказала бы я, если бы не была уверена в обратном: жизни на нас пофиг. У неё своих проблем хватает. Там траву посадить, тут птенчиков из скорлупы вынуть, а потом ещё рейдами по родильным домам, по собачьим будкам и кошачьи корзинкам. Даже по хомячьим клеткам. А по кроличьим, так вообще каждый день и не по разу. Когда тут влезать на трон и судейством-то заниматься? Не маленький, сам у себя в жюри посидит. Так что, Друг, ты сам себе судья. Порой самый что ни есть жестокий. И я хочу, чтобы ты дал себе жить. Даже когда кажется, что жизнь рухнула, что нет больше ничего впереди — живи. Когда нечего терять, нужно воплощать в жизнь то, что никто у тебя отнять не сможет. Ты можешь свалить автостопом ото всех подальше, бросить всё, уйти со своего пепелища. Прихватить ласковую дворнягу с улицы, которой не страшно голодать вместе с тобой, если тебе вдруг нечего есть. Уйти нахрен с бродячим цирком. Отправиться на всё лето на Байкал. Жить. Продолжать. Если ты на краю — беги. Беги через всю страну по дорогам, как Форрест Гамп, или по одной — беговой в спортивном зале. Просто двигайся на месте, или по кругу стадиона. Переживи и перебеги это время, а потом продолжай свою жизнь с чистого листа. Только продолжай жить.
Сделай доброе дело: помоги бабульке сумку до дома донести, попросись с пацанами в школьном дворе в футбол погонять, съезди в приют и поиграй с дворняжками. Сходи к психологу. Психиатру. Начни пить таблетки или ходить на групповую терапию. Ляг в стационар. Дай себе жить. Цепляйся за каждую возможность жить. Зайди в «ЧатВдвоём» и выскажиcь абсолютно незнакомому человеку. Проводи того, кто идёт без зонта под дождём. И заботься о себе, пожалуйста. Следи за тем, чтобы не промочить ноги. Давай себе поспать. Не пропускай завтрак. Уходи иногда из социальных сетей — они давят.
Будь жив и здоров. Хотя бы потому, что этого страстно хочу я.
Любовь не проходит — она остается,
Как прежде, такой же большой.
Любовь не проходит, когда расстается
Душа с самой близкой душей.
Она замирает в лукавой улыбке
И ждет, чтобы снова прийти.
Любовь не проходит, когда по ошибке
Расходятся чьи-то пути.
Когда умирая в холодной разлуке,
Мы чуда по прежнему ждем;
Когда отпуская любимые руки,
Друг другу на встречу идем…
Спешим в никуда — и бежим ниоткуда,
Но даже сквозь дни и года
Любовь не проходит — любовь не простуда,
Чтоб просто пройти без следа.
Быть женщиной — что это значит?
Какою тайною владеть?
Вот женщина. Но ты незрячий.
Тебе ее не разглядеть.
Вот женщина. Но ты незрячий.
Ни в чем не виноват, незряч!
А женщина себя назначит,
как хворому лекарство — врач.
И если женщина приходит,
себе единственно верна,
она приходит — как проходит
чума, блокада и война.
И если женщина приходит
и о себе заводит речь,
она, как провод, ток проводит,
чтоб над тобою свет зажечь.
И если женщина приходит,
чтоб оторвать тебя от дел,
она тебя к тебе приводит.
О, как ты этого хотел!
Но если женщина уходит,
побито голову неся,
то все равно с собой уводит
бесповоротно все и вся.
И ты, тот, истинный, тот, лучший,
ты тоже — там, в том далеке,
зажат, как бесполезный ключик,
в ее печальном кулачке.
Она в улыбку слезы спрячет,
переиначит правду в ложь…
Как счастлив ты, что ты незрячий
и что потери не поймешь.
В последнее время слишком часто слышу вот это вот «Мужчина ведет себя с женщиной так, как она ему это позволяет».
Вы что — серьезно верите в это?
Бросьте, выбросьте, забудьте.
Это придумали мужчины, которым так — удобно.
Удобно повести себя по-скотски или уйти по-английски, или страдать, как Пьеро, или завоевать все звезды мира, как Гэтсби, или гадко мстить, или не замечать и насмехаться, как мистер Рочестер.
А женщина тут совершенно ни при чем.
Хоть и верит, что только ее поведение способно заставить мужчину вести себя с ней определенным образом.
Приятно ей думать, что есть у нее над ним такая власть.
А потом, при неудачном исходе, закутывается в комплексы: «это я все испортила, потому что сама позволила ему пинать меня ногами!»
Ах, бросьте еще раз.
Сколько раз я ни секунды не позволяла — а он делал.
Сколько раз я, напротив, очень даже позволяла (взять меня, съесть меня, бросить меня, отречься от меня, возненавидеть, сделать женой, любить или разлюбить) — а он все равно делал по-своему.
В любой ситуации с женщиной мужчина ведет себя так, как ему позволяет его воспитание и интеллектуальный уровень развития.
А не женщина.
Прошлое ушло навсегда. Это факт, и тут ничего не поделать. Однако можно изменить наши мысли о прошлом. Как, однако, глупо наказывать самих себя в настоящий момент только за то, что кто-то обидел вас давным-давно.