Не любить тебя сложно, но я учусь. Не кричу, не буйствую, не скорблю. День идет за днём, вот еще чуть-чуть, и тебя я полностью разлюблю. Я кривой и пьяный, но я живой, трогаю гитары нагретый гриф, и своей взлохмаченной головой осторожно дёргаю — вдруг слетит. Не ''люблю'', а матерное словцо, раз, и понимаешь — тебе конец. За грехи библейских каких отцов, ты опять приходишь ко мне во сне? Микроскоп достану, шагну вперед, ведь в тебе изъянов — не сосчитать. (Но какого черта твой жаркий рот мне так сильно хочется целовать?). Нет-нет-нет, не сдамся, я лёд, я сталь. Я звезда в созвездии Орион. Там тебе меня точно не достать, как Луне не тронуть древесных крон. Под ногами небо, над головой — колосится рожь и поют сверчки. Я кривой и пьяный, но я живой, и шаги по звёздам мои легки.
Я спою с котами полночный блюз, наколдую дым и пойду к реке. А наутро, я тебя разлюблю, только имя прутиком на песке, только желтый камешек из серьги, поцелуи в щеку и звездный дождь, — я себе оставлю, еще шаги, и твои ладони — оставь, не трожь.
Я включу паяца, начну шутить, ведь по мне не скажешь, что я тебя… Рану нужно выжечь и посолить, пусть болит сильней — тем сильнее я. Вверх, по небосводу, покуда ночь, и пока погода еще тепла. Пусть мурашками пробегает дрожь, а под курткой будто горит напалм. Я, как чёрт, заливисто хохочу, и играю с ангелами в слова.

Не любить тебя сложно, но я учусь.
Пусть пока по предмету выходит ''два''.

Джио Россо

Пусть горько потерять кого-то, братцы,
Иль жить в разлуке долгие года,
Порой страшнее — разочароваться
В том, в ком ты так уверен был всегда.

Как много разных слов — таких, к примеру:
«Прости его!», «Он просто жил, как мог!»
…
И ты простишь. Ты скажешь: «сдали нервы…»
Но кто из вас, друзья, ответит первый:

Как дальше быть, когда утратил веру
В того, кто был тебе почти как бог?!

Юлия Вихарева

«Пока я снимала шубу, он похотливо ощупал меня взглядом и подобострастно прошептал: «Проходите, проходите…»
— Гордик, твоя девушка уже пришла? — раздался с кухни дребезжащий старческий голос.
— Пришла! — громко крикнул он в кухню, а мне тихо, словно оправдываясь, торопливо пояснил. — У меня мама дома…
— Мама? — я слегка озадачилась: про маму мы не договаривались.
Гордей превратно понял мою реакцию, и поспешил интимно добавить:
— Она скоро уйдет. По делам. Надолго.
Мы прошли в старомодную, плохо прибранную гостиную. Убирается тут явно старенькая мама. Гордей, наверное, только пылесосит. По воскресеньям.
У Гордея есть московская прописка. Рост метр восемьдесят. И шрам над правым глазом. Шрамы украшают мужчину, поэтому шрам запишем в плюс (хотя это не брутальный шрам, полученный в бою или в драке. Наоборот — Гордей, подскользнувшись в гололед, рассек себе бровь о ступеньку подъезда. Ни грамма подвига — сплошная нелепость).
Итак, что мы имеем? Высокий москвич Гордей со шрамом. Ну, вполне достаточно, чтобы женщины кокетливыми мотыльками вились вокруг его фитиля.
Но они — не вьются. Вот не вьются — и всё. А Гордику уже 43.Читать далее...

Мне бы научиться пить тебя по глоточку
И не весь цветок рвать, а вырывать лепесточки,
Не глотать всю жизнь - смаковать да по кусочку
И в конце любой знак ставить, только не точку.

Надышаться впрок бы, да пропитаться волей,
Чтобы не задыхаться по ночам от боли,
По прижаться нежно, чтобы пальцы ныли,
Чтоб тепло твое не сдали, не остыли.

Мне бы научиться с жизнью тобой делиться,
Да при исполнении не кануть, не удавиться,
Не слоняться брошенным нелюдимым зверем,
Не читать молитвы у закрытой двери.

Мне бы научиться пить тебя по глоточку,
Выживать в пустыне дней, что в одиночку,
Книгу твоей жизни, все ее листочки
По слогам зачитывать до последней строчки.

Научиться б, Господи, не пьянеть от мысли,
Упиваться мигом, наслаждаться высью
И разлукой вечной не уничтожаться,
Не делиться в ноль, а перемножаться.

Мне б к тебе прижаться этой парой строчек,
Сделав осторожно тот маленький глоточек
И не сгинуть в горе от того, что мало,
Губы закусив, ждать тебя сначала

Светлана Голубева


http://mp3-pesnja.com/song/%D1%81%D0%B2%D0%B5%D1%8...%D0%B8%D1%82%D1%8C%D1%81%D1%8F

Любимый мой Автор .



Я уехала за тридевять земель -
Там, где скалы не отбрасывают тень,
Где три озера целуются в веках,
И вонзаются иголки в облака.

Я уехала, оставила страдать
Сердце ангела, болеть и трепетать,
Заходиться в спазмы страха и любви,
Километры пересчитывать на дни.

Я уехала за тридевять земель
Уложить тоску в природы колыбель,
Убаюкать, обезболить, ублажить,
Перемучиться и, бог даст, пережить.

Мне, как птице, все хотелось в вышину,
Как бездомному бродяге в тишину,
Не терпелось оторваться от корней,
Чтобы боль понять, которой нет больней.

Я уехала за тридевять земель,
Чтоб уйти в отрыв, пустить по чувству хмель,
Чтоб доверить небу нежность и печаль,
Чтобы выдохнуть «Люблю» в немую даль.

Я уехала туда, где мир дождем
Умывается, где тишиной рожден
Дух горы, сознанью вопреки,
Мне отпустит все мои грехи.

Я уехала, оставила мой свет
Замирать дыханием тех бед,
Что таила темная вода,
Что безумием пройдет через года.

Я уехала взойти на небеса,
Чтоб услышать тех всевышних голоса,
Говорящих мне, что волей тех небес
Без тебя нет жизни там, нет жизни здесь.

Светлана Голубева


Послушать в исполнении Автора можно здесь

http://zaycev.net/pages/1911/191114.shtml?autoplay=1

Паршивая за окнами погода,
Наверное, уйти мне помешала.
И ты такой, что каяться охота,
В грехах, которых я не совершала.

И ты такой, что я уже согласна
Пожизненно довольствоваться малым.
А мне с тобой настолько безопасно,
Что век бы провести под одеялом!

За окнами, срывая лист последний,
К концу подходит этот день промозглый
Ты любишь, как несовершеннолетний,
Хотя, конечно, совершенновзрослый.

Дышать тобою и не надышаться,
И счастье находить в минимализме.
Ты смотришь так, что хочется остаться,
Как минимум, до следующей жизни

Златенция Золотова

Где-то на самом краю Ойкумены,
дальше предательства, дальше измены,
он мне звонит, наплевав на тариф,
и говорит, говорит, говорит –
что-то пугающе важное, то есть
он говорит: «Я приеду, готовься!»
Кормит словами меня, словно хлебом, –
глупую чайку, упавшую с неба.

Ника Невыразимова

Это цитата сообщения Belenaya Оригинальное сообщение

Путин всех переиграл! Юлия Витязева

[600x]

Трамп на троне в Вашингтоне. Порошенко забухал. И Европа будто в коме — Путин всех переиграл! Клинтон смотрит удивлённо — Ведь никто не ожидал! Но по факту — всё законно, Путин всех переиграл! Меркель куксится в Берлине — Was ist das?! Какой скандал! Всё изменится отныне — Путин всех переиграл! Олланд ночь не спал. В Париже. Чемоданы паковал.

Судный день его всё ближе — Путин всех переиграл! На кастрюль и глянуть страшно! К ним пришёл армагеддец. Столько сил — и всё напрасно! Ай да Путин молодец! Словно новый залп с Авроры Всех конкретно отрезвил. Но теперь по новой споры Как же всех он обхитрил?! Отовсюду охи-вздохи: стыд, ганьба, конфуз, провал. Спать уже идите, лохи! Путин всех переиграл!

Источник

Сегодня утром не стало Кати Бушмариновой, которую многие из вас знают как Нику Невыразимову.
Яркая, сильная, любящая — она обладала особым талантом: её стихи запоминались с первого раза, потому что были не только насыщены настоящим чувством, но и образами, близкими и понятными практически каждому.
А мужество, с которым она боролась с болезнью, заслуживает того, чтобы просто склонить голову перед этой удивительной женщиной. мы так надеялись, что она справится! что одолеет все и вся.
Тем страшнее был этот удар для всех, кто её знал.

Её стихи останутся с нами.
«Нет, весь я не умру — душа в заветной лире
мой прах переживет и тленья избежит.»
Значит и ты, Катя, останешься с нами. душой.стихами.

Ника Невыразимова
Чашка

.
На донышке чашки кофейной —
уверенность в завтрашнем дне,
немного свободы трофейной,
добытой на вечной войне
с заботами, страхами, ленью,
с желанием сдаться и лечь…
И с тем, что, как реки, мелеем
и сохнем от долгих невстреч.

На донышке чашки кофейной —
улыбка и лёгкий кураж,
там водятся добрые феи
и песню кричит Бумбараш…
И я подпою Бумбарашу
про сабли, штыки и «дождись»,
допью эту чёртову чашку,
и сразу наладится жизнь.

Если все дается таким трудом, — сделай сразу меня одной из седых гусынь, промотай меня и состарь.
Чтобы у меня был надменный рот, и огромный дом, и красивый сын, и безмолвная девочка-секретарь.
Чтобы деньги, и я покинула свой Содом, и живу где лазурь и синь, покупаю на рынке яблоки и янтарь.

Слушай, правда, ни беззаботности детской нет, ни какой-нибудь сверхъестественной красоты — вряд ли будет, о чем жалеть.
Я устала как черт, — а так еще сорок лет, потребителем и разносчиком суеты, ездить, договариваться, болеть;
Тело, отключенное от соблазнов, и темный плед, и с балкона горы, и Ты, — и Ты можешь это устроить ведь?

Да, я помню, что отпуска не разрешены, что Ты испытатель, я полигон, каждому по вере его, не по Степени износа; ну вот и рвемся, оглушены, через трубы медные, воды темные и огонь; а билет на экспресс, слабо?
Я проснусь на конечной, от неожиданной тишины, и безропотно освобожу вагон,
Когда поезд пойдет в депо.

Вера Полозкова

Откажет ли гордость мне, как тормоза?
Не знаю, да, нет, наверно…
Когда люди врут, они смотрят в глаза,
Как ты мне сейчас, примерно.

И я бы поверить во все это — «за».
Так проще, так, правда, проще.
Когда люди врут, они смотрят в глаза
И трогают их на ощупь.

И слушают мысли твои, как свои.
Подай себя на ладони!
Предай самого себя, раздвои,
Запутайся в полутоне.

Сказал, как отрезал, легко сказал.
Послушай, потом отмеришь.
Когда люди врут, они смотрят в глаза,
Чтоб видеть, как ты им веришь.

Златенция Золотова

Ты другую люби, не такую как я —
Из меня не получится скромница,
Я сама себе грешница, Бог и судья,
Я сама себе муж и любовница.
Я другого люблю, не такого как ты!
Не кричи мне, мальчишка, признание —
Он не пишет стихов, он не дарит цветы
И с подругой идет на свидание.
Раздражающий звон по карнизу водой
Иль бессоница мучает голову?..
Я не брошу его. Я не буду с тобой —
Ты хороший.
Влюбляйся по-новому.

Ир Моррисон

было время надежды и время расплаты
облаков под ногами и слова «не надо»
было время безбожья и время разлуки
было время молчать. время жить. время скуки.

были куклы — друзьями. друзья — номерами
в постоянно висящей занудной программе
было что-то такое, о чем не расскажешь
даже шепотом. тихо. и на ухо даже

а потом — расползлось, разбежалось, распалось
словно четки, рассыпалось и не осталось
даже ниточки тонкой на память, ни строчки
только точки над i… только вечные точки

я хожу по карнизам. дышу облаками
я почти уже — там… но пока еще с вами
мне пока еще больно. смешно. интересно.
и в коробочке комнаты грустно и тесно

мне сейчас уже ясно — мы встретимся позже
ты останешься тем же, но станешь дороже
ты останешься прежним, таким же, как раньше —
темным, светлым, смешным, сумасшедшим, звенящим

ты останешься лучшим… и дело не в этом —
просто ты — это небо. и ты — это лето
просто время любить. время быть. время света…
я пока еще здесь… ну же, вспомни об этом…

Не надо слов о смерти роковых,
Не надо и улыбочек кривых,
И пошлостей, как пятаки потёртых.
Мы — тоненькая плёночка живых
Над тёмным неизбывным морем мёртвых.

Хоть я и обособленно живу, —
Я всё же демократ по существу,
И сознаю: я — только единица,
А мёртвых — большинство, и к большинству
Необходимо присоединиться.

Иван Елагин

Лариса Миллер


.... Бери, бери, пока дают.
Рассуй всё это по карманам:
рассвет с рассеянным туманом
и дома будничный уют.

Не привередничай, бери..
Не выбирай, бери всё скопом:
листву, скользящую по тропам..
и сентябри, и октябри.

Бери, коль дарят не скупясь......
Когда сойдёшь с земного круга,
то в пору вечного досуга
рассмотришь всё, не торопясь.

И лёгок снег подобно снам,
И он летает по касательной.
А мы всё ждём, что бросят нам
Такой желанный круг спасательный,
А мы который год подряд
Отодвигаем неизбежное,
Цепляясь то за чей-то взгляд,
То за привета слово нежное,
И всё равно идём ко дну,
И всё равно кольцо смыкается.
Не оставляй меня одну,
Когда зима, когда смеркается.

Лариса Миллер

"Скажи, а ты меня сегодня любишь?"
– спросила громко девушка в маршрутке,
и пуговицу пальцем теребила,
на кожаной своей, осенней куртке.
Ей кто-то там ответил в телефоне,
она тихонько стала хохотать:
"Вчера – это вчера, ты что не понял?
А мне сегодня это нужно знать!"
Напротив тихо женщина вздохнула,
уж год как бросил муж... и ждать нет сил.
Слезу с щеки тихонечко смахнула:
"Эх, если бы и он вот так спросил."
А рядом с ней мальчишка лет пяти
ладошку папы очень сильно сжал:
"Пап, ну..а ты меня сегодня любишь?"
Отец..вдруг улыбнувшись, приобнял.
"Конечно любит! – бабушка сказала,
смотри..как смотрит..ты ж его награда,
ты счастье его в каждом новом дне,
и даже сомневаться в том не надо."
Улыбка у мальчишки стала шире –
и он спросил:"а кто-то любит Вас?"
"Не знаю, я живу в пустой квартире,
одна наверно встречу смертный час.
Есть дети, внуки, правнуки... так вышло,
что им уже давно не до меня.
(в маршрутке тишина на миг повисла)
Но, нужно жить... другого не виня!
Мне главное, чтоб жили они в счастье,
здоровы были и чтоб все в порядке.
И чтоб хоть раз в три месяца звонили,
я жду их, покупаю шоколадки.
Молится буду каждый день, за каждого!
Для них всегда горит мой свет в окне.
Ведь это важно..это очень важно,
когда есть тот, кто любит в каждом дне."
"А вот меня и незачто любить!
– сказал мужчина, – я тупой баран!
Не смог я счастье вовремя ценить,
и в том,что я один... виновен сам."
"Ты не баран, – вдруг кто-то прокричал,
– бараны не сумеют позвонить.
Ты... раз хоть ее номер набирал?
Сказал?... что любишь?... попросил простить?"
Мужчина лишь вздохнул, махнув рукой,
и номер прям по памяти набрал:
– Скажи, а ты меня сегодня любишь?
– Люблю... еще сильнее, чтоб ты знал!
Его глаза наполнились слезами:
"Нельзя мужчине плакать... некрасиво.
Но... если бы вы только понимали!
Как рад ее я слышать!.. всем спасибо!"
"Скажи, а ты меня сегодня любишь?"
– набрал вслух смс-ку парень в куртке.
Ответ он всей маршрутке прочитал:
"Люблю..24 часа в сутки!"
– А ты, сынок?! Ты, хоть чуток-то любишь?
(старик спросил мужчину у окошка.)
– Люблю бать, я к тебе пять суток ехал!
Чтоб рядышком побыть с тобой немножко!

Напомните же близким и родным,
что мыслями и сердцем рядом будете.
Согрейте их признанием простым,
что и сегодня вы их очень любите!

Cherry

Есть женщины с глубокими глазами,
Ты знаешь — утонуть в харибдской мгле
И песни им слагать, и бредить снами
О караванах, трипольской луне,
Зелёном сумраке, шатрах и бедуинах,
Кострах, в чьих искрах — рубайатский слог.
Такие женщины в да винчевских картинах
Извечный свой безмолвный диалог
Ведут между собой, и лишь украдкой
Взглянув на проходящего тебя,
Русалочьей, мангустовою хваткой
Зацепят сердце, руша и губя
Привычный мир вокруг. Пройдут цунами.
«Хочу» и «требую» сливаются в одно.
Есть женщины с глубокими глазами.
Ни для кого.

Анна Юннис

приглашаю тебя на осень

Приглашаю тебя на осень, как на черный и грустный танец, как на чай, когда время восемь, когда поздно что-либо править, когда дождь атакует стекла, когда небо висит вуалью... Приглашаю тебя на осень. Не целую. Не обнимаю.
Когда выключат свет, и ветер, в водосточной трубе играя, будет петь о зиме и смерти, ты скажи, что так не бывает. Ты скажи, что любовь сильнее всех простуд и холодных пальцев... и мы сядем у батареи, не способные вслух признаться, что у каждого боль сквозь ребра, что от счастья остались крохи. Дай зажить. Помолчи. Не трогай. Посидим, поглотаем вдохи.
И уткнувшись в плечо твоё, взвою, и словами закутаю раны. Мне приснится солёное море и цветущие в небе каштаны. Ты погладишь тихонько волосы, и мне станет чуть-чуть теплее.
Приглашаю тебя на осень.
Не целую. Не жду. Не верю.

_____________________________________________________________________________

© Copyright: Хрустальная Марго,

В зимний вечер, в снег и слякоть
Страж мой верный, ангел мой,
Посылает мне троллейбус,
Самый тёплый и сухой.

Ночью тёмной и огромной
С полки сбрасывает мне
Книжку давнюю, родную,
О неведомой стране.

В липкий, душный полдень летний
Он, погоду не кляня,
На скамейке у фонтана
Держит место для меня.

И в толпе, хоть раз в декаду,
Страж мой милый, ангел мой,
Для меня организует
Восхищённый взгляд мужской.

Так чего же мне бояться?
И на что же мне роптать —
Что не можно с ним обняться?
Шкурку сжечь? Врасплох застать?

Марина Бородицкая