TALLI TONKS

С огурцами нынче получилось у мамули, как я и заказывала - урожай только для «внутреннего потребления».
Но мамочкину натуру такой мелочью не успокоишь…. Теперь ей понадобился урожай всех окрестных лесов (грибы там, ягоды разные..), ну - запасливая она у меня!
А возраст в этом вопросе против нее работает: тяжело ногам ходить, а рукам таскать. Ну и нашла я выход из положения.
Остановить-то мамочку все равно никак нельзя! Присмотрела на рынке трехколесный велосипед.
А вот смеетесь напрасно!
Очень полезная для деревни вещь, между прочим!
Нос у лисапеда – как у всех остальных собратьев, а вот – поппель - такая хорошая вместительная тележка между двух больших колес. И ведь что интересно – оглядывались на это чудо отечественной техники все встречные, но вот с покупкой как-то не торопились. Невзирая на это обстоятельство, я-таки купила агрегат.
Дальше все было исключительно интересно. На лисапед уселся мой братик - 100 кг весом и ростом 190 и поехали мы к родственникам демонстрировать приобретение. Братик отчаянно сквозь зубы матерился, да и было отчего – руль вихлялся как бедра гулящей женщины, его все время сносило вправо. У родственников почему-то оказалась тьма народу – и все безумно обрадовались возможности обновить агрегат. Однако, у всех с управлением случилась та же история, что и у братика. Народ зачесал в затылках: и хороша вещь, и дефект налицо! «Похвастав», в задумчивости отбыли мы к Мамуле, как-то она примет это чудо техники?
Мамми была счастлива!!! Оказывается она давно мечтала о таком велосипеде, услышала от соседей, что появился один такой в деревне и ездит на нем тетка ее лет.
А лисапед-то действительно оказался экспериментальный. Выпустили их в 3-5 экземплярах для \"изучения спроса\".
Что делать - думаю? Как-то надо матушку на него усадить теперь, чтобы без фокусов!
Решила опробовать сама, чтобы понять в чем же причина такого «неправильного поведения» лисапеда.
А надо сказать, что велосипед и я –понятия не совместимые, я просто никогда не каталась ни на двухколесном , ни на трехколесном.
И тут случилось чудо!
Лисапед признал меня с первых поворотов колес, я развила приличную скорость, в тележку запрыгнула дочка Манька – и ни фига! Едет прямо и четко. После смены седоков (Манька и племянница) – агрегат опять закапризничал.
Маман же величаво сказала – пока не обкатаете, я на Вашего черта не сяду…
Вот обкатываем уже два дня. Причем – я – с неизменным успехом, а все остальные пыхтят как Сизифы и выпытывают у меня секрет вождения. Я делаю гордое таинственное лицо и помалкиваю….
А чего говорить-то? Не знаю я, чего он ко мне как собачонок привязался, лисапед этот… ТТ 08
[300x207]

TALLI TONKS


- Фанни, Фанни… Девочка моя, не уезжай…
Плач бабушки разбудил девушку и она, мигом соскочив с высокой старинной кровати, помчалась к ней.
- Бабуля, что ты? Что тебе приснилось? – девушка заботливо потеребила бабушку, отнимая ее у страшного сна.
Вытирая слезы, бабушка открыла глаза.
Но облегчения от того, что все страхи остались во сне, она не испытала.
- Вот что я тебе скажу, Фанни: ты не должна уезжать с ним, тебя там ждет горе и лишения.
- Да с кем, бабушка? И уезжать я никуда не собираюсь. Ты же знаешь, у меня совсем другие планы – учеба в университете, рисование…
Ну, ты уже успокоилась?
Тогда я побежала на этюды!
Девушка чмокнула бабушку в лоб, быстро одела удобные брючки, теплую кофточку, бросила в сумочку пару бутербродов и термос. Небольшой мольберт закрепила на багажнике велосипеда и, отправилась на побережье. Вчера Фанни присмотрела чудесное место, откуда открывался великолепный рассветный вид. Нужно было ловить часы.
Местами тропинка вилась прямо над обрывом. С одной стороны - была отвесная скала, а с другой – обрыв, уходящий отвесно в море. И вот в одном таком особо узком месте медальон с часами, висевшими на шее, девушки внезапно заскользил по груди и упал на самый край тропинки. Остановиться Фанни не могла и решила проехать до места, где тропинка расширилась настолько, чтобы можно было поставить велосипед и пройтись обратно до места потери. Подбегая к месту, где должны были лежать часики, Фанни обнаружила беспечно бредущего незнакомца. Мужчина наслаждался легким утренним ветерком, видимо, он очутился на тропинке, спустившись по боковой лесенке, идущей от соседней виллы. Увидев девушку, незнакомец встал как вкопанный, краем прогулочных туфель нечаянно задев часики, которые немедленно скатились вниз. Только сейчас он заметил направление ее взгляда и, вместе с Фанни наблюдал как, сверкая на солнце, часики медленно вращались в воздухе.
- Кажется, я виноват… - Мужчина смущенно посмотрел на Фанни. – готов возместить и искупить.
Фанни огорченно вздохнула.
- Ну что тут поделаешь… жаль, конечно, ведь это бабушкин подарок, я их очень любила.
Мужчина представился и попросил позволения сопровождать ее на прогулке.
Оказалось, что он приехал навестить друзей и будет гостить в здешних местах еще неделю.
Всю эту неделю Фанни с новым другом встречались на морском берегу, разговаривая обо всем на свете. Казалось, что они знакомы уже целую вечность. Утро начиналось с предвкушения новой встречи, вечером жизнь тускнела с каждым расставанием.
Когда наступил день, предшествовавший его отъезду, и Фанни с ужасом подумала, что не сможет больше без этих встреч. Все казалось таким незначительным по сравнению с возможностью быть рядом с этим человеком.
Возвратившись с прогулки домой, девушка упала без сил в огромное плетеное кресло на террасе, обращенной к морю, и долго в раздумьях смотрела вдаль.
- Ты не спишь? – бабушка подошла, ласково протянув теплый шерстяной плед. – А где же твои часики? Я давно их не виду на тебе…
- Я забыла сказать, бабушка. Они упали в море. Это получилось случайно. Мне так жаль!
Девушка внезапно расплакалась. Ей было жаль бабушку, жаль себя, а самое главное – было ужасно жаль, что больше никогда-никогда она не увидит своего нового друга.
Бабушка молча покачала головой, принимая неизбежное:
- Значит это все-таки произошло… Твое время здесь закончено. Тебя ждет твоя новая жизнь. Не спорь со мной, я знаю, что ты больше не можешь оставаться со мной.
Что ж… иди навстречу своей судьбе.
Ни слезинки не проронив, бабушка молча перекрестила Фанни и прижала к груди.
Но вот настойчиво зазвонил телефон и девушка поспешила в комнату.
Изящный аппарат тревожно подпрыгивал на маленьком круглом столике у входной двери.
- Фанни, мне нужно срочно с тобой встретиться. Я жду тебя на том месте, где мы встретились в первый раз. Приходи, очень тебя прошу.
Это был ее друг.
Фанни подхватила свой верный велосипед и молнией помчалась по узкой тропинке, махнув бабуле, что, мол, ненадолго.
Мужчина уже ждал ее на условленном месте. Весь вид его говорил о глубокой сосредоточенности и какой-то отчаянной решимости.
- Фанни, послушай меня… а потом решай, что ответить. Я знаю, мы знакомы всего неделю, ты ничего не знаешь обо мне и не узнаешь никогда, если я уеду прямо сейчас. Я должен ехать. Я никогда не вернусь во Францию, так вышло. Но знаю, что если уеду, то оставлю здесь часть себя.
Ты потеряешь все, что имеешь сейчас, а я ничего не смогу тебе дать.
И все-таки спрошу тебя. Захочешь ли ты поехать со мной?
Мужчина, прикусив губу, смотрел то на девушку, то вдаль, на птиц, кружившихся над обрывом. Решив, что Фанни не знает, как вежливо отказать ему, он в ярости ударил по скале кулаком и круто развернулся…
- Постой…
На мощные плечи мужчины легко скользнули обнимая, руки девушки.
- Разве можно быть таким нетерпеливым?
Словно огромный валун упал с души мужчины:
- Так ты согласна? А бабушка?
- Бабушка уже знает… - шепнула она в ответ.
Девушка с радостью приняла Читать далее...

TALLI TONKS

Строго говоря, бабу Феню называть бабой язык не поворачивался.
Несмотря на годы (уже за 70 повернуло) - она всегда держала спину прямо, не позволяя годам согнуть ее. Всегда улыбалась, глядя на собеседника ясными синими глазами. Беды, выпавшие на ее долю, казалось не оставили на круглом румяном лице никакого следа. Жарко ли, холодно ли, сытно ли, голодно ли – она бежала на работу в сельскую библиотеку. И казалась бы, ну какая корысть селянину от книг? Но каждый старался забежать на огонек к ней, перемолвиться словом, узнать новости, взять почитать что-то новенькое. Привез ее за собой в поселок невесть когда загадочный человек. Имени его никто не знал, жили они на отшибе, а общался приезжий только с председателем, да с людьми в погонах, изредка появлявшимися в их краях. Жили затворниками и не потому видать, что им так хотелось, а похоже что «так надо было». Лет семь прожили тихо-мирно, а на восьмой год простыл человек этот, да и умер скоропостижно. Селяне гадать тогда стали: уедет ли жена его или здесь останется? По всему выходило, что ехать ей некуда было или нельзя, вот и осталась она. Пошла в сельсовет работу просить.
А какая работа? В лесу ничего не добудет – не знает она лес, фершалка есть в селе, продавщица – тоже. А она взяла, да и придумала сделать библиотеку для селян. И ведь помогли ей – пришла с района машина доверху груженая книгами разными, отдали пустующую избу под это дело. Девчонки соседские, из любопытства повисшие на заборе, мигом притащили тряпки и ведра, помогли отдраить брошенное жилье. И закипела жизнь совсем иная в поселке.
Теперь бабы, проходя по улице, старались, с оглядкой на приезжую, подтянуть живот и выпрямить спинку. Конечно, это удавалось им с трудом, но вид придавало все-таки более достойный. Словом, принял поселок чужую. Вот с именем только пришлось «повозиться».
Приезжая оказалась иностранкой какой-то. По-русски говорила хорошо, но как-то чудно. Вскоре Фанни стала просто Феней. А все-таки замечали люди: как бы ни была открыта Феня, а приблизиться к ней нельзя было. Словно забор какой стоял между ней и другими людьми, такой непростой забор, а как из боли сделанный.
Шли годы, а Феня так и вела одна свое немудреное хозяйство, да библиотеку. Поселок менялся, люди приезжали и уезжали, но главной гордостью его оставалась библиотека с тетей Феней. Она стала словно бы душой поселка – незаметной, но такой необходимой!
Детей у тети Фени не было, жила очень скромно, но дешевенькие платьица, купленные в сельпо, перешивала всегда так, что выглядела дамой из модных журналов. Режим ее был устроен раз и навсегда, ничего необычного не происходило. Жизнь текла быстро и размеренно, и это ее вполне устраивало, ведь еще несколько лет и она встретится «там» со своим любимым. Что может быть лучше?
Вот уже и бабой начали называть некоторые ребятишки. Назовут и замирают – вроде бы и не знают правильно или нет сказали.
Однако, своенравная судьба тем временем решила внести некоторые коррективы в жизнь библиотекарши.
Однажды вечером, с крылечка донеслось жалобное хныканье. Встревоженная Феня вышла посмотреть на источник звуков. На крылечке лежал псеныш размером с ее ладонь, глаза псеныша были еще затянуты младенческой пленочкой, видно было, что совсем недавно народился.
- И откуда ты взялся такой? И что мне с тобою делать? – приговаривала в растерянности женщина, осторожно поглаживая пальцем чуть курчавящуюся шкурку.
Псеныш хныкал, тыкался мордочкой в ее ладошку и, наконец, уцепился за мизинчик и стал посасывать его, начмокивая.
- Да ты голодный, дружок. - догадалась женщина и понесла его кормиться.
Пару недель выпаивала она своего питомца из пипетки, таскала на работу за пазухой, а там вкладывала его в коробочку, выстланную старой шалью. Вскоре малыш уже заглядывал за край коробки, встав на тоненькие дрожащие лапки, затем карабкался, смешно задирая толстую попку с хвостом-коралькой, чтобы исследовать новые просторы.
И Феня вдруг почувствовала себя мамой, самой настоящей мамой.
Ей хотелось рассказывать соседям об успехах своего лопоухого чуда, о его проделках.
Да, собственно, селяне и радовались их дружбе от души. Заходя на огонек, они старались теперь принести гостинчик для малыша – кто сосиску, кто игрушку, кто косточку. Женщина с радостью принимала их подарки, понимая что гости стараются так выразить свое доброе отношение к ним.
Она называла своего малыша Булькой, как-то путано объясняя это тем, что прежде имя Буль для нее много значило.
Булька подрастал, подошло время знакомиться с собачьей частью населения поселка.
Феня очень беспокоилась, как пройдет это знакомство. Уж очень мелким и уязвимым выглядел Булька перед кореныстыми суровыми лайками, которых с детства приучали к охоте, схватке с лесным зверем. Для них ничего не стоило одним движением клыков навсегда затушить искру жизни в лохматом малыше. Однако, делать было нечего: всю жизнь за пазухой он не просидит и Феня решилась познакомить его с собаками сама.
Пошла на дальний конец села к Михалычу, Читать далее...

TALLI TONKS

[600x401]

- Плюх!
Капелька с козырька над дверью смачно шлепнулась прямо на кнопочку носа Бульки.
Булька горестно смотрел на снежное месиво, ступить на которое было выше его сил. Вот уже три дня Булька добирался до своего двора к бабе Фене. Уснув вечером у приятеля на другом конце деревни после прогулки по зимней дороге, Булька проснулся в сущем кошмаре: куда ни ступи - везде противная снежная каша накрывала собакина с головой. Предпринимая героические усилия, крохотный песик продвигался вперед: от одного сухого места к другому, пока не добрался до крыльца сельпо.

[600x450]

Добрые продавщицы подкормили Бульку кусочками подсохшей колбасы, налили мисочку наваристого супа, и песик немного собрался с духом. До бабы Фени было еще целых четыре дома.
«Может кто-нибудь донесет?» - тоскливо мечтал Булька, пробуя лапой ледяную воду.
Когда на крыльцо тяжело вступил насупленный сосед Вовка Петров, песик радостно метнулся к нему, но Вовка, быстро купив буханку ароматного белого хлеба, не глядя по сторонам, зашагал домой. Булька пытался крикнуть Вовке, что без него пропадет, но тут заметил, как из кармана парнишки выпала бумажка. Когда у бабы Фени заканчивались такие бумажки, она начинала горевать и причитать. Булька подхватил бумажку в зубы и смело ринулся за Вовкой. Холодная вода мигом промочила песика по самые уши, но он уже ничего не замечал.
« …И зачем только меня назвали …Буль…тьфу…» - песик с головой ушел в лужу, отфыркался, убедился, что не потерял цель из виду, снова уцепил зубами бумажку и погнался за Петровым. – «Надо будет сказать бабе Фене, чтоб как-нибудь по-другому меня назвала, ну пусть хоть Сушкой… Сушкой-Веснушкой… Гав, Вовка, гав!»



[450x600]

В доме у Ирки был телевизор. Вместо первого черно-белого, родители купили цветной, с роскошным изображением. Чего только там не показывали. Но больше всего Ирке нравился балет - невиданные тонконогие женщины кружились под волшебную музыку, завораживая своей невесомостью. Приходя со школы Ирка включала проигрыватель, ставила вальсы Штрауса и кружилась-кружилась часами, и было это какое-то совершенно особое состояние. А потом вдруг в школе повесили объявление, что в клубе производится набор девочек ее возраста в балетную школу. Это было чудом. В молодом нефтяном городе танцевальных-то ансамблей толком не было, а тут - балет!
Учительницы обсуждали новость и предположили, что какая-то балеринка приехала сюда за мужем на стройку. Как бы то ни было, Ирка твердо решила попросить маму отвести ее в эту саму школу балета.
Она бы и сама дошла, конечно, но в объявлении было четко сказано, что приходить надо с родителями.
До прихода родителей она привычно перемыла посуду, сделала уборку в квартире, сделала уроки и была уверена, что переговоры пройдут в рабочем режиме.
Но все пошло совсем не так. Мама пришла с работы хмурая, ни о каком балете даже слушать не захотела и, в конце концов, просто накричала на несчастную девчонку. Самое обидное, что не было никаких аргументов, кроме того, что "Никаких балетов!". Непонятное всегда обиднее всего.
Запрет есть запрет, но Ирка все равно продолжала кружиться под вальсы Штрауса дома, а потом балет почему-то быстро забылся и, кажется, даже исчез из города. Может быть не прижилась та залетная балеринка на суровом севере, не знаю. У Ирки вдруг объявился голос и это стало новым увлечением.
А мама, когда Ирка повзрослела и попыталась допытаться о причинах того запрета искренне недоумевала:
- Да я не могла тебе запретить. Мне ведь нравится балет.
Вот такая загадка судьбы случилась. Не иначе как боженька решил, таким образом закрыть Ирке путь к чуждому предназначению. ТТ 09

Однажды в детстве ( 4 года) я впечатлилась профессией медсестры.
И устроили мы с приятелем игру в больницу.
Что нужно для больницы, кто знает?
Правильна, кабинет!
Тут как раз обнаружился во дворе свободный курятник, съехали хохлы соседи из нашего барака, курей забили, а жилплощадь осталась. Мы там все и оборудовали с Серым.
А что еще надо профессиональным медикам?
Шприц, ясен перец! Ну, и вата там всякая.
Аптечку родители на разорение не дали, но нам ведь ничто помешать не может!!!
Шприц был живенько сооружен из щепки, а роль ваты благолучно сыграла стекловата, стыренная на соседской стройке.
Почему-то никто из соседских детей не захотел к нам в пациенты, поэтому мы практиковались друг на друге.
Буквально на следующий день наш кабинет был грубо закрыт родителями, разломавшими его на дрова.
Ибо!
Им совсем не понравилось вынимать из наших румяных поп ошметки стекловаты.
Вот так вот убили мою первую мечту. ТТ 09

TALLI TONKS

Если бы я была достаточно взрослой, я бы наверное, была более прагматичной и не наделала столько ошибок и несуразностей в своей жизни, сколько я наблюдаю их сейчас. Наблюдаю с легкой грустью, но никак не с сожалением.
И я даже совсем не скорблю по поводу их наличия. Казалось бы, взрослые женщины должны исполнять определенный ритуал, я бы даже сказала алгоритм, заложенный природой: ну там - рождение детей, их постановку на ноги, выдачу замуж и нянченье детей (это в случае, если вы "домашняя женщина"), либо зарабатывание денег с целью последующего обеспечения будущего себя и своих детей (ежели вы "амазонка" по сути). Я же ни то, ни другое, я просто наблюдатель в теле женщины, скользящий по жизни, по мере возможности вмешивающийся в ситуации, раскрывающиееся перед ним с целью "творить добро" в меру своего понимания этого действа.
Собственно почему я вначале заговорила именно о взрослости - именно в детстве - лет в восемь, я поняла, что взрослые уходят от "правильного миропонимания" по мере взросления, они теряют умение чувствовать, "видеть", захлебываются в ненужных эмоциях, словом превращаются в абсолютно бестолковых существ и при этом важно надувают щеки, самоутверждаясь в качестве "главных властителей" жизни детей.
Именно так и рассуждала Ирка-Растрепка ( героиня моих рассказов, см. метки вверху), сидя на куче песка во дворе. Именно тогда она попросила "неведомо кого где-то в небе", чтобы это ее сегодняшнее понимание мира не исчезло по мере взросления и этот "неведомо кто где-то в небе", как ни странно, откликнулся.
Так отстраненно спокойно: НАДО - ПОЛУЧИ. От этого странного подарка Ирка действительно стала несколько "не от мира сего", больше интересовалась книгами, чем девчачьими сплетнями, совершала поступки, характерные скорее для взрослых, чем для детей, ну, например: уговорила однажды маму уехать на курорт , хотя отец был в длительной командировке, и дети, то есть Ирка и брат, младше ее на 7 лет должны были остаться совершенно одни на целый месяц. Было Ирке тогда 12 лет. Мама уехала в санаторий в самом начале лета. И быт ребят потихоньку наладился и без родителей. Утром Вовку в садик уводила сердобольная соседка, которой все равно было "по дороге". Огромный белоснежный пес Мушкет, проживавший в сарайчике, метрах в пятидесяти от дома, с голоду не помирал - Ирка исправна таскала ему кастрюльки с едой. Сарайчики примыкали к большому общественному огороду, принадлежавшему жителям их дома. Ирка с грустью смотрела на то как соседки дружн высаживали редиску, лучок и картошечку, в то время как их полоска земли была девственно чиста, а это значило, что любимой ею окрошки нынче не будет, даже при условии, что торговцы с Кавказа все-таки сумеют привезти огурцы в их городок. И тогда словно некое озарение пришло в ее маленькую взъерошенную головку - "А ведь я и сама могу все посадить! Я помню как это делала мама и знаю где найти семена!". Эта мысль взывала к немедленному действию и Растрепка помчалась в дом за семенами и ключами от сарая, где хранились всякие огородные приспособления. Мушкет озадаченно, слегка склонив набок лобастую башку, наблюдал за ее суетой. Сажать семена оказалось совсем несложно - нужно было вскопать грядки, полить их, выровнять грабельками землю и сделать аккуратненькие ровные рядочки, а в них уже потом через равные промежутки сажать семена.
Вот грядочка с редиской. Ух как страшно сажать! Неужели эти черные точечки станут упругими хвостатыми редисками? Соседки, посудачив, решили проверить что делает на огороде девчонка, умевшая, по их мнению,только драться с мальчишками да лазать по заборам. С удивлением обнаружили, что все делается по науке, дали пару советов и разошлись по своим делам. А воодушевленная взрослой поддержкой, Ирка, с удвоенным рвением принялась за посадку, вот уже и морковка высажена, и золотистые маленькие веретенца лука оказались каждая в своей луночке. Уффф! Ирка вытерла локтем вспотевший лоб, руки были как чушки, по щеке протянулась черная полоса.
Осталось самое трудное - посадить картошку. Придется братишку на подмогу звать. Вовке развлечение неожиданно понравилось - он старательно бросал в ямки, выкопанные сестрой, картошиины и страшно удивлялся, что у каждой картошины появится потом много братиков и сестричек. Это было сказкой и стать самому творцом этой сказки было просто невероятно интересно. За усилиями детей из-за заборчика, сделанного отцом из металлической сетки, с любопытством наблюдал пес Мушкет. Он то припадал на брюхо, то взлаивал, подскакивая. Было заметно, как ему хочется присоединиться к общей работе.
Ирка обеспокоенно поглядывала на Мушкета:
- Фу, Муха! Тебе сюда нельзя!
Этот лохматый хулиган иногда срывался с цепи и гонял тогда чужаков по двору пока не бывал выловлен отцом.Остальные боялись к нему приближаться. Случайно зашедшим собачкам лучше было не показываться ему на глаза. Огород был его любимым местом. В северном городе, бедном растительностью, это местечко представлялось ему очень привлекательным для буйных игр, а тут еще и дети Читать далее...

Не то чтобы Ирке в студентах сильно не хватало денег, или голодала там особо, но захотелось ей однажды узнать, как эти самые конфеты делают.
На днях в общагу знакомый парень притащил целых полкирпича шоколада, который немедленно был распилен на большую компанию и запит доступным для студентов благородным напитком - портвейном. Всем досталось по кусочку размером с небольшую конфету и по 50 граммов приторной алкогольной гадости.
Шоколад этот Андрюха стащил на конфетной фабрике, где подрабатывал, чтобы не помереть с голоду. Многие пацаны на первом курсе, вырвавшись от родителей, решили, что взрослая жизнь невозможна без «бухаловок», вот и тратили всю стипуху на спиртное.
Некоторые из-за этого зелья даже покинули институт впоследствии. Ирку эта беда не касалась никак. Потому что была девушкой, во-первых, и потому что была малость «не от мира сего» -короче, с глупостями к ней особо не подкатывались. "Конфетка" была популярным среди студентов местом трудоустройства, там всегда можно было на «халяву» набить живот вкусностями.
Как Андрюха заливался про сладкую жизнь, надо было слышать!
Ирку заело - захотелось тоже понюхать сладкой жизни: положив в сумочку паспорт, она потопала к источнику убийственных ароматов, который располагался в самом центре города. Строгая тетенька в белом халате провела ее в помещения цехов, по дороге бросая суровые взгляды на таких же вольнонаемных студентов как она. Ребята, похоже, тут уже не первый день тусовались и чувствовали себя как рыба в воде, потому что тетеньку просто нагло игнорировали, что ее несомненно здорово напрягало.
Оставив бледную студенточку у батончикового конвейера, тетка исчезла в неизвестном направлении. Батончики Ирку никогда не прельщали, а потому она не стала даже пробовать эту продукцию. Час, другой – Ирка складывала готовую продукцию, добросовестно фасовала, затем голова начала странно кружиться от вида ленты с медленно плывущими конфетами, еще через час она поняла, что никогда в жизни не притронется к конфетам вообще, хотела уже задать дёру, но тут время обеда подошло.
Как-то внезапно все остальные работники исчезли, а как попасть в столовку Ирка так и не спросила никого, и просто тихо сползла по стенке, вознамерившись покемарить.
- Эй! Ты чего? Новенькая? – два парня лет по двадцать пять с усмешкой уставились на заморыша.
- В обморок собралась, что ли? Ну, это мы живо поправим!
Парни живо подвели ее к шкапчику, где хранились несметные запасы коньяка для конфет. Благоговейно открутили крантик, из которого полилась щедрая струя сгущенки.
С интересом докторов, у которых случился производственный спор по поводу больного, они наблюдали, как потребляется нацеженный ими в мензурку коньяк и настоятельно рекомендовали всю эту благодать заедать лучшими сортами конфет.
Никаких таких завоевательно-сексуальных интересов у них не наблюдалось, хотя Ирка была деушка исключительно симпатишная, и это успокаивало.
Скорее всего, северная бледность, доходящая до прозрачности, внушила им острую жалость и ребята решили довести девушку до правильной кондиции.
А там уж решать - можно ли на нее взглянуть с иной точки зрения.
Однако, калорийно-алкогольный удар был не рассчитан на скромные Растрепкины силы и, пожелав всем спокойной ночи, она уютно свернулась клубочком прямо в цехе готовой продукции.
Делать нечего, парни поскребли в затылках, доложились строгой тетке, что им на складе рабочих рук не хватает и они забрали студентку к себе.
Орлам пришлось работать за троих, а Ирка смотрела сладкие шоколадные сны, сложив рыжую голову на канистру с коньяком.
Смена была ночная. Под утро Растрепку растолкали, сообщив, что пора на волю.
Еле ориентирующаяся в пространстве, Ирка сочла за лучшее не отставать от своих подельников.
Ноги после коньячных подвигов заплетались.
Один из провожатых по дороге незаметно потерялся, поэтому за вторым она уже смотрела с удвоенным вниманием.
При приближении к проходной парень начал подозрительно нервничать и дергаться.
Ирка поняла – «Что-то будет!» и мрачно приготовилась давать против себя показания. «Дескать – пила коньяк, было дело… и сгущенкой заедала – полный разврат, короче!»
Но ничего такого не случилось, студенточку быстренько вытолкали на улицу, где она наконец-то узрела бледно-зеленого подельника.
- Ты чего такой?
В ответ парень приподнял край футболки, продемонстрировав причину своей ненормальной окраски.
Между пузом и джинсами оказался полиэтиленовый пакет, заполненный сгущенкой.
Парень сделал круглые глаза и страшным шепотом поведал:
- Он лопнул!!!
На часах было без 10 минут шесть утра, а добираться ему – аж на левобережье Новосиба.
И тут, у Ирки сработал аварийный соображатель. В экстренных ситуациях он всегда у нее включается, мысль работает четко, быстро и энергия прёт просто без удержу!
- Так, идем за мной!
В двух шагах от остановки располагался дом, во дворе которого находился, наверное, единственный на весь Новосиб, дворовый фонтан.
Все как полагается – круглый каменный бассейн с действующим фонтаном.
У фонтана, быстро Читать далее...

TALLI TONKS

С детства я была не такой как все.
Если все нормальные девочки играли в куклы и ходили в платьицах с рюшами, то я ходила драных платьях неопознанной расцветк,и до тех пор пока мамми не догадалась одевать меня в шорты и майки. А чего? Какой дурак ходит по заборам в платье? А по-пластунски, знаете, как неудобно ползать в платье? То-то же!
Дальше хуже: когда мои сверстники и сверстницы начали ходить по тусовкам и дискотекам, я с жадностью набросилась на горы литературы, которую не освоила до сих пор, потом начала учиться-учиться-учиться, как ненормальная, пока не сообразила, что пора бы и остепениться. С этим вопросом я с легкостью расправилась.
Собралась было дальше топать по накатанной народом схеме: квартира-дача-машина и т.д., но стала замечать, что идти по общим дорожкам мне не дает какой-то внутренний (с точки зрения местонахождения) цензор (ВЦ).
Возможно, это мне ангел попался какой-то с прибабахом, а может и хвостатый засел (в том месте, что зовется шилом), но в кульминационный момент следования по общей дорожке, эта сволочь вылезала, потягивалась, зевая, и заявляла:
- Все, баста! Делаем переброску в новый участок жизни!
И все! Что бы я ни пыталась предпринять дабы противостоять этим попыткам насилия над своей волей, все это не срабатывало! То мозг отказывался воспринимать информацию, то возникали препятствия непреодолимой силы, в общем, я была вынуждена идти именно туда, куда меня ВЦ и послал.
И ведь что обидно – только достигнешь высот, расправишь перышки, приготовишься почивать на лаврах, как эта скотина тут как тут!
В последнее время я уже научилась различать его шевеления и заранее упиралась всеми лапами. Несколько раз мне даже удалось направить его хотелки по ложному следу, но сейчас… я просто в шоке!
Ученые сообщили, что к Земле приближается планета Нибиру, которая перевернет орбиту и мой город окажется в аккурат на Полюсе холода.
Ну, вот уверена я, что это ВЦ постарался… не мытьем, так катаньем.
И ведь скажите – где справедливость? Я и так всю жизнь мерзну, за что мне спрашивается такое счастье?
Надо срочно придумывать новый план. Не подскажете, почем нынче квартиры в Белоруссии? Там, говорят, у них экватор намечается… ТТ 09

TALLI TONKS

Оглушительный звонок заставил Ирку подпрыгнуть на месте, тем не менее, она браво отбарабанила положенное в этом случае приветствие.
- Ирка, даже если ты занята, ты все равно должна меня выслушать! – безаппеляционно заявила обычно наиделикатнейшая подружка - старшая коллега.
Чувствовалось, что произошло что-то из ряда вон выходящее. Смутное чувство вины заставило Ирку сдвинуть брови домиком:
-Ну, давай… - ворчливо произнесла она.
Вчера, встретившись после отпуска, подруги взахлеб рассказывали каждый о своем: Ирка о том, как классно съездила в Турцию, как «чирикалась» с ремонтом в маманиной квартире, о радостях и обидах, но выходило, что радостей все-таки больше, и подруга – Елена Викторовна, будучи совершенно независтливой особой, тем не менее, до боли под ложечкой завидовала тому чувству свободы, которое позволяла себе Ирка.
Получалось, что родственников, привыкших сидеть на шее, можно без стеснения ставить на место, и долг вроде родственный исполнила и, в тоже время, про себя не забыла. Потом Елена Викторовна вспоминала о себе, о тех неподъемных проблемах, что ей приходится тащить всю жизнь, всю жизнь, раздавать всем калачи, а самой не иметь возможности купить себе лишние колготки. Хотя почему лишние?
Подружка из вежливости, подавила готовые сорваться слезы жалости к себе, но, видимо, именно тогда в ней что-то щелкнуло. Как говорится - что нас не убивает, то делает сильнее.
И вот теперь Ирка выслушивала рассказ о революции, которую Елена Викторовна произвела вчера вечером в пределах своей семьи.
Муж подруги, потерявший руководящую работу и уютно холящий на диване стресс уже не первый месяц, был распушен как последний школьник, и от обалдения только сидел, моргал в ответ. Ему были выданы четкие указания - найти работу в течение недели.
Дочь, сбежавшая из Москвы с двухлетним малышом от состоятельного мужа-наркомана, и категорически не желавшая закрепляться в Сургуте, также получила втык, как тунеядка и капризная особа.
Дальше получили все по кругу – сын, невестка (за неправильное вскармливание малыша), сестра (тоже изрядная нахалка, взвалившая на Елену Викторовну свои финансовые проблемы), не попало только коту, по той простой причине, что кота не было в наличии.
Все семейство застыло вокруг нее соляными столпами, не понимая, что приключилось с самым ответственным и безропотным человеком в мире. Напоследок Елена Викторовна топнула ногой, как Огневушка-Поскакушка и выдала коронную фразу:
- И вообще – пошли все на х…!
Семья затихла в предчувствии крупных перемен.
Сын, единственный из семьи унаследовавший мамину трудолюбивость и юмор, кратко констатировал:
- Мама устала, всем разойтись и выполнять приказания…
Елена Викторовна в упоении от обретенной свободы, только что не танцевала:
- Ну, скажи мне, что я права?
- А ты еще сомневаешься?
Ирка с легким недоверием слушала излияния подруги, которую за глаза все называли матерью Терезой, и думала – «Неужели это сделала я? Ведь столько лет пыталась вывести ее из состояния Ослика Иа и – ничего! А тут стоило рассказать о том, что вырвалось на волю у самой – и такой эффект! Недооценила я степень эмпатии Елены Викторовны!
Может, я вообще теперь социально опасна и мне надо помалкивать?»
И тут подруга ее окончательно добила:
- А еще: я тоже хочу на квадроциклах! Пообещай, что мы покатаемся! ТТ 09

TALLI TONKS


Однажды Ирка занималась риэлтерским бизнесом.
Все как полагается: арендовала офис, наняла работников, запустила процесс.
Работники – взрослые мужики, опытные зубры-риэлторы.
Как полагается, парни поинтересовались, кто их будет крышевать.
Ирка без утайки объяснила им, что нужно делать в случае наезда:
- Вот по этому телефончику звонишь, и через 5 минут прибывает группа быстрого реагирования, свои завязки.
Парни головами покивали уважительно и углубились в дебри предложений на рынке недвижимости, а хозяйка в это время развешивала на стенке свои регалии, которые должны были производить впечатление на клиентов: дипломы, благодарственные письма, картины…
Одно благодарственное письмо привлекло внимание Иркиных работников – от партии «Единая Россия» за эффективную работу в избирательной кампании высокого уровня.
Мужики уважительно покивали и снова принялись за работу.
Иркино «шило» не позволяло надолго влипать в кресло и она, время от времени, уносилась «по делам». В один из таких моментов, в офис наведались гости.
Огромные дагестанцы, одинаковые как в длину, так и в ширину, в сантиметровыми «голдами» на шее по-хозяйски расположились в кабинете. Поджарые работники прижухли, задумавшись о бренности бытия и на вопрос о «крыше» спонтанно ткнули пальцами в благодарственное письмо «Единой России».
- Так вот же!
Даги совершенно выпали в осадок от такого нестандартного ответа, пробормотали что-то вроде:
- Проверим…
И удалились. Как оказалось – навсегда.
Ирка, вернувшись, выслушала из дрожащих уст работников всю эту душещипательную историю и сказала, почесав в затылке:
- Ишь ты! И от них какая-то польза бывает! ТТ 09

TALLI TONKS

Никак мне к деду нынче не выбраться на могилку…
Приехала бы, села на скамеечку рядышком – налила бы деду стопарик, а сверху бы положила кусочек черного хлебушка да огуречика ядреного маманиного засолу, сама бы понюхала только, чтоб за компанию получилось.
Сказала бы:
- Привет, дед! Вот я и нарисовалася…
А дед бы усмехнулся в седые усы и спросил:
- И че? Все так в растрепках и ходишь?
Я бы тогда ответила:
- Деда, я уж давно причесываться научилась и по отчеству меня кличут люди добрые… но ежели правда – если никто не видит, то люблю растрепкой походить, Запущу пальцы в шевелюру и ерошу их до полной лохматости.
А дед насупится и спросит:
- Махорки-то, поди, не принесла, егоза такая?
Я еще повыделываюсь малость:
- Вот, держи – табак «Каптен Блек»! Отличное качество!
А когда дед молча оттолкнет заграничное лакомство, я достану из сумочки кулечек с его любимой махоркой (уж найду где-нибудь, не сомневайтесь!), да бумажку подходящую.
Дед скрутит козью ножку, затянется, задумавшись по обыкновению…
А я брякну, не удержавшись в расстройстве:
- Дед, ты представляешь, эти дурачки европейские нас хотят Дня Победы лишить! Совсем они там сбрендили, что ли?
Дед тогда еще помолчит, глядя на березки белые окрестные, да и скажет:
- А ничего у них не получится! Не беспокойся понапрасну… Не по зубам им русский народ.
Ткнусь лбом в широкое плечо старого солдата-артиллериста (дедка мой любимый…):
- А я, деда, знаю… Я просто от тебя это услышать хотела… ТТ09

TALLI TONKS


- Алё, алё, мамуль, ты меня слышишь.Это я - Иришка.
Здравствуй, мамуля, с наступающим тебя... С на-сту-па-ющей Пасхой, говорю!!!
Как ты там?
- Да все сделала уже… Куличи испекла, яйца накрасила, салатов нарезала…
- Придет кто-нибудь?
- Нет, наверное, у всех дела в городе…
- Что-то у тебя голос грустный нынче…
- Да одиночество, наверное, угнетает. Тяжело одной. Поговорить не с кем.

Мамочка… помню, как она готовилась к Пасхе, когда мы с братом были маленькие.
Тесто ставила накануне, и все время бегала, разговаривала с ним, что-то нашептывала. Нам категорически было запрещено к нему приближаться – иначе «не поднимется».
А вот яйца красить – тут нас привлекали непременно – луковую шелуху доставать припасенную накануне, готовить маленькие листики кислицы, чтобы получился нежный рисунок, когда их вкладываешь в капроновый чулочек, обертывающий яйцо. А вот святить было негде, не было у нас тогда церкви.
Утром в воскресенье, пока мы спали, родители подкатывали нам к подушкам крашенки. Было так радостно, проснувшись, обнаружить подарок под своей щекой. Мне было опасно подкатывать - я вертелась как юла и частенько падала со своего диванчика.
Обнаружив крашенки, мы тут же начинали испытывать их с братом на прочность. Мишенью, ясное дело, выбирались лбы. Дрались мы с ним как черти, приставали к родителям со своими боями, и, каким-то образом, победителем в соревнованиях крашенок оставался всегда папка. Деревенский опыт всегда ему подсказывал правильный выбор. Мы выли, что это нечестно, и, в итоге уговаривали папку найти нам самые прочные снаряды, после чего гордо шли к одноклассникам, колотить их хлипкие крашенки. А мама приглашала в гости соседок и они устраивали чаепитие, всегда потом оказывалось что мамулин кулич самый пышный и вкусный. Не зря, видать, она с тестом договаривалась. Нам с братом и в голову не приходило что Пасха - это праздник церковный. Просто был повод для веселья и возможность побаловаться с родителями.

- Ты не грусти, мамуль… я завтра тебе еще позвоню.
Получится, что я как будто рядом и крашенку достану, стукнем одновременно в телефонную трубку? А тесто - хорошо поднялось в этом году?
Мама уже улыбается:
- Куда же оно денется?... ТТ 09

TALLI TONKS

У деда с бабулей на огороде стояла изба вспомогательного назначения. По весне там жил всякий молодняк: цыпушки, козлята, кролики, а летом избушка пустовала. Вот мои старшие кузены и решили исследовать это укромное местечко, дабы использовать для личных тайных целей. А по-просту: им хотелось сделать свое «гнездо», где их не будут доставать взрослые.
Энтузиазм был таким грандиозным, что ради этого дела они устранили все следы пребывания живности, отдраив избушку дочиста.
Попутно влезли на чердак избушки, не найдется ли чего полезного для создания минимального уюта в комнатешке.
И вот тут они ПОПАЛИ!
Чего только не было на чердаке: предыдущие поколения семьи пока подрастали, обзаводились массой любопытных вещей, которые в связи с их переездами в разные точки России, так и остались на родине.
Среди этих-то вещичек ребята и обнаружили проигрыватель.
Агрегат был во вполне приличном состоянии и головастые парни мигом его починили.
Оказалось, что к проигрывателю прилагается тяжеленная коробка с пластинками.
Я заглянула посмотреть, как идет у них работа, как раз в момент, когда парни разглядывали эти пластинки. Вертели, читая надписи, спорили, что поставить вперед. Я не проявила к их находке никакого внимания, зато с восторгом запрыгнула на огромную старинную кровать с шишечками и панцирной сеткой. Как на ней было классно прыгать!
Строгие пацаны живо меня приструнили, пригрозив прогнать за «неприличное» поведение.
Делать нечего – я улеглась на кровать, подперев щеки кулаками и наблюдая за их манипуляциями.
Торжественный момент опускания ручки с иголочкой на пластинку наконец настал.
И тут – со мной произошло что-то непонятное.
Казалось, волосы встали дыбом от звуков, которые вдруг полились из ящика.
Ничего подобного мне прежде не доводилось слышать.
Я просто ошалела и замерла.
Что удивительно, и мальчишки слушали, не шелохнувшись.
Вечерело, солнечные лучи проникли в низкую избушку и рельефно высвечивали наши серьезные ошеломленные физиономии.
Было неловко не то, что заговорить, но даже шевельнуться.
Когда в избушку заглянула бабуля, чтобы позвать нас на блинки, мы с облегчением «отмерли». Смущенно засобирались, избегая взглянуть друг на друга. Какая-то странная неловкость возникла, желание обособленно пережить то состояние, которое мы испытали после этой песни.
Казалось бы, ну не детская песня!
Однако что-то глубинное, неосознаваемое, растревожило души и захотелось побыть в одиночестве.
Быстро расправились мы со своими порциями блинов, на удивление не перемазав друг друга медом и сметаной.
Бабуля только диву давалась на наше ангельское поведение.
Не знаю, куда удрали мальчишки, а я убежала на речку. И долго лежала, глядя в небо, наблюдая за уходящим днем. Мыслей никаких не было, но что-то явственно происходило во мне.
Много пластинок мы потом прослушали с братьями, но такого ощущения больше не возникало ни от кого. Это была – ЛИДИЯ РУСЛАНОВА. ТТ 09

Есть такая каста - музейщики. Очень редкая и очень элитарная. Среди них выделяются художники -дизайнеры музейных экспозиций. В Москве я познакомилась именно с таким человеком - А.Т. Потрясающую байку он рассказал. Дело было в начале 90-х. один наш крутой бизнесмен давно и прочно живущий в Америке, на старости лет женился на интеллектуальной модельке. А было у него в семье сокровище еще с войны вывезенное - старинные гобелены 15 века. Модельке загорелось сделать музей этих гобеленов. Сказано-сделано. Нашел бизнесмен АТ - и дает ему поручение - купи дом в Голландии и сделай из него музей. Саиую трудную часть работы сделал АТ, осталась ерунда - оправить гобелены в рамах планок красного дерева и можно открывать экспозицию. Но тут как на грех выходит закон по которому именно этот сорт дерева при ввозе облагается сумасшедшим налогом. Денег лишних уже нет, его прижимает заказчик - обещал -делай. С горя пошел АТ в местный паб квасить. познакомился там с негром-бизнесменом, который возил в эти края фрукты. Негр ему плачется о своем. Представляешь говорит - вожу я эти фрукты в ящиках из красного дерева. И все бы ничего но по законам я должен их утилизировать как-то очень хитро и у меня большая доля навара на это уходит. Что делать? АТ встрепенулся: какое говоришь у тебя дерево-то? Тот повторяет. Накатили еще, пошли дерево смотреть. Ну АТ щеки понадувал, ладно говорит помогу тебе( а сам рад -танцевать готов), привози завтра свой хлам, ну если еще дашь пару столяров то вообще можешь все время завозить его ко мне. На следующее утро при помощи двух местных алкашей и абсолютно бесплатного красного дерева АТ получил возможность закончить экспозицию. А простоял музей все одно недолго. Бизнесмен помер, наследники все продали...
08.05.2008

Вчера в 12 ночи услышала на улице какой-то необычный шум на улице. Выглянула с балкона вроде покурить. и вдруг вижу потрясающую картину. Над городом летят несколько стай лебедей. В подсветке над красивой высоткой это выглядело просто сказочно. сзади отставал совсем старый и больной а несколько более молодых и сильных его поддерживали залетая то над ним, то сзади.. Холод был просто собачий.. А они все равно прилетели. График у них!!!!

07.05.2008

КУЛЬТУРНАЯ ПРОГРАММА

Нагулялась по музеям. Кайфотищщща!!!
Пункт первый -музей Рерихов. Чистый свежий уютный дворик старого московского особняка. Музей открыт несмотря на праздничный день. Тихие спокойные залы, здороваюсь со своими старыми знакомыми - картинами Н.Рериха. просмотрела новые залы, предметы из личных коллекций семьи Рерихов. Напиталась энергиями. Без фанатизма так, в меру. В киоске взяла масла, амулеты. Удивительно спокойная гармоничная атмосфера такая далекая от московской суеты.

Пункт второй в этом же переулке - Музей им.Пушкина, Зал западно-европейской живописи. Мои любимые импрессионисты. Строгие старушки- смотрительницы. Вторая воловина 19 века. Вдруг обнаружила, что с удовольствием реагирую на Милле. Жанровые картинки из 19 века как окошечки в прошлое. Милые и теплые. Импрессионисты. Рассмотрела вдруг Поля Синьяка. Оценила, дурочка, наконец-то его элегантность!
И конечно - мой любимый Моне! Скакала и кружила по залу в лучах его чувственных и нежных работ. Покрутилась возле Ренуара. Совсем не полюбила фовизм. Ну никак он мне не приближается. Просто ни фига!!!
Пикассо - гений! Нет слов.
3 часа культурной программы - насытили меня выше крыши.
Стоп сказала я себе - не жадничай, киса!
02.05,2008

Запланировали мы с Машкой шоппинг на сегодня. Сказано - сделано. Только вышли (супермаркет большой рядышком -метров 50) как пошел крупный мокрый снег и ветер -прямо в морду лица! Косметику почти смыло. Но мы упорные... все равно дошли. Обтрусили снег и по бутикам. А глаз-то ни на что не ложится! Покрутились-покрутились - ни фига! Не получается ничего присмотреть...ААААА, решили мы пойдем съедим по мороженке в кафе, может настроение исправится. Съели. Ни фига - опять никакой реакции.. Пошли говорю отсюда восвояси...Идем ворчиим.
Я: Что за шоппинг такой дурной!
Она: Это вообще не шоппинг...
Посмотрели друг на друга - лохматые -косметики никакой - и как давай ржать! Остановиться не можем, народ оглядывается, а нас разбирает...И тут выглянуло солнце. Погода резко исправлась. Однако - поздняк. Нас на такие штучки не купишь! И гордо мы удалились с места анти-шоппинга...

26.03.2008