|
Немногие знают о том, что бархатцы, или чернобрывцы, обладают лечебными свойствами. А в этих цветах заключена невероятная целебная сила.

Ах, пирожочки. Продолжаю фантазировать и экспериментировать. Тесто одно из моих любимых. Я от него в восторге, какое же оно мягкое и легкое в работе.
Эти треугольнички-пирожки относятся к той разновидности пирожков, которые "вот только что были, а уже раз! и нет их!" Остановиться невозможно! Благо что тесто лёгкое, нежное, не оседает грузом в желудке и лишними кг по бокам и всяким-разным другим местам.
Тесто делается элементарно, только здесь очень важна последовательность, в этом главная фишка!


Жареные на сковороде куриные окорочка под чесноком — рецепт давний, родной и любимый многими. Это не просто вкусный простой ужин, но ужин, который готовится всего 20 минут, а потому находка в будний день в качестве дежурного блюда.
Приготовить таким образом можно и бедрышки, и голени, и разделанную на части курицу, очень вкусно в той же сковороде после пожарить картошку на оставшемся курином жиру с чесночным ароматом!
Рекомендую готовить без крышки, тогда мясо будет именно жарится, а не тушиться, перед тем как смазать окорочка чесноком плиту надо выключить — так блюдо получится ароматнее.

Приготовить их нетрудно. За дело!

Не котлеты и не омлет, а два в одном. Необычное блюдо на праздничный стол
Очень интересный рецепт, способный удивить и накормить. Вкусное, сытное и простое блюдо. Это не котлеты, и не омлет, а оба эти блюда соединены в одно. В результате получается просто шикарное сытное блюдо, которое достойно любого праздничного застолья.
|
Мясной рулет "Голубец" - вкусно, легко и необычно
Голубцы все готовят и знают какое это вкусное блюдо. Мясной рулет "Голубец" с похожим рецептом не уступит место по своему вкусу, традиционным голубцам. Рулет получается вкусным, сытным и ароматным. Его можно приготовить и для праздничного стола. Готовится он из доступных продуктов, легко и быстро. Подается "Голубец" самостоятельно или с гарниром: картофелем, рисом или гречкой. Попробуйте приготовить и не забывайте сохранить рецепт в вашей кулинарной копилке.

|
| |
Ноябрь в Чите вспомнил, что он осень. Небо, солнце, штиль(так теперь обозначается безветрие). Прогноз даже не забыл осуществить обещанный плюс! Оттепель начала добираться и до северных городских закоулков, где снег октябрьский расположился до весны. Откуда взялся ? С 30-го октябрьского дня, с рекордного в Чите... 87 лет не видали такого снегопада здешние места...Вот так это было - в октябрьскую нашу зиму.
В ноябре решили проверить, как там в лесу моем сакральном, у стадиона ЗабВО.
Фотографии - никаких фильтров.
Небо, снег и тени, как в жизни.
А желтенький - цирк приехал. Аккурат, по сезону...
На картинговом поле расположился.

Даже Багиру привезли. Сын сказал, что рядом фуры стоят, а в шатре - тепловые пушки . Успокоил, ибо снежный минус присутствует. Видите сами.

Предлагаю вашему вниманию вкусные и мягкие как "пух" ленивые пирожки или оладьи с яйцом и зеленым луком.
Эта замечательная выпечка готовится буквально за десять минут, но получается на столько вкусная, я вас уверяю, никто не останется равнодушным.
Многие считают, что жареное вредно, но иногда хочется себя побаловать и отступить от правил, тем более когда нет времени, а накормить семью нужно прямо сейчас.
📌Для приготовления нам понадобятся следующие продукты:
А вы попробуйте сделать пирожки по этому рецепту и увидите, что ничего сложного тут нет. Пирожки получаются вкусными, мягкими, нежными, за 2-3 дня не черствеют, но у нас обычно столько они не живут, улетают мгновенно. Будем готовить?






Случайно, мимоходом, увидела название газетной заметки Александра Вампилова. Сразу не просто к душе легло, а словно по душе пробежали, легко, но ощутимо - голубые тени облаков.
А вы читали Вампилова? Просто так? Не то, что всем известно, что украшает афиши и обложки книг и манит широким экраном кинематографа. Я - нет. Потому и озадачила Гугл поиском вампиловских, тех газетных голубых теней. И ведь нашла! Из года - внимание! - 1963... Из книги, в названии которой песней звучит "Усть-Илим". Помните сибирские циклы Пахмутовой и Добронравова? И песня, будоражащая нас, живших в то славное время, до сей нашей дерганой поры, "Письмо на Усть-Илим".

Голубые тени облаков - один из усть-илимских очерков Александра Вампилова, командированного в приангарскую тайгу вместе с товарищем, тоже из журналистской братии, Вячеславом Шугаевым.
Вампилову в том 1963-м 26 лет... Какой язык... И это всего лишь рядовые газетные заметки о строителях нового сибирского времени. Кажется, проза сплошняком, современным взглядом окинуть - тоска серая... Скопировала для себя самые яркие эпизоды, нельзя такое терять.
Очерк , оправдывая именование своего жанра, как бы очерчивает приангарский край действий 60-х годов, характеры героев, их эмоциональный настрой. И смотрите, как красиво, любовно, вкусно - задает тон Вампилов последующим эпизодам своего повествования о встречах с "простыми людьми", как принято говорить.
Спасибо, конюх Николай Шалаев,
спасибо, директор Колесников,
за еще одну пахучую, солнечную дольку прекрасного,
из которых слагаются дни и из которых мы составляем
наши лучшие воспоминания...
И дальше наслаждаемся этими вампиловскими
"дольками прекрасного"...
У Юры доброе, как солнце, лицо, он могуч и проживет, наверное, сто лет. Мы все хотели спросить его, чего это он завяз на складе при таких-то плечах и щеках! Но опять мешал дизель. А на угоре, в соснах, странная деревушка. Молчаливая и грустная, как одинокая женщина.
— Две дороги. Одна гладкая, холодная, мощенная золотом и серебром, эпически широкая дорога сквозь тайгу. Темные, тяжелые сопки громоздятся по обеим ее сторонам, мелькают веселые острова с березами, раскидистыми, как дубы, осинками, стройными, как танцовщицы. Дорога эта — Ангара.
Крепки серые вековые твои дворы, румяны новые твои срубы, затейливы резные наличники на твоих окнах, что уставились на мир с наивным, святым удивлением.
— Как же ты одна со всем управляешься? Не трудно тебе? — Так и маюсь, — просто, не жалуясь, ответила она. — Живу и маюсь, — сказала она с удовольствием.
На тот берег упало малиновое покрывало заката, вода в реке потемнела, далеко моторки запели, как туча комаров, — пришел вечер, раздумчивый и спокойный, как старость бабки Натальи.
Уезжали мы на лодке, был пышный июньский день, голубые тени шли по Ангаре плавучими островами.
Палатка от некоторых ярких деталей Костиного рассказа погромыхивала легким хохотком, но в общем-то в палатке хозяйничала вечерняя грусть. Опиумная сладость ее закрывала парням глаза, непонятной и острой тоской сжимала сердце.
Толстый мыс: он многие века захлебывается от прозрачной любви Ангары. Одиночество и тоска по нежности уходят вместе с ночью, растекаются по низинам зыбкими полосами тумана. Днем главная любовь — трасса. Непокорную, неверную, невероятно упрямую — ее нельзя не любить. Обернувшись комариной злобой, непроходимым болотом, фантастическим буреломом, трасса всегда проверяет, насколько глубока и верна любовь к ней. О, трасса может быть спокойной! Доказательством верности ей — янтарные мозоли на руках парней, губы, пахнущие ветром и жаркие от нераздельной любви, спины, глянцевеющие от силы и пота, наконец, одиночество — эта тяжелая дань за право быть

