«Православие — самое мифичное», — так когда-то написал один из наших крупнейших евангельских мыслителей и специалист по Масарику Йозеф Л.
Сейчас в стеклянном дворце в Нью-Йорке, что служит штаб-квартирой Организации объединенных наций, главный вопрос не в том, кто сменит Пан Ги Муна на посту генсека 1 января 2017 года (тогда завершится его второй мандат), а том, как именно должен проходить этот выбор.
От фактической высылки из Белоруссии в 2012 году шведского посла Стефана Эрикссона до назначения нынешней весной на пост посла в Минске Мартина Оберга прошло почти три года.
Недавно я имел удовольствие услышать, как Сергей Глазьев, экономист, политик, академик, советник президента Путина, сказал нечто такое, что подтвердило мои собственные наблюдения.
В 2014 году госсекретарь Джон Керри подверг Россию критике за захват Крыма, сказав: «В XXI веке нельзя вести себя как в веке XIX, вторгаясь в другую страну под совершенно надуманным предлогом». И неважно, что заявление Керри можно было с полным правом применить к вторжению администрации Джорджа Буша в Ирак. В этом заявлении присутствует знакомая мысль о том, что мир якобы уже далеко ушел от «циничных расчетов чисто силовой политики», как сказал однажды Билл Клинтон. Проблема состоит в том (по крайней мере, по мнению Керри), что такие лидеры как российский президент Владимир Путин не прониклись содержанием памятной записки о том, как надлежит себя вести в XXI веке. Либо Путин не стал ее читать, либо он не согласен с ее посылом.
Про комментарий Керри я вспомнил во время недавней поездки в Европу, где я участвовал в конференциях в Греции и Франции, и беседовал со многими учеными и политологами из Европы и Азии. В частности, меня поразило то, как много людей придерживаются точки зрения Керри — по крайней мере, на словах — и обеспокоены тем, что мир делает разворот на 180 градусов, уходя от прогресса, достигнутого после холодной войны, и направляясь в сторону соперничества прошлых эпох.
Сделав такое наблюдение, я подумал: «В каком веке живут различные страны?» Конечно, мы все принадлежим к веку XXI, но то мировоззрение, которого придерживаются различные государства, зачастую кажется пришедшим из разных эпох. Некоторые государства довольно спокойно стали смотреть на мир глазами XXI века; другие же по-прежнему исповедуют мировоззрение, которому уже несколько столетий.
Какие же страны наилучшим образом олицетворяют сегодня «мышление XXI века»?
Прежде всего это Европейский Союз, члены которого в основном приняли абсолютно либеральный кодекс поведения в мировой политике. И точка. С незначительными различиями европейская элита сегодня испытывает отвращение к мрачным реалиям политики силы и считает, что демократия, власть закона, а также мощные транснациональные институты могут ослабить или устранить соперничество между государствами, и таким образом, гарантировать стабильность и спокойствие. Несмотря на кризис еврозоны, евроскептицизм в Британии и усиление правого национализма по всей Европе, элита континента в основном продолжает придерживаться мнения о том, что экономическая, политическая и социальная интеграция в Европе ослабила атавизм преданности нации и способствует формированию постмодернистского, постнационального и пан-европейского единства.
Эти убеждения (плюс защита со стороны США) привели страны ЕС к тому, что они ослабили свой военный потенциал, доведя его до состояния полной атрофии и ничтожности. Если все придерживаются принципов XXI века, то серьезная военная мощь не нужна, и тратить на нее большие деньги это расточительство. Мощные национальные армии также усилят незащищенность соседних государств и откроют дверь милитаристским патологиям, из-за которых в прошлом возникали европейские войны. Вместо этого ЕС должен подчеркивать роль дипломатии и других форм «мягкой силы», отказываясь от военного могущества и защиты традиционных геополитических интересов.
Поэтому европейская элита «XXI века» возлагает вину за нынешние политические проблемы на непросвещенных и нетерпимых смутьянов, таких как покойный Слободан Милошевич и Путин. Но проблема заключается в том, что таких как они непросвещенных и нетерпимых лидеров нельзя изменить нормативными доводами и экономическими санкциями. А поэтому у ЕС очень мало возможностей влиять на поведение тех государств, которые по-прежнему действуют на основе более традиционных взглядов на мировую политику.
27-летний Талгат Туреев, бывший защитник уральского футбольного клуба «Жастар», по словам его матери Айнаш Туреевой, уехал с женой и малолетней дочерью в Сирию в 2013 году.
Автор комментария, опубликованного в журнале RESPEKT (8.7), Ярослав Спурный (Jaroslav Spurný) согласен со многими аналитиками в том, что Кремль обязательно воспользуется кризисной ситуацией в рамках ЕС в своих интересах.
Ира Стумберг ( Ira Stomberg) водит экскурсии по Стокгольму на четырех языках, включая русский, и рассказывает о том, что восхищает и удивляет российских туристов, а что разочаровывает.
Юлиус Шарлах (Julius Scharlach, 1842-1908), гамбургский адвокат, спекулянт и колониальный предприниматель, в том числе в Германской Юго-Западной Африке, дал самое точное и, вместе с тем, жестокое определение колониализма.
В течение нескольких следующих дней Владимир Путин будет греться в лучах славы на саммитах больших стран, на которых он будет принимать лидеров стран БРИКС и ШОС.
Ни один человек на Балканах не может быть беженцем Канцлер Ангела Меркель отправилась с визитом в Албанию, Сербию, Боснию и Герцеговину.
26 февраля 2015 года на первые полосы газет попали снимки, на которых бойцы ИГИЛ, «прославившиеся» крушением исторически и культурно значимых памятников, громят статуи в Ниневийском музее Мосула.
То, что ждет Грецию в случае фактического выхода из зоны действия общеевропейской валюты, покажется удивительно знакомым всем, кто помнит начало 1990-х годов в Латвии.
В понедельник утром группа жителей бедняцкого района, расположенного на окраине города Сан-Луиса (штат Мараньяо, на севере Бразилии), привязала к фонарному столбу Клейденильсона-да-Силву (Cleidenilson da Silva), 29 лет.