"Она не невеста, а деньги в юбке", - злословили кумушки. 19-летняя красавица Анна прекрасно все слышала. Да, ее семья богата, но неужели ее нельзя полюбить не за деньги, а за очаровательный греческий профиль, за пронзительные глаза, за эти волнующие изгибы?
Анна отвернулась от зеркала. Засмеялась. Нет-нет, он любит ее! Любит за ее внешность, за душевные качества!
Она - не деньги в юбке!

В 1879 году в Париже в семье беглых российских революционеров-народовольцев по фамилии Цакни родилась девочка. Назвали малышку Анной.

Кроха вполне могла появиться на свет не в Париже, а в совсем другом месте, несравнимо более холодном. За несколько месяцев до появления Анечки на свет Николай Петрович Цакни и его супруга Зинаида Киселевна, урожденная Львова, находились в ссылке в селении Мезень в 45 верстах от студеного Белого моря.

Ссылка стала следствием народовольческой деятельности Николая Петровича, его участия в кружках "чайковцев" и "долгушенцев".

Зинаида Киселевна, дочь симферопольского купца-еврея, полностью поддерживала мужа в его революционных взглядах, да и сама неоднократно привлекалась к дознанию по делу о противоправительственной пропаганде. Однако на север семью отправили из-за Николая Петровича, и супруга, подобно женам декабристов, последовала за ним.

В сентябре 1877 года чету Цакни сослали в Мезень. Около двух лет Николай Петрович и Зинаида Киселевна провели на Белом море, но затем сбежали из-под надзора, сели на английский пароход и транзитом через Лондон оказались в Париже.

Больше тысячи лет назад…

Храм был переполнен.

Люди в церкви молились со

слезами, на пределе душевных сил,

потому что неприятельский флот

приблизился к городу и грозил

взятием, в то время как свои корабли

были на дальних рубежах.

Всенощное бдение подходило к концу,

приближалось утро.

Молившийся вместе со всеми

городской юродивый вдруг

повернулся к стоявшему с ним

ученику:

— Видишь ли, брат, Царицу

и Госпожу всех,

молящуюся о всем мире?

— Вижу и ужасаюсь!...

...В этот день вспоминают чудесное событие, произошедшее более тысячи лет назад в Константинополе.

Во времена процветания Византийской империи западная часть столицы — Влахерны — славилась по всему Востоку своими святынями. Главной же их достопримечательностью была Богородичная церковь, куда в 457 году из Палестины были перенесены ризы Пресвятой Богородицы, Ее головной покров (омофор) и часть пояса.

Через четыре с половиной столетия (в 911 году) при императоре Льве Мудром (886 – 912) в Византию вторглись язычники (по некоторым сведениям, наши предки-славяне под предводительством Олега) и даже осадили Царьград. Жители великого города, не имея достаточно сил противостоять неприятелю, прибегли к последнему средству — помощи Заступницы Небесной.

В разгар сезона тыквы хочется сполна насладиться любимым овощем и добавлять ее везде. Тем более, она отлично подходит не только для супов и гарниров, но и в обычные повседневные салаты.

Овощной салат с тыквой

Понадобится: 300 г тыквы, 150 г огурцов, 160 г помидоров, 70 г фиолетового лука, 50 г маслин, 1 зубчик чеснока, 2-3 веточки зелени, 3-4 ст.л. оливкового масла, 2 ст.л. лимонного сока, специи.

Приготовление: Тыкву нарежь кубиком и обжарь до мягкости. Произвольно нарежь все овощи, измельчи чеснок и зелень, и перемешай салат. Сбрызни его маслом и лимонным соком, и приправь.

Из тыквы можно приготовить тысячи самых разнообразных блюд. В том числе и яркие ароматные запеканки!

Запеканка из тыквы с манкой и молоком



Понадобится: 500 г тыквы, 300 мл молока, 120 г сахара, 3 яйца, 70 г манки, специи по вкусу.

Приготовление: Нарежь тыкву кубиком, залей молоком, отвари 20 минут до мягкости, взбей блендером и дай остыть. Добавь сахар, манку, яичные желтки и специи, и оставь на 15 минут. Взбей белки до стойких пиков и аккуратно лопаткой вмешай в тыкву. Выложи все в форму и готовь запеканку полчаса в духовке при 180 градусах.

Тыква - мой любимый овощ. Тыквенный суп — это необыкновенно яркое блюдо, которое ассоциируется с золотой осенью. Блюдо получается очень вкусным. Даже если вы не любите этот овощ, суп запомнится надолго. Самое приятное, что приготовить блюдо без труда сможет каждый.

Тыквенный суп – классический рецепт

Понадобится: 700 мл овощного бульона, 800 г тыквы, 1 луковица, 2 зубчика чеснока, 2 ст.л. оливкового масла, 4 ст.л. жирных сливок, специи.

Приготовление: Нарезать лук полукольцами и раздавить чеснок. Обжарить их на оливковом масле и через 5-7 минут добавить ломтики тыквы со специями. Через пару минут влить бульон, довести до кипения, убавить огонь и проварить 20 минут под крышкой. Измельчить суп погружным блендером вместе со сливками.

Наталье Фонвизиной посвящали стихи Жуковский и Некрасов. Достоевский писал с нее Сонечку Мармеладову, с ее жертвенностью, а Лев Толстой — Наташу Ростову в «Войне и мире».
Сама же Наталья Дмитриевна считала себя прототипом пушкинской Татьяны из поэмы «Евгений Онегин» и даже письма друзьям подписывала этим именем («Таня»).

Наталия Дмитриевна Фонвизина-Пущина родилась 1 (13) апреля 1803 (по другим сведениям 7 (19) апреля 1805. Скончалась 10 (22) октября 1869).

Дворянский род Апухтиных, или как писали в старину Опухтины, известен со второй половины шестнадцатого века.
Известно, что дедушкой Натальи был генерал-поручик, член московской конторы Военной коллегии, член суда над Е.И. Пугачевым и его сподвижниками, генерал-губернатор Симбирского и Уфимского наместничества в 1783-1784 Апухтин Иоаким Иванович, сын капитана Ивана Ивановича Апухтина и Анны Ивановны Зыбиной.

Отцом Натальи был крупный, но разорившийся орловский помещик Дмитрий Акимович (1768-1838). Её матушка была Мария Павловна, в девичестве Фонвизина (1779-1842). Семейство Фонвизиных принадлежало к числу русских высокообразованных интеллигентов немецкого происхождения.

К моменту рождения дочки Наташеньки её родители были уже вполне зрелыми людьми. Марии Павловне было около двадцати четырёх лет, а Дмитрию Акимовичу тридцать пять.

Наташа родилась в имении Отрадное на берегу реки Унжи. Это родительское имение останется в её сердце на всю жизнь самым счастливым воспоминанием. В ту пору её отец был костромским предводителем дворянства и очень богатым человеком, обладателем больших поместий. Наташа уютно себя чувствовала в родительском поместье. Костромские леса, просторы лугов и полей, добродушие крестьян, народные праздники с песнями и хороводами были ей по душе. С раннего возраста все отмечали её душевную тонкость, любовь к природе, экзальтированность, религиозность, странным образом уживавшуюся с мечтательностью.

Она была так хороша, что ею невозможно было не любоваться. Но девочка мечтала о монастырской жизни. Наташе были неприятны восхищённые взгляды, направленные на неё. Чтобы не быть такой красавицей, она нарочно часами подставляла своё лицо жарким лучам солнца и радовалась, когда ее лицо теряло нежность и очарование.

Младшая и любимая дочь боевого генерала эпохи наполеоновских войн Николая Николаевича Раевского и внучки М. Ломоносова, Софии Алексеевны, Мария родилась 1 апреля 1807 г. В доме Раевских царил патриархат. Девочка преклонялась перед чувством долга и беспримерным героизмом отца и братьев. В семье не раз звучал рассказ о том, как в предчувствии поражения под Салтановкой генерал приказал 17-летнему сыну Александру взять знамя, схватил за руку 11-летнего Николая и с возгласом: «Солдаты! Я и мои дети откроем вам путь к славе! Вперед за царя и Отечество!» – ринулся под пули. Тяжело раненный в грудь картечью, он видел, как его корпус разгромил троекратно превышающие силы противника. Пылкая и очень впечатлительная девочка только такими видела настоящих мужчин.

Машенька получила блестящее домашнее образование, знала несколько иностранных языков. Но страстным увлечением юности стали музыка и пение. Ее дивным голосом можно было заслушаться. Она без устали разучивала арии, романсы и блистательно исполняла их на званых вечерах, аккомпанируя себе на рояле.

В 15 лет Мария уже понимала и чувствовала многое. На формирование ее характера оказали влияние старшие братья и сестры. От Софьи она переняла педантичность, обязательность и страсть к чтению; от Елены – мягкость, чувствительность и кротость; от Екатерины – резкость и категоричность суждений; а от Александра – скептицизм и ироничность. Девушка словно чувствовала, что повзрослеть придется рано, и покоряла сердца мужчин уже на первых балах.

Князь Волконский зачастил в гости к генералу Раевскому, лишь только заметил красоту его младшей дочери Марии. Как бы ненароком он попадал на те вечера, когда девушка пела и зачаровывала всех нежным голосом.

Князь останавливался неподалеку от рояля и, бывало, весь концерт так и стоял, спиною прислонившись к колонне и наслаждаясь пением юной красавицы.

Позже Волконский вспоминал:
«Давно влюбленный в нее, я, наконец, решился просить ее руки».
Отец Марии недолго думал и согласился отдать любимую дочь за знатного и богатого князя.

Сила судьбы
В жизни девочки из Томска, дочери земского врача, обладательницы роскошной фамилии — такую можно носить как шлейф, — все было примерно так же, как у других девочек, которым выпало жить в начале страшного XX века.

Благополучное детство закончилось безжалостно рано: родители Лидии умерли, когда ей было 13, в Сибири тогда хозяйничали тиф и холера. Тетя увезла Лидию с собой в Харбин, а потом она уже самостоятельно перебралась во Францию с «нансеновским» паспортом.

В 22 года девушка практически не говорила по-французски (тем удивительнее, что впоследствии Делекторская перевела на язык Ронсара и Малларме полное собрание сочинений еще одного своего знаменитого друга, Константина Паустовского). А без знания языка какая работа? Сиделка или официантка — потолок для эмигрантки.

Говорят, юная Лидия, чтобы заработать себе на кусок хлеба, участвовала в безжалостных танцевальных марафонах и с голодухи, по собственному определению, позировала художникам. Вышла замуж за русского эмигранта Бориса Омельченко, но брак распался быстрее, чем она привыкла произносить слово «муж».

В 1932 году в Ницце Делекторская увидела объявление на автобусной остановке: художнику требуется помощь в мастерской. Просто художнику, без всяких уточнений. Просто помощница — не натурщица. Так Делекторская познакомилась с великим Анри Матиссом.

Матисс далеко не сразу разглядел в Лидии натурщицу. Более того, сначала она куда сильнее понравилась не самому художнику, а его жене Амели. Приятная, чистоплотная, ответственная девушка. Вряд ли Анри увлечется этой русской — мадам Матисс прекрасно знала, какой тип женщин вдохновляет мужа, потому что сама ему принадлежала (во всех смыслах слова «тип» и слова «принадлежать»).

Южная, горячая красота, а не сдержанный северный шарм Лидии. И хотя Делекторская была по-настоящему красива — правильные черты лица, стройное тело, золотистые волосы, — мадам Матисс, при всей ее наблюдательности и ревнивом характере, не заподозрила ничего такого. Матиссу ведь и в самом деле требовалась помощница, а Лидия оказалась довольно толковой и сразу поладила с мэтром. Пусть и говорила тогда по-французски еле-еле.