Много-много лет назад, когда деревья были зеленее, небо голубее, а ровесницы - моложе, опьяненные властью, рьяные латышские националисты в ультимативной форме потребовали у русской общины Прибалтики разговаривать с латышами только по-латышски, что я сразу горячо поддержал, призвав соотечественников неукоризненно следовать этому ультиматуму и старательно показывал (и до сих пор показываю) в этом пример, вызывая регулярное непонимание ершистых соплеменников.
И дело тут не в моём более чем оригинальном произношении, которое позволяет садистски заявлять, уклоняясь от предложений перейти на великий и могучий: "Нет уж, мы 40 лет слушали ваш русский, теперь послушайте наш латышский..." На латышском (как впрочем и на английском) я действительно говорю с удовольствием, не обращая внимания на скорбные лица носителей этих языков, вынужденных "наслаждаться" моим произношением.
Дело в том, что по происшествии 25 лет активного языкового прессинга, в латышской среде появилось и стремительно растёт число аборигенов, вообще никакого языка, кроме латышского, не знающих, что резко повышает конкурентоспособность русских детей, свободно говорящих и на русском, и на латышском, и еще на 2х-3х иностранных языках...
То есть латышские наци, искусственно загнав своих детей в монолингвальный мир, сами превратили их в неконкурентоспособных маргиналов, открыв "этим гадким русским" доступ к рабочим местам, которые не прочь бы были занять сами... А фарш обратно уже не провернешь. Русский - язык специфичный, если с детства им не пользоваться, в зрелом возрасте освоить ну очень сложно. Аналогичные сигналы идут из Эстонии, Литвы и других небратских республик, сделавших национализм визитной карточкой.
















Автомобильная авария разделила жизнь Марка на до и после. Он был талантливым художником, а стал сомнительным медиумом, не расстающимся с тростью. Он слышит и видит призраков, и они не дают ему покоя. Ему нужна помощь девушки, которая однажды уже спасла его. Рита живет с бабушкой, ищет работу мечты и остро нуждается в деньгах. Подработка в салоне магии не похожа на мечту, но за нее обещали прилично заплатить. И работать придется в паре с обаятельным, хоть и немного сумасшедшим медиумом. Кто же знал, что эта подработка изменит ее представление не только о мире вокруг, но и о себе самой?
Медиум, который перестал разговаривать с призраками, и целительница, которая не захотела помогать людям, – смогут ли они жить обычной жизнью или от способностей, дарованных свыше, нельзя отказаться? Четыре года Рите и Марку удавалось выглядеть нормальной семьей, и они надеялись, что так будет всегда. Рита знала, насколько опасно ей пользоваться даром, но когда кому-то требуется помощь, так сложно удержаться. Только правильно ли она понимает смысл своего дара? Способна ли отказаться от него навсегда, если появится такая возможность? И действительно ли они оба хотели стать обычными людьми?
Лондонский бедный квартал, вторая половина XIX века. Сью Триндер, сирота, выросшая среди воров и мошенников, не знает, что судьба странными узами соединила ее жизнь с юной наследницей богатого имения, живущего замкнуто и уединенно. И едва порог дома переступает неотразимый Джентльмен, начинаются приключения, захватывающие дух своей непредсказуемостью. 