Пляшет по струнам проворный смычок. Искрами - хохот и плач...
Скрипку вонзив кинжалом в плечо, шаманит сутулый скрипач.
Черные плети мятежных волос взлетают н

Omar Akram

*****************************************************************

ПОСЛЕ ДОЖДЯ
***
Возникшая у кромки леса,
Плывёт над лугом, погодя,
Полупрозрачная завеса
Живого, доброго, дождя.

*

Музыка Дождя ... Она прекрасна! Боль смывает с раненой Души. Никаким интригам неподвластна, Зла ростки безжалостно крушит.

Яростными, хлёсткими волнами Бьёт наотмашь, жалит и пьянит. Словно рокот мощного Цунами, Правда Жизни с нами говорит.

Может быть и чистым он и нежным, Прижиматься ласково ... к лицу, Каплями ... нечаянной ... Надежды Растекаться по оконному стеклу.

Может быть неистовым и страстным, Поцелуями по телу ... танцевать, Может быть и властым, и опасным. Может твоё сердце ... целовать.

Музыка Дождя ... Она чудесна! Надо только слышать, понимать. Может быть Спасеньем или Бездной, Нужно только Правду принимать..

.................................................................

автор слов

Людмила Антони 

Нынче ветрено и волны с перехлестом.

Скоро осень,

все изменится в округе....

.............................................................................................

Иосиф Бродский

*

Нынче ветрено и волны с перехлестом.
Скоро осень, все изменится в округе.
Смена красок этих трогательней, Постум,
чем наряда перемены у подруги.

Дева тешит до известного предела -
дальше локтя не пойдешь или колена.
Сколь же радостней прекрасное вне тела:
ни объятье невозможно, ни измена!

*

Посылаю тебе, Постум, эти книги
Что в столице? Мягко стелют? Спать не жестко?
Как там Цезарь? Чем он занят? Все интриги?
Все интриги, вероятно, да обжорство.

Я сижу в своем саду, горит светильник.
Ни подруги, ни прислуги, ни знакомых.
Вместо слабых мира этого и сильных -
лишь согласное гуденье насекомых.

*

Здесь лежит купец из Азии. Толковым
был купцом он - деловит, но незаметен.
Умер быстро: лихорадка. По торговым
он делам сюда приплыл, а не за этим.

Рядом с ним - легионер, под грубым кварцем.
Он в сражениях Империю прославил.
Столько раз могли убить! а умер старцем.
Даже здесь не существует, Постум, правил.

*

Пусть и вправду, Постум, курица не птица,
но с куриными мозгами хватишь горя.
Если выпало в Империи родиться,
лучше жить в глухой провинции у моря.

И от Цезаря далеко, и от вьюги.
Лебезить не нужно, трусить, торопиться.
Говоришь, что все наместники - ворюги?
Но ворюга мне милей, чем кровопийца.

*

Этот ливень переждать с тобой, гетера,
я согласен, но давай-ка без торговли:
брать сестерций с покрывающего тела
все равно, что дранку требовать у кровли.

Протекаю, говоришь? Но где же лужа?
Чтобы лужу оставлял я, не бывало.
Вот найдешь себе какого-нибудь мужа,
он и будет протекать на покрывало.

*

Вот и прожили мы больше половины.
Как сказал мне старый раб перед таверной:
"Мы, оглядываясь, видим лишь руины".
Взгляд, конечно, очень варварский, но верный.

Был в горах. Сейчас вожусь с большим букетом.
Разыщу большой кувшин, воды налью им...
Как там в Ливии, мой Постум,- или где там?
Неужели до сих пор еще воюем?

*

Хенк helmantel (голландский, род. 1945)

По-прежнему жизнь с яйцами,

кувшин и отток молока на столе

1970

Петербург весь шевелится, от погребов до чердака; с полночи начинает печь французские хлебы, которые назавтра все съест немецкий народ, и во всю ночь то один глаз его светится, то другой; Москва ночью вся спит, и на другой день, перекрестившись и поклонившись на все четыре стороны, выезжает с калачами на рынок. Москва женского рода, Петербург мужеского. В Москве всё невесты, в Петербурге всё женихи. Петербург наблюдает большое приличие в своей одежде, не любит пестрых цветов и никаких резких и дерзких отступлений от моды; зато Москва требует, если уж пошло на моду, то чтобы во всей форме была мода: если талия длинна, то она пускает ее еще длиннее; если отвороты фрака велики, то у ней, как сарайные двери. Петербург -- аккуратный человек, совершенный немец, на всё глядит с расчетом и прежде, нежели задумает дать вечеринку, посмотрит в карман; Москва -- русский дворянин, и если уж веселится, то веселится до упаду и не заботится о том, что уже хватает больше того, сколько находится в кармане; она не любит средины.

В Москве все журналы, как бы учены ни были, но всегда к концу книжки оканчиваются картинкою мод; петербургские редко прилагают картинки; если же приложат, то с непривычки взглянувший может перепугаться. Московские журналы говорят о Канте, Шеллинге и проч. и проч.; в петербургских журналах говорят только о публике и благонамеренности... В Москве журналы идут наряду с веком, но опаздывают книжками; в Петербурге журналы нейдут наравне с веком, но выходят аккуратно, в положенное время. В Москве литераторы проживаются, в Петербурге наживаются. Москва всегда едет, завернувшись в медвежью шубу, и большею частию на обед; Петербург в байковом сюртуке, заложив обе руки в карман, летит во всю прыть на биржу или "в должность". Москва гуляет до четырех часов ночи и на другой день не подымется с постели раньше второго часу; Петербург тоже гуляет до четырех часов, но на другой день, как ни в чем не бывал, в девять часов спешит в своем байковом сюртуке в присутствие.

В Москву тащится Русь с деньгами в кармане и возвращается налегке; в Петербург едут люди безденежные и разъезжаются во все стороны света с изрядным капиталом. В Москву тащится Русь в зимних кибитках по зимним ухабам сбывать и закупать; в Петербург идет русский народ пешком летнею порою строить и работать. Москва -- кладовая, она наваливает тюки да вьюки, на мелкого продавца и смотреть не хочет; Петербург весь расточился по кусочкам, разделился, разложился на лавочки и магазины и ловит мелких покупщиков. Москва говорит: "коли нужно покупщику, сыщет"; Петербург сует вывеску под самый нос, подкапывается под ваш пол с "Ренским погребом" и ставит извозчичью биржу в самые двери вашего дома. Москва не глядит на своих жителей, а шлет товары во всю Русь; Петербург продает галстухи и перчатки своим чиновникам. Москва -- большой гостиный двор; Петербург -- светлый магазин. Москва нужна для России; для Петербурга нужна Россия. В Москве редко встретишь гербовую пуговицу на фраке; в Петербурге нет фрака без гербовых пуговиц. Петербург любит подтрунить над Москвою, над ее аляповатостью, неловкостью и безвкусием; Москва кольнет Петербург тем, что он человек продажный и не умеет говорить по-русски. В Петербурге, на Невском проспекте, гуляют в два часа люди, как будто сошедшие с журнальных модных картинок, выставляемых в окна, даже старухи с такими узенькими талиями, что делается смешно; на гуляньях в Москве всегда попадется в самой середине модной толпы какая-нибудь матушка с платком на голове и уже совершенно без всякой талии. Сказал бы еще кое-что, но --
Дистанция огромного размера!..

Федор Петрович Толстой

«Букет цветов, бабочка и птичка» 1820 г.

Акварель, белила, коричневая бумага.

Государственная Третьяковская галерея, Москва.

....................................................................

Даже безмолвствуя, бери самый высокий тон.

С.Е.Лец

Я помню, как я встретила тебя...

Ты гулял под дождём...

И падали осенние листья...

..........................................................................................................

Память.. Осколки.. Босиком иду..
Сколько?...
Долго..? коротко?.. в тридевятое..?
Честность - игра азартная...
Докопавшись до истины..
Хочется ее закапать..
Для счастья.. нужно чего-то не знать..?
Вы серьёзно????!
Это же полный бред..
Любовь.. она "да" или "нет"..
Ложь ее убивает..
Кто "убитым был".. меня понимает. ..
Я не хочу понимать..
Как можно

Очень красивая песня и клип "аж слеза скатилась"

.............................................................................

Дере́вня — сельский населённый пункт с несколькими десятками домов.

На начало XX века основным отличием деревни от села являлись отсутствие церкви в деревне и размеры поселения.

Вопреки распространённому мнению, деревня называется так не потому, что дома в ней раньше были деревянные. В значении «крестьянское селение» слово деревня стало употребляться в XVII—XVIII вв. До того оно означало «двор», а ещё раньше — «пахотное поле». В литературном памятнике XVI в. — «Домострое» — можно встретить выражение «пахать деревню». А самое древнее значение деревни — очищенное от леса (то есть как раз от деревьев) место для нивы (некоторые полагают, что всё же «исходнее» было древний, то есть «старый, идущий из глубины веков»). Так, в литовском языке сохранилось слово dirva — «нива».

народное средство для зрения.




Во-первых, наши деды имели привычку по утрам окунать голову в холодную воду. Вода – мощнейшее средство для повышения глазного тонуса и расслабления глазных мышц. Очень полезно ежедневно промывать глаза холодной водой.

Не было лета, чтоб без налета стервятников хазарских
Сели славянские переживали.
Обложили данью непомерной,
Дочерей и сынов в пленение за море забирали.
Не было силушки на врага лютого в землях степных.
Созвали вече ношное, из всех деревень старейшины собраны.
И решили таково, на север слать сокола с вестью недоброй,
И кликать на помощь роду, богатырей, о коих, в песнях ведалось.
Знали лишь, что воины те, на реке Росене жили,
Во лесах дремучих, куда не один инородец добраться не мог.
И пустили соколика младого,
Род от Роду, на поиски народа могучего.
Посадили весть на коня доброго,
Самого сильного, что в округе искано.
Был тот конь рыж как огонь и буен как Ураган.
Четыре месяца воротилось округа свои,
Уж Вересень к своему первенству подошел,
Но не было вестей от гонца.
Закручинил люд, некие во скорбя отдались.
Но разнеслась весть о дружине, что с севера идет.
Числом тридцать три и во главе воевода бур медведь внук Стрибога.
Приняли словами добрыми гостей долгожданных,
Слезы на глаза и Рада на лица.
Воевода статный Горомир, сын Матери сырой Земли,
Речь держал красну, а сам был не ровен горам западным,
Но и не мал деревьев северных. А соколики русые,
Как на подбор, подстать Воде сваму.
Шеломы серебряна, солнца творены,
Щиты что есть, земля да снег.

Горе черное не застало себя ждать.
Днем следующим, как зоря свет наземь уронила,
Повела волока дым смрадный с юга,
И разнес тот дым весть недобрую.
Гром дневной, небо ясное, конями черными,
Сотворено земли дрожь, и страх мерзкой.
И кликал Вода братов сва, как гора,
Камень к камню, валун к валуну собрати.
И рать Славянска, что земля Мать стала,
Ударило в Землюшку копье черно и преломилось,
А ударили мечи булатные и славу сыскали.
Как стояли рати в числе тридцати трех,
Во главе с Горомиром грозным, так и стояли до второго солнца.
Возрадовался люд славянский,
Хвалу возносили Богам да внукам их.
На восходе солнца дневного третьего дня,
Рать во степи хазарски за Русью ушла,
Клятвой твердой, как булат мечей,
Обещано воинами, сынов матерям и отцам вернуть.
Кровь к крови, капля к капле,
Един должен быть Род наш, ибо в том сила,
То истина и завет Богов, Так сказано было,
Водой красноречью со горечью в словах.

Рать русая правью ведома, во поля чужие вступила.
Волками бежать ли, соколами лететь ли,
День ко дню, солнце за солнцем,
Сыскали явью ворога поганого и ударили булатом по сим,
Бежали хазарсие рати, в числе малом,
Ибо оставили тенью лежать Род свой в числе многом,
На земелюшке черной.
Яко до моря великого дошли рати славян,
Стали гнездом на бреге чутко.
Весть по землям инородным разнеслась,
Идут мол славяне, во поисках сынов земли своей,
И будут смерти за собой вести, покуда не вернут тех.
В дни когда морок на север пришел, ступили ратные воины во град,
Во град что пленил собой славян многих. Запылали дворы,
И весть недобрая понеслась, коли не воротят Русь до дому,
Смертью пасть всем. Испугались поганы люд правнуков Сварога,
Коим ведома дорога прави. Выпускали из железной неволи славян,
Ибо неволя для нас пуще смерти, воля славян это завет Богов.
И стала рать Руса больше числом в многи разы.
Сказал Вода буй тур: «Коли сынов от нашей Земли Мати отбирать кто будя,
То вернется им во зле это трикрат!»
Внемлют вороги слово то, и на память долгую приняли,
Рося же вертали ко дому.
Но не так прост путь рады, ибо ворогов у него,
День ото дня числом растет.
Кречетом крикивала беда новая,
Поперек стало войско черное,
От края до края, просвета не видывать.
Понял Горомир ясный соколик, что не вернуться им во Русь,
Не видеть неба ясного, не дышать лесом древним.
И последним наказ был, как принято у отцов наших,
Снять брони кованые и обрядится в белые рубахи,
Но число воинов тех, что в Ирий готовы были уйти,
Не тридцать три как ранее с Водой внуком Даждьбога,
А числом сотни более, ибо каждый муж славянский,
Воином себя кажет, и им является с детства раннего.

И сняли брони и шеломы воины славные,
Обрядились в рубахи белоснежные,
Как завещано было каждому сыну славянскому,
В час

Нет ничего для человека в жизни святее материнского чувства. Сын родной земли, живущий-кормящийся ее щедротами, Русский народ, дышащий одним дыханием с природою, исполнен к Матери-Сырой-Земле истинно сыновней любви и почтительности. Как пережившие не один, а два века сказания, так и чуть ли не вчера молвившиеся-сказавшиеся красные слова, облетающие из конца в конец неоглядный простор народной Руси, в один голос подтверждают это, ни на пядь не расходясь с бытом-укладом поздних потомков могучего богатыря Земли Русской Микулы-свет-Селяниновича, живущего на Святой Руси в старь стародавнюю.

В стихийной народной душе еще и до наших дней не умирает живущие сознание вековой связи с обожествляющийся супругой прабога Сварога, праматерью человечества, за которую слыла обнимаемая небом земля, сливающаяся с ним в едином плодотворящем таинстве.

«От земли взят, землей кормлюсь, в землю пойду!» - говорил хлебороб деревень Русских. Кормилицей зовет он землю, сторицей возвращающую ему засеянное в добрый час зерно, матушкой родимою величает. А это - слово великое. «Добра мать до своих детей, а земля - до всех людей!», «Мать-Сыра-Земля всех кормит, всех поит, всех одевает, всех своим теплом пригревает!», «Поклонись матушке-землице, наградит тебя сторицей!», «Как не добёр кто, а все не добрей Матери-Сырой-Земли: всяк приючает землю до гробовой доски, а земля приютит и мертвого!» - приговаривает народная молва, подслушанная своими пытливыми калитами-собирателями. «Всякому человеку - и доброму, и худому - земля даст приют!», «Умру - похоронят, поверх земли не положат!», «Век живёшь маешься, бездомником скитаешься, умрёшь - свой дом в сырой земле найдёшь!» - добавляет к этой молве свои подсказанные горемычной жизнью поговорки беднота-голь, живущая (по ее смешливому прибаутку) «против неба, на земле, в непокрытой улице». Недаром выплывают из глубины моря народного и такие слова, как: «Нужна рыбе вода, а птице вольная ширь поднебесная, а человеку - нет ничего нужнее, как Мать-Сыра-Земля, - умрёт, и то в нее уйдёт!», «Кому земля - мать родная, кому - родимая матушка, а кому и мачеха; да всё, как время придёт, и пасынка к сырой груди прижмет, не оттолкнет, не погубит - к себе возьмёт, на вечные веки приголубит!», «Корми - как земля кормит; учи - как земля учит; люби - как земля любит!».

Немало ходит по людям в деревенской-посельской Руси всяких пословиц, поговорок, присловий и прибауток о том, как и чем питает своего пахаря земля-кормилица. Всё это красное богатство слова сводится к действительной вере в сердце народного, в которой отразилась простодушная мудрость многовекового опыта трудовой жизни под властью земли.

Мать-Сыра Земля представляется обожествляющим природу Славянам живим человекоподобным существом. Травы, цветы, кустарники и деревья, поднимающиеся на ее могучем теле, кажутся пышными волосами... «Земля сотворена, яко человек», - повторяется об этом, в несколько изменённом виде, в одном из позднейших летописных памятников: «Камение яко тело имать, вместо костей корение имать, вместо жил древеса и травы, вместо власов былие, вместо крови - воды»... Рождавшая

На западе Тибетского нагорья находится удивительная гора Кайлас с четко выраженной пирамидальной формой. В этом фильме из цикла «Земля. Территория загадок» вы узнаете, какие древние легенды связаны с горой Кайлас и что произошло с российской экспедицией альпинистов, пытавшейся взобраться на вершину в 2006 году. Все попытки людей покорить гору Кайлас заканчивались полным провалом. Беда настигала альпинистов либо сразу во время восхождения, либо уже после. Например, все члены америк

Обязательно воспользуйтесь этим рецептом.

Благодаря такому восхитительному соусу блюдо заиграет новыми вкусовыми красками и получится невероятно нежным и сочным.
Ингредиенты:
— Лосось - 1 кг 
— Сливочное масло - 50 г 
— Мёд - 1 ст. л. 
— Дижонская горчица - 1 ст. л. 
— Соевый соус - 2 ст. л. 
— Соль по вкусу 
— Чёрный перец (молотый) по вкусу
Приготовление
— Чтобы приготовить ароматный соус, поместите в сотейник сливочное масло, мёд и дижонскую горчицу, влейте соевый соус.
— Постоянно помешивая, растопите на медленном огне масло. Снимите сотейник с огня и еще раз хорошенько всё перемешайте.
— Рыбу посолите и поперчите, выложите её на застеленный пергаментом для запекания противень, залейте соусом и отправьте в разогретую до 200 градусов духовку на 10–15 минут.

Приятного аппетита!

«А счастье, по-моему, просто

Бывает разного роста:

От кочки и до Казбека -

В зависимости от человека».

Э. Асадов.

...................................................................................................

Для людей старшего поколения эта пачка папирос наиболее узнаваема. Только «Беломорканал» - дизайнерская находка 50-х годов- делил ту популярность. Гурманы говорят, что от папирос «Казбек» исходил приятный кисловатый привкус. Если «Беломорканал» самим названием напрямую связан с историей нашего государства и его деспотическими методами строительства светлого будущего на костях соотечественников, то папиросы «Казбек» ассоциировались со свободной жизнью летящего во весь опор всадника. Сочетание синего неба, бело-голубых склонов гор и тёмного профиля всадника в вихре полёта действительно создают впечатление простора и величия. Но картинка, как часто бывает, обманчива. И та, и другая пачки, как ни странно, связаны с одним человеком – «отцом всех народов» Сталиным. Автор дизайна пачки папирос «Казбек» - художник Роберт Грабе - в тридцатые годы создал рисунок, напоминавший Сталину о его родине. Инициатива создания папирос исходила от работников «Табактрест». Понятно, что эта «добровольная» инициатива принудительно корректировалась работниками НКВД. Угодили ребята, ибо сам Сталин одобрил папиросы и утвердил рисунок на пачке. После его одобрения папиросы вошли в число наиболее престижных.

Так всё-таки Казбек ли изображён на пачке? Вряд ли художник видел эту гору, поскольку изображение далеко от истинной картины. Сравните сами. Вершина Казбека – округлая заснеженная шапка, хотя и двуглавая, но никак не остроконечная. Да созерцал ли её сам Сталин? Его родное село Гори находится достаточно далеко от этого района. И всё же он не мог не видеть вершину из Владикавказа. Сталин бывал там. А в хорошую погоду Казбек выделяется на фоне прикрытых серовато-синеватой вуалью гор. На пачке - некий символ, с реальной горой папиросы связывает только название. Тогда возникает вопрос: «Почему же именно эта, а не иная гора?» Ответ достаточно прост: Казбек был и остаётся первой по высоте вершиной Грузии. Он же был наиболее известен массовыми восхождениями, заложившими основы альпинизма в Советском Союзе.

Прошло время. Изменились приоритеты. Папиросы «Казбек» практически исчезли с прилавков магазинов. По спортивной известности Казбек уступил место Ушбе, той самой Ушбе, гордостью Сванетии и всей Грузии, символу неприступности и спортивного мастерства. И всё же речь пойдёт о Казбеке…

*

Не знаю, как Вам, а мне о Казбеке хочется сказать что-то тёплое и приятное. Такая аура исходит от него. Лучше, чем сказал Пушкин, вряд ли удастся. Поэтому я напомню его стихи, но сначала приведу цитату из главы V «Путешествия в Арзрум»: «…Переезд мой через горы замечателен был для меня тем, что близ Коби ночью застала меня буря. Утром, проезжая мимо Казбека, увидел я чудное зрелище. Белые оборванные тучи перетягивались через вершину горы, и уединенный монастырь (*), озаренный лучами солнца, казалось, плавал в воздухе, несомый облаками».

[200x0]

(*) Уединенный монастырь — старинная церковь Цминда Самеба. Один из самых высокогорных храмов - Троицкая Церковь в Гергети возведена на горе высотой 2170 м (регион Казбеги, что на 150 км севернее Тбилиси). Судя по проекту, церковь и колокольня предположительно были построены в XIV-м столетии. Живописная

Фото Сани и Зины.

Сергей Маврин – соло/ритм гитары, акустика, клавиши, бас, гусли

По струнам в душе...

..................................................

Музыка/аранжировки - С. Маврин

Запись - MDS, SOUNDSKY, Восход, Ambisonic studio(LA). 2017.

Запись и сведение барабанов - Д. Завидов

Звукорежиссёр – С. Маврин

МЕТЕЛЬ (Сергей Маврин - Анна Балашова)

2. СЕВЕРНЫЙ ОГОНЬ (Сергей Маврин - Дмитрий Ревякин)

3. БОЛЬ, ЧТО ОСТАЛАСЬ ОТ НАС (Сергей Маврин - Анна Балашова)

4. ЛАБИРИНТ (Сергей Маврин)

исполнитель С.Маврин

......................................................................................

Сегодня приведу стихотворение Тонино Гуэрра, которое, надеюсь, будет зачитано в марте у одного из зажженных костров. Оно было эпиграфом к сценарию Амаркорда.
Я знаю, знаю, знаю
У человека в 50 лет всегда чистые руки. 
И я их мою три раза в день. 
Но лишь когда они грязные 
Я вспоминаю себя ребенком. 
(Подстрочник)
Лора Гуэрра

Видеоряд к песне "Благодать".

..........................................

Ревякин Дмитрий Александрович - российский музыкант, поэт, композитор.

Создатель и лидер группы «Калинов мост».

Жанры фолк-рок, христианский рок.

Христианский рок (англ. Christian rock) — разновидность рок-музыки, посвящённая теме христианства.

Группы христианского рока исполняют песни о Боге, вере и душе, ...

Христианский рок выделяется исключительно по текстам, он не имеет своих музыкальных характеристик

и может исполняться в самых различных по технике стилях рок-музыки.

Ревякин Д.А. проживает в Москве, продолжает активную творческую деятельность в составе группы «Калинов Мост», активно гастролирует. Родители живут в посёлке Первомайском Забайкальского края..

30 августа 2017 года Дмитрий Ревякин вместе с гитаристом Александром Бадажковым записывает сольник «Змееборец».

............................................................................

Н. Н. Жуков родился в 1908 году в Москве. Первые 7 лет он провел в Вятке, откуда в 1916 году переехал в Елец. Его отец был юристом, адвокатом. Но корни Жукова — это Нижегородское, волжское купечество. Купцами были дед и прадед художника. Образованные люди с прогрессивными взглядами. Прадед Жукова, Иван Александрович Жуков, выпускал в Рыбинске газету; дед Жукова, Николай Иванович Жуков, был награжден медалью за успехи в развитии промышленности и народного хозяйства. Он настаивал, чтобы его сын учился. Поэтому отец художника, Николай Иванович, окончил юридические факультеты Петербургского и Берлинского университетов.

главное - у горы есть характер.

далеко не всем удаётся дойти до вершины....

....................................................

Сегодня мне позвонил мой брат Дима. Он путешествует по Кавказу на машине.

Я зову его Маугли. Ночует часто под открытым небом. Горы - его стихия.

И везде он встречает отзывчивых людей. Потому что отзывчив сам.

Кого-то подвезёт, кому-то поможет. И ему помогают часто безвозмездно.

Мой брат ничего не загадывает и

живёт по принципу: как Бог даст.

наблюдение из жизни

Восход в горах  фото Ирина Русина