«Что для вас эти 40 дней без Галины Борисовны?» — спросила я у тех, кто был рядом с ней пятьдесят, тридцать, двадцать лет, а кто-то — и того меньше. От артистов до монтировщиков спросила. Их эмоции, чувства, истории сложились в удивительный и, что самое ценное, очень исповедальный пазл под названием «Мои 40 дней без Волчек». Такими бывают разве что личные письма. Вот они.












Современники восхищались масштабностью личности Григория Александровича Потемкина. 

