Итак нет ныне никакого осуждения тем, которые во Христе Иисусе живут не по плоти, но по духу, потому что закон духа жизни во Христе Иисусе освободил меня от закона греха и смерти. Как закон, ослабленный плотию, был бессилен, то Бог послал Сына Своего в подобии плоти греховной в жертву за грех и осудил грех во плоти, чтобы оправдание закона исполнилось в нас, живущих не по плоти, но по духу (8:1−4)
Хотя Библия — это книга, предлагающая Благую весть о спасении от греха, она также сообщает и о плохой вести — осуждении за грех. На земле нет ни одной книги или собрания сочинений, которые бы так полно и ярко свидетельствовали об абсолютно безнадежном положении человека без Бога.
Библия свидетельствует, что со времени грехопадения все приходящие в мир люди обладают греховной природой. Сказанное Давидом о себе справедливо для каждого человека: «Вот, я в беззаконии зачат, и во грехе родила меня мать моя» (Пс 50:7). Ранее в своем Послании к Римлянам Ап. Павел заявил: «Все согрешили и лишены славы Божией» (Рим 3:23). Из-за этой всеобщей и врожденной греховности все неверующие находятся под Божьим осуждением, они — «чада гнева» (Еф 2:3).
Человек не просто испытывает влияние греха, грех подавляет человека, и никто не может избавиться от этого влияния своими собственными силами. Грех — растлевающая болезнь, которая развращает каждого человека, разрушает каждую личность, тревожит каждую душу. Он лишает душу мира и радости и взамен приносит горе и страдание. Грех вплетен в каждую человеческую жизнь, и эта смертоносная сила порождает всеобщую греховность, которую никто не может исцелить.
Грех отдает людей во власть сатаны — правителя существующей мировой системы (Ин 12:31). Они находятся под управлением «князя, господствующего в воздухе» и «действующего ныне в сынах противления» (Еф 2:2). Как напоминал Павел ефесским верующим, все христиане были когда-то частью этой системы зла (ст. 3). Иисус заявил, что сатана — духовный отец каждого неверующего (Ин 8:41,44) и «кто делает грех, тот от диавола, потому что сначала диавол согрешил» (1Ин 3:8; ср. ст. 10).
Из-за греха весь род человеческий рожден в рабстве страданий, болезней и смерти. Один из друзей Иова правильно заметил, что «человек рождается на страдания, как искры, чтоб устремляться вверх» (Иов 5:7). Из-за греха вся «тварь покорилась суете... стенает и мучится доныне» (Рим 8:20,22).
Из-за греха падшее человечество наследует Божье наказание. Всем невозрожденным грешникам свойственно «некое страшное ожидание суда» и ярости «огня, готового пожрать противника» (Евр 10:27). Грешник, который беззаботно живет без Бога, подобен Домоклу на банкете Диониса — над его шеей на одном конском волоске висит меч, который в любой момент может сорваться и отправить его в потусторонний мир.
Из-за греха на душе грешника лежит проклятие. Среди последних слов, сказанных Иисусом на земле, были такие: «Кто не будет веровать, осужден будет» (Мк 16:16). Павел заявил, что тот, «кто не любит Господа Иисуса Христа, анафема» (1Кор 16:22) и что «все, утверждающиеся на делах закона, находятся под клятвою. Ибо написано: «проклят всяк, кто не исполняет постоянно всего, что написано в книге закона» (Гал 3:10; ср. 2Фес 1:8).
Взято из интернета.
😔В Благовещенске кошка оказалась запертой в квартире без воды и еды. Зоозащитники попытались накормить животное через замочную скважину и дверной глазок.
Как стало известно волонтерам, хозяин питомца умер. Какое-то время пустующую квартиру и кошку навещали родственники мужчины. Сейчас, по словам соседей, уже больше недели кошка заперта в квартире по улице Политехнической, 84/4.
— Мы обратились в полицию, приехал участковый, зафиксировал факт, но, к сожалению, причин для вскрытия квартиры нет. В органах нам говорят, что проблема решается. Были, конечно, вандальные мысли — разбить окно (квартира расположена на первом этаже), но пытаемся решить вопрос в рамках закона, — рассказала волонтер Ольга Ефремова.
Вечером 13 апреля зоозащитники нашли способ накормить кошку через дверь.
«Кошка на кошачьем громко говорила спасибо и громко хрустела кормом, что было слышно из-за двери. Напихали ей корма в дверной глазок, потом ртом через трубочку в замочную скважину и глазок налили воды», — написала волонтер в соцсетях.
Если вы чувствуете боль, значит, вы «живы» ... Но если вы чувствуете чужую боль, значит, вы «человек» ..❤
[288x450]Давайте говорить...
- Уродина! Толстая! Прыщавая! Жаба! На тебя никогда и никто в жизни не посмотрит! Дочка старьевщика! У тебя одежды нормальной нет, ходишь в обносках! И чтобы больше глазки Никите не строила, жаба! Поняла? Иначе огребешь по полной! – с этими словами пятеро девочек толкали одну.
Та пыталась закрываться сумкой и горько плакала. Мы как раз гуляли с собакой в парке, когда развернулось это действо.
- Ребята! Прекратите ссориться! Не обижайте девочку! - крикнула я и пошла по направлению к ним.
Нападающие моментально похватали поклажу и унеслись. Девочка осталась. Она сидела на корточках и горько всхлипывала. Полненькая, очень скромно одетая. Моя Боня подошла к ней и лизнула в щеку.
Девочка, наконец, взглянула на нас. Несчастное личико со следами юношеского взросления. Наверное, некоторые помнят те самые прыщи, которые так мучают, и переживаешь из-за них в юности. Волосы гладко прилизанные и заплетенные в косичку. Но главное – глаза. Невообразимо прекрасные! Огромные, кристально-зеленого цвета в обрамлении пушистых ресниц.
- Спасибо. Что их вспугнули. А можно собаку-то погладить? - всхлипнула девочка.
- Конечно! Ты давай, успокаивайся. Пойдем вон, на лавочке устроимся. Не идти же тебе домой с таким лицом. Только маму расстроишь! – проговорила я.
- Да. Вы правы. У мамы сердце слабое. Она у меня дома сидит. Болеет сильно. А папа дворником работает. Еще у меня две сестры. Папа немного зарабатывает. Денег не хватает. Мы вещи друг за другом донашиваем. А в школе надо мной смеются. Вырасти бы поскорей, да работать пойти. Почему надо издеваться над теми, кто живет хуже других? Меня еще бомжихой обзывают. А Никита мне не нужен, я просто ему задачу помогла решить! Я же не виновата, что девчонки все одеты хорошо, красивые, а я страшная, ненавижу эти прыщи. И вещей у меня модных нет, только бабушкин сундук, - в прекрасных зеленых глазах снова появились слезы.
- Ничего ты не страшная. У тебя глаза чудесные. Такие только фотографировать! И ресницы пушистые, длинные, как с картинок! А что прыщики, ерунда, они пройдут. Что касается твоей одежды, надо что-то придумать. На пока. Ну, есть вот такой стиль. Винтаж. Он тебе пойдет очень, - принялась рассуждать я.
Мы проговорили долго. Обо всем. Я пыталась сказать этой девчушке, Марине, что все проходящее. И не надо обращать внимания на злые слова. И что в ней много чего от красавицы есть. В конце концов, расстались, улыбаясь. Она еще долго махала мне вслед. И выражение затравленного зверька исчезло из ее прелестных глаз.
Это было пару лет назад. А недавно мы снова встретились. Красивая высокая девушка, небрежно распущенные волосы, платье с кружевным воротничком. Те самые чудные глаза.
- Вы меня помните? Ой, спасибо вам! Если бы не вы… Я же тогда домой пришла, еще поревела. А потом давай бабушкин сундук потрошить! С мамой перешивали наряды, мне потом все в школе завидовали. Волосы научилась по-другому укладывать, прыщики, они ж прошли! Тут познакомилась с мальчиком, он мне все говорит, что глаза у меня, как весеннее небо. А еще я в школу моделей хожу! Похудела вдруг так просто, никакие диеты не использовала. Изросла, что ли? Но в тот ужасный день у меня много мыслей было нехороших. Не знаю, не встреть вас, чтобы и получилось. Дома у нас тоже все наладилось! Мама так увлеклась шитьем, что теперь заказы на дом берет, она же училась когда-то на закройщика! – смеясь, проговорила Марина.
А я думала о том, почему люди друг друга обижают. Говорят плохое.
Она выросла, эта девочка. Гадкий утеночек превратился в прехорошенького лебедя. Зачем же было травить ее когда-то? Я заметила странную особенность. Сказать хорошее становится чем-то из ряда вон выходящим. Куда как чаще можно услышать фразы:
- Ой, ну тебя и разнесло, что ж толстая-то такая!
- Что, одна до сих пор? Ну, правильно, мужиков-то нормальных всех разобрали. Теперь тебе или вдовца искать, или вообще одна куковать будешь.
- Детей все нет? Жалость-то какая! А у других есть. Муж-то от тебя уйдет, раз их нет, бросит. По любому.
- Сапоги какие смешные! Я бы себе такие никогда не купила!
- Все в старом пуховике ходишь? У людей вон, шубки навороченные. Стыдно в таком возрасте да в такой жалкой курточке.
- Все там же работаешь? Копейки платят. Бедная ты, бедная.
- Что-то цвет лица у тебя не очень.
- Ну, Петрович у тебя и живот, будто футбольный мяч проглотил!
- Ходишь все грустный, смотреть противно! Болеешь поди чем?
А что мешает сказать другое, а? В любом человеке всегда найдется что-то да хорошее. Можно похвалить глаза, свежий цвет лица, одежду, поступок. Улыбнуться, подарить радость. Сделать комплимент. И расцветет на глазах человек, недаром же есть поговорка о том, что доброе слово – оно и кошке приятно. Агрессия и злоба никому кармы хорошей не добавят. Нельзя высмеивать людей за то, что они живут хуже, плохо одеты, не так красивы.
Один человек пришёл в парикмахерскую, чтобы его, как обычно, подстригли и побрили.Он разговорился с парикмахером, который его обслуживал. Говорили о разном, и вдруг, разговор зашёл о Боге.
Парикмахер сказал: - Что бы вы мне ни говорили, а я не верю, что Бог есть.
- Почему? - спросил клиент.
- Ну ведь это же и так ясно. Достаточно выйти на улицу, чтобы убедиться, что Бога нет. Вот скажите, если Бог существует, откуда столько больных людей? Откуда беспризорные дети? Если бы он действительно существовал, не было бы ни страданий, ни боли. Трудно представить себе любящего Бога, который допускает всё это.
Клиент на мгновение задумался, но решил промолчать, чтобы не вступать в спор.
Когда парикмахер закончил свою работу, клиент ушёл. Выйдя из парикмахерской, он увидел на улице заросшего и небритого человека (казалось, что тот не стригся целую вечность, настолько неряшливо он выглядел). Тогда клиент вернулся в парикмахерскую и сказал парикмахеру: - Знаете, что я вам скажу? Парикмахеров не существует
. - Как это так? - удивился парикмахер. - А я разве не в счёт? Я же парикмахер.
- Нет! - воскликнул клиент. - Их не существует, иначе не было бы заросших и небритых людей, как вон тот человек, который идёт по улице. -
Ну, мил человек, дело ж не в парикмахерах. Просто люди сами ко мне не приходят
. - В том то и дело! - подтвердил клиент. - И я о том же: Бог есть. Просто люди не ищут его и не приходят к нему. Вот почему в мире так много боли и страданий.
Мы с сыном стоим на автобусной остановке.
Мы никуда не едем, мы шли за продуктами, и на остановке меня застал телефонный звонок, и я стою-разговариваю, а сын присел на скамейку.
Автобуса давно не было, поэтому народу много.
Около остановки тормозит старая, разбитая, почти раритетная "Волга". За рулем - забавный дедушка в очках.
Кричит с водительского места:
- Кого довезти? На моём супер-такси!
Народ улыбается, но никто не садится к дедушке в "коробчонку".
- Да не бойтесь, садитесь, не развалится экипаж, обещаю! Тридцать лет не развалился, и сейчас не развалится! - хохочет неунывающий дедушка.
Народ на остановке стоит как вкопанный. Вдалеке показался автобус. Я понимаю: никто не сядет к дедушке в машину.
Я экстренно сворачиваю телефонный разговор.
Кричу дедуле:
- До метро не добросите?
- Конечно! Садитесь. Я б вам дверь открыл, но я инвалид , дольше выковыриваться буду.
- Да мы сами, - отвечаю я и киваю сыну, мол, садись.
- Мам, зачем нам к метро? - удивленно спрашивает сын.
- Надо. Потом объясню. Садись, - отвечаю я, пристегивая сына на заднем сидении. Там нет бустера, но хоть ремень есть.
Сама сажусь вперед.
- Анатолий, - представляется дедушка. - Для вас деда Толя.
- Ольга, - представляюсь я. - Для вас Оля.
- Даня, - представляется сын. - Для вас Даня.
Мы втроем смеёмся.
- Спасибо за возможность побомбить, - говорит деда Толя. - Сложно сейчас. Вот боремся и не сдаемся. Не унываем. Мало кто рискует сесть ко мне. Думают, что развалюха. Сломается по пути. А она - ласточка!
- Ласточка-ласточка, - соглашаюсь я.
Между тем едем мы медленно, километров 20 в час.
- Вот это скорость, аж дух захватывает! - шучу я.
Деда Толя понимает юмор, заливисто смеется.
- Часто бомбите, дядь Толь? - не могу я его "дедом" звать. Он еще ого-го.
- Часто. А что дома делать? В ящик лупить? Так сойти с ума можно. Я фильмы советские люблю, рязановские. А их редко показывают. На новый год только. Я лучше покатаюсь. Сейчас таксистов полно, на любой вкус и кошелек, все на иномарках. Люди избалованы комфортом. Девушки вроде вас никогда ко мне не сядут. В шубе тем более. Стыдно, наверное, на ведре с гвоздями ездить. Я согласен, до Мерседеса нам с ласточкой далеко. Только бабули с рынка и соглашаются прокатиться, но с них я не могу денег взять. Я же мужик. Или кто-то случайный, залетный. Вот и получается, что я такое бесплатное такси. Пенсии по инвалидности хватает как раз на бензин, - говорит деда Толя и хохочет.
Он не жалуется и не прибедняется. Это его жизненный стендап. Он меня развлекает историями из собственной жизни.
- У вас с ласточкой служебный роман, - улыбаюсь я.
- Да-да-да! Это мой любимый фильм!
- И мой! - радуюсь я. - Я его почти наизусть знаю. "По 50 копеек, Новосельцев, сдавайте. На венок и на оркестр. — Если сегодня ещё кто-нибудь умрёт или родится, я останусь без обеда".
- "Возьмём, к примеру, опята. Они растут на пнях. Если придёшь в лес и тебе повезёт с пнём, то можно набрать целую гору... пней... ой, опят..."
Я смеюсь и продолжаю игру в цитаты:
— "Грибы вас мало интересуют, я так понимаю...— Правильно понимаете. — Ягоды не интересуют? - Только в виде варенья.— А стихи... в виде поэзии... как вы к ним?"
Дедушка улыбается. Говорит:
— Меня вчера муха укусила.
— Да. Я это заметила, - говорю я.
— Или я с цепи сорвался.
— Это уже ближе к истине.
Мы с дядь Толей вдвоем хохочем.
- Никогда не цитировал "Служебный роман" по ролям!
— И я - никогда. А вот эту финальную фразу помните? "Куда едем? "
— "Прямо!"
Я с удовольствием смотрю на дедушку, говорю проникновенно:
- Здорово, что Вы не унываете.
- Уныние -это грех! - дядь Толя наставительно поднимает палец. - А вы почему ко мне сели, Оль? Пожалели?
- Нет, ну, что вы! Мы к метро спешим.
Он смотрит на меня внимательно. Мы стоим на светофоре. Я не отвожу глаз.
- Ты добрая, Оля. Спортсменка, комсомолка и просто красавица. И мне все про тебя понятно. Я так давно не возил красивых. И добрых. Я поэтому я денег не возьму. Так и знай.
- Хорошо, дядь Толь, - легко соглашаюсь я.
Он тормозит у метро. Там стоянка запрещена. Я велю сыну быстрее выйти из автомобиля, а он замешкался с ремнем.
- Будете у нас на Колыме, милости просим, - говорит мне дедушка в окно.
- Нет, уж лучше вы к нам! - смеюсь я в ответ.
Дядь Толя замечает тысячу рублей на сидении и меняется в лице.
- Тут деньги выпали, Оля, деньги...
- Вы чудесный человек, дядь Толь. А ваша ласточка - лучшее такси на свете. Я так душевно давно не ездила. И это дороже денег, поверьте. Берегите себя, дядь Толь. И ласточку свою берегите, - говорю я, и мы с сыном машем ему в окно.
Он порывается выйти, но сзади сигналит нетерпеливый автобус, а мы с сыном убегаем, спускаемся в метро, ему нас не догнать, и дядь Толя, шутливо погрозив мне пальцем, вынуждено трогается с места.
Я бросаю прощальный взгляд на "Волгу".
На
Недавно один мужик жаловался в интернете на жену. Не могу, говорит, с ней больше спать, нет у меня желания, растолстела! Развожусь!
А я вот что вспомнила. Вспомнила историю про Зинаиду Туснолобову, которая случилась в годы войны.
Когда началась война, эта девушка пошла на курсы медсестер. В 1942-м попала на фронт. За 8 месяцев вынесла на себе 123 раненых бойца. В одном из боев в феврале 1943-го ее помощь потребовалась командиру. Тут ранило и её, перебило обе ноги. К ней подошел немец. Ударил ногой в живот, бил прикладом — по лицу, голове. Но, к счастью, почему-то не выстрелил. Поэтому девушка осталась жива.
Снег вокруг раненной девушки был весь в крови. Кое-как ее вырезали из него и отправили в госпиталь. Но там оказалось, что необходимо ампутировать и руки, и ноги — гангрена. Так в 22 года она потеряла на войне руки и ноги.
Жениху своему девушка попросила медсестру написать такое письмо: «Милый мой, дорогой Иосиф! Прости меня за такое письмо, но я не могу больше молчать. Я должна сообщить тебе только правду… Я пострадала на фронте. У меня нет рук и ног. Я не хочу быть для тебя обузой. Забудь меня. Прощай. Твоя Зина».
А вскоре пришел ответ. «Родная моя страдалица! Никакие несчастья и беды не смогут нас разлучить. Нет такого горя, нет таких мук, какие бы вынудили забыть тебя, моя любимая. И у радости, и у горя — мы всегда будем вместе. Я — твой прежний, твой Иосиф».
И девушка воспряла духом. И научилась снова ходить, писать, жить. И писала письма в газеты обрубком руки, и выступала перед людьми. И просила: отомстите за меня. И в бой шли танки, летели самолеты с надписью: «За Зинаиду Туснолобову!»
А после войны они поженились. Жили, работали, родили детей. Муж не считал свою Зину дефективной, не замечал увечья. Просто любил. Просто жил. И дети рождались, видимо, не от святого духа. И к другим девушкам, которых после войны было много, одиноких, уйти не хотелось. Может быть, потому, что любовь видит в человеке главное и не видит частностей…
Поэтому любящему и инвалидность не преграда. А не любящему – и пять килограммов критическая отметка.
[604x604]
