Никогда еще с момента окончания холодной войны Москва не подвергалась столь мощному давлению со стороны Запада. В европейских и американских СМИ образ России и лично Владимира Путина предельно демонизирован. При этом не стоит переоценивать «жадность» европейцев, которая не позволит им ввести против России по-настоящему серьезные санкции, как и рассчитывать на то, что страны БРИКС поддержат ее в ущерб своим интересам. Об этом в интервью «Ленте.ру» рассказал глава Совета по внешней и оборонной политике (СВОП) Федор Лукьянов.
«Лента.ру»: Федор Александрович, насколько беспрецедентна ситуация в которой сегодня оказалась Россия? Существует точка зрения, что Москве не привыкать к дискриминации со стороны Запада, поэтому нынешние санкции — это неприятно, но не смертельно. Обоснован ли такой подход?
Лукьянов: Санкции — это, конечно, не смертельно, но в случае их полноценного введения, имеются в виду секторальные санкции против целых отраслей экономики, они значительно ухудшат экономическую ситуацию и потребуют введения в действие совсем другой модели развития. По-моему, ее пока не существует, не разработаны механизмы на случай серьезной блокады со стороны Запада. Несмотря на специфику развития российской экономики, которая никогда так глубоко не погружалась в современную глобальную среду, как, например, Китай, Россия очень тесно связана с мировыми рынками и особенно с Европой. Так что отмахиваться от санкций, как от чего-то малозначащего, не стоит. Я бы не рассчитывал и на «жадность» Европы. Без сомнения, санкции против России ей чудовищно невыгодны. Но давление со стороны США очень мощное, а информационная картина вокруг Украины и сбитого «Боинга» становится предельно жесткой. Международные медиа фактически делают из России «государство-изгой», я не помню в прошлом столь мощной информационной атаки.
Можно сказать, что ситуация беспрецедентна: Россия в подобном положении точно не была, а место Советского Союза в международной системе было все-таки другим. СССР был минимально включен в отношения взаимозависимости с противниками, так что в ту пору ограничения были совсем иными, имело место системное сдерживание, но Советский Союз в общем-то на особое экономическое сотрудничество и не рассчитывал. Россия же все предшествующие годы развивалась, исходя из того, что она тем или иным образом «врастает» в глобальную экономику и использует ее возможности, пусть и пытаясь дозировать, регулировать ее воздействие. Во времена СССР невозможно было представить, что отечественный ВПК получает какие-то комплектующие из стран НАТО, а сейчас это так. Понятно, что это создает дополнительные рычаги воздействия. Достаточно посмотреть, как выкручивается бедняга Олланд, чтобы не поддаться американскому давлению по поводу «Мистралей». Но если Европу все же «сломают», а на мой взгляд, к этому все и идет, урон России будет немалым.
Иными словами — оснований для паники нет, но рассчитывать надо на серьезное политико-экономическое и информационное противостояние, с которым Россия после 1991 года не сталкивалась. В такой ситуации очень много зависит от слаженности и эффективности работы государственной машины принятия и исполнения решений, от того, насколько точно руководство понимает масштаб и глубину проблем. Оценить все это не представляется возможным, поскольку современное российское государство весьма непрозрачно в том, что касается реальных схем
