Информационно-аналитический портал «НьюсБалт» взял большое интервью у координатора Международного освободительного фронта «Русский вектор-Украина» Оксаны Шкоды, ещё несколько дней назад числившейся погибшей от рук киевской хунты.
- Оксана, сначала хотелось бы сказать, что очень рады тебя видеть живой и невредимой. Хорошо выглядишь, по тебе и не скажешь, что неделю назад пробиралась по вражеским тылам. Поделись, как удаётся держать себя в форме?
- Ну, во-первых, я знала, куда ехала. Формы мы стараемся не терять, даже находясь в тех местах, где я находилась. Ещё и сила воли срабатывает, хотя иногда бывают моменты, когда руки опускаются. Но я понимаю, что этого нельзя делать. Истерики ни к чему. А вот маникюр – обязательно, даже на войне.
- А как это - знать, что тебя уже многие вычеркнули из числа живых?
- Узнала из интернета. Было три версии гибели. Конечно, страшно читать на себя некрологи, хотя по ним видишь – кто есть кто. Вообще, бытует мнение, что о покойниках – либо хорошее, либо – ничего. В моём же случае даже под сообщениями о гибели столько дерьма было вылито! Опровергать ничего не могла, так как находилась в опасном месте. Решила, раз уж такая информация, пусть каратели считают погибшей… Так легче вырваться. Огромное спасибо всем друзьям за поддержку!
- Для всей нашей редакции, а для меня – в особенности, было большим сюрпризом вдруг узнать, что ты у Стрелкова. Если не секрет, конечно, как удалось туда попасть?
- На территорию Донбасса я поехала абсолютно добровольно, и помимо желания узнать обстановку в регионе, моей целью был именно Славянск: на тот момент это была самая «горячая точка». Хотя до того, как попасть в осаждённый город, я в ожидании «коридора» находилась в других городах Донецкой народной республики: это Горловка, Константиновка, Дружковка, Дзержинск, Краматорск. Я там везде побывала, общалась с ополченцами и мирными жителями. Конечной точкой стал Славянск, из которого выбираться было уже в то время некуда. Соответственно, я осталась там, где и хотела остаться.
- Оксана, ты - не профессиональный военный, но не у всякого профессионала в личной «копилке» есть две войны, как у тебя. В этот раз ты, как и в Южной Осетии, тоже была не только журналистом?
- Журналистика плюс ополчение – так будет правильнее.
- Хорошо, уточню вопрос, по врагу стрелять приходилось?
- На Донбассе не приходилось, лично у меня не было таких случаев. Я же ездила только с прикрытием! Хотя, это война, враг есть враг, и если бы действительно такая ситуация приключилась, то, само собой разумеется, пришлось бы применять оружие. Для защиты своей жизни и жизней окружающих. Например, мы сопровождали автобусы с беженцами из Горловки. И, поверьте, если бы вопрос встал о защите этих людей, мы бы их защищали.
- Естественно, ведь они вам доверились. Оксана, скажи, пожалуйста, Стрелков уходил из Славянска организованно, это не было бегством. Почему же ты осталась там, а не ушла с основными силами?
- Да, это было не бегство, а ночной отход. Но на войне существуют такие понятия, как основной отход, прикрытие, дополнительный отход. При основном отходе ушли не все, я там осталась не одна, ну, так вот получилось. Мы предприняли попытку дополнительного отхода утром 5 июля, когда украинские войска ещё не вошли в город. Эта попытка оказалась неудачной. Проходили уже «по гражданке», поскольку сделать это в военной форме было нереально. Прекрасно понимая, что город с минуты на минуту оккупируют, выходили, можно сказать, частным порядком – на двух обычных легковушках. Попали под обстрел. Одну машину расстреляли, вторая успела уйти из-под огня, и водитель вынужденно вернулся обратно в Славянск. Иначе мы бы не прорвались… У нас впереди сидел водитель, рядом с ним – парень, который был легко ранен, (у них на окнах, к счастью, были закреплены бронежилеты). Я ехала на заднем сидении, а в момент обстрела лежала между сиденьями. Если бы сидела, была бы ранена. Или убита. Через час после того, как мы вернулись в город, в него вошли войска. Меня поселили в небольшом доме.
- Частном?
- Частном. В Славянске достаточно большой частный сектор. Там я, собственно, и вынуждена была скрываться практически две недели. С первого же дня в городе начались зачистки.
- Говоришь, украинские войска не сразу вошли в город, можно сказать, что они входили туда с опаской?
- Конечно. Они сейчас говорят: «Мы – освободители!». Но что и от кого вы освобождали, если вы беспрепятственно вошли в город, который ночью армия оставила? Они вошли только около часа дня. На 14:00 местные жители планировали провести на площади городское собрание, чтобы определиться, как жить дальше, но когда уже вошли войска, вояки запретили собираться: они оцепили центральную площадь, поставив на улицах свои блокпосты. Естественно, никакого собрания не было.
Одним словом, они освободили Славянск от местных жителей-ополченцев, ведь 95% ополчения Славянска составляли местные.
- Город освободили от горожан?
Читать далее...