Франсуа́ Буше́ — французский живописец, гравёр, декоратор. Яркий представитель художественной культуры рококо. Создал многочисленные серии гравюр, иллюстрировал книги Овидия, Боккаччо, Мольера
Ювелирные фантазии в стиле Ар Нуво от Филиппа Вулферса: Цветы, бабочки, павлины, феи...
В конце 19 - начале 20 веков в Европе возник новый стиль – модерн, охвативший все направления искусства. В разных странах он имел разные названия: в России – «Модерн», в Германии - «Югендстиль», во Франции и Бельгии –«Ар Нуво»…. Коснулись новые веяния и ювелирного искусства. Если во Франции самым прославленным ювелиром эпохи Ар Нуво был Рене Лалик, то в Бельгии не менее прекрасные работы в новом стиле создавал Филипп Вольферс.
Родился будущий знаменитый ювелир в Брюсселе в 1858 году в богатой семье. Его отцом был знаменитый мастер серебряных дел, известный во всей Европе, Луи Вольферс. У мальчика с юных лет проявились и интерес к ювелирному делу, и творческие способности. C 16 лет он начал работать вместе с отцом в мастерской, осваивая профессию ювелира с самых азов.
Филипп Вольферс (1858-1925)
И тут в мир искусства врывается стиль модерн, буквально «взорвав» все его нормы и устои. Вольферсу повезло – город Брюссель, в котором он жил, в конце 19 века был крупным культурным центром, и бельгийская столица сыграла большую роль в становлении модерна.
С приходом эпохи модерна коренные изменения произошли и в ювелирном мире. Стала важна не только стоимость ювелирных изделий, но и их художественная ценность, дизайн и красота. Если раньше украшения делали в основном из золота и самых дорогих драгоценных камней (бриллиантов, изумрудов, рубинов и сапфиров), то теперь ювелиры стали использовать и другие природные материалы и камни – опал, лунный камень, гранат, турмалин, халцедон, речной жемчуг, оценив всю их красоту. Вспомнили и про эмаль, возродив ее использование при производстве украшений.
В конце 90-х гг. Филипп Вольферс, у которого к тому времени дела по производству посуды из серебра и предметов интерьера шли совсем неплохо, решил заняться несколько иным делом - разработкой ювелирных украшений. И у него получилось - с 1897 до 1905 гг Вольферс трудился очень плодотворно и успешно. Им было создано более 100 великолепных искусных украшений, настоящих шедевров эпохи Ар Нуво.
Одним из любимых камней, которые Вольферс часто использовал в работе, был резной опал. Этот красивейший камень, любоваться которым можно бесконечно, покорил сердце мастера своей загадочностью, полупрозрачностью и неповторимой игрой цвета.
Французский художник Henry Guillaume Schlesinger (1814-1893) Французского художника немецкого происхождения Henri Guillaume Schlesinger (1814-1893)08-11-2019 08:16
[показать][показать] Луис Рикардо Фалеро,герцог Лабрансано — испанский живописец. Специализировался в изображении обнажённых женщин, картинах на темы мифологии, ориенталистики и фэнтези. Чаще всего писал маслом на холсте
Алоис Ханс Шрам (также Шрамм), родился 20.08.1864 года в Вене, был австрийским художником-портретистом, историком и декоративным художником.
Алоис Ханс Шрам изучал живопись с 1879 по 1888 год в Венской академии художеств у Карла Вурцингера, Ханса Макарта и Йозефа Матиаса Тренквальда.
Шрам получил премию Фюгера в золоте за композицию (1881 г.), премию специальной школы (1887 г. за историческую картину "Бьянка Капелло" и стипендию Государственной премии (1890/1891) за учебную поездку в Рим.
После окончания института работал в Вене художником-портретистом и декоратором. В 1890-х годах он побывал во многих европейских и ближневосточных государствах.
В период с 1909 по 1911 год он создал аллегорические фризы в венском парламенте, а в 1915 году - роспись потолка в бальном зале Хофбурга.
Венский декоративный мастер Алоис Ханс Шрам (1864-1919) принадлежал к замечательному периоду немецкого романтизма, и верный центрально-европейской философии поэтической жизни, его полная работа приносит красоту, фантазию и нежность.
Алоис Ханс Шрам был членом кооператива изобразительных художников (Künstlerhaus).
Художник умер в Вене 8.04.1919 года и был похоронен на Венском центральном кладбище.
Работы Алоиса Ханса Шрама были предложены на аукционах несколько раз, по цене от 651 до 40 000 долларов США. С 1998 года рекордная цена для этого художника на аукционе составляет 40 000 долларов США за картину "Создание музыки", проданной на Christie's New York в 2012 году.
На 85-м году жизни скончался грузинский композитор Гия
Канчели. Хотя делом его жизни была «серьезная» – симфоническая и камерная музыка, массовый постсоветский зритель знает его по музыке, написанной им к десяткам фильмов, среди которых «Мимино», «Кин-дза-дза», «Не горюй»...
Гия Канчели ушел именно тогда, когда листья начали окрашиваться в желтый. В стихотворении Петре Грузинского, положенном на мелодию «Желтых листьев», которую Гия Канчели написал для «Мимино», есть такая фраза: «Желтые листья похожи на тишину».
Есть такой, очень короткий, порой даже еле заметный миг, который разделяет прозвучавшую музыку с аплодисментами. Это тишина. Но тишина не абсолютная, а вобравшая в себя все отзвучавшее до нее. И к этой растворяющей музыку тишине Гия Канчели, как правило, очень аккуратно подводил слушателя.
«Большая часть моих произведений завершается очень тихо. Вот эту тишину я очень ценю», – говорил Гия Канчели
Художник Кристиан Сейболд (Christian Seybold)25-09-2019 13:40
Художник Кристиан Сейболд (Christian Seybold) (1690-1768) -австрийский портретист немецкого происхождения, о детстве и юности которого практически ничего не известно. Историки достоверно констатируют лишь то, что его отец был родом из немецкого города Оберурзеля, что в прусской провинции..., да и то, что Кристиан был одним из 11 детей большого семейства.
Автор книг и монографий о театре и кино, а также сценариев документальных и научно-популярных фильмов. Член КПСС с 1960 года.
Автор сценария научно-популярного фильма «Песни без слов» (1967).- Издательство «Искусство - XXI век» представило книжную новинку — книгу воспоминаний известного критика и историка кино Коры Церетели. ... Обложка книги Коры Церетели «Мне Тифлис горбатый снится… ... мемуаров городские улочки старого Тбилиси околдованы киносценами, а ...
... Улицы, дворы, районы города моего детства жили большими семьями. Случались тут и крикливые разборки, и скандалы, и выяснения отношений. Да еще какие! Шумно ссорились и шумно мирились. Как, впрочем, случается в каждой восточной семье, где темперамент неизменно берет верх над здравым смыслом. Да и что в этом такого? Зато в беде, нужде и горе все были вместе. Как пальцы одной руки. «В большой семье сочувствие и жалость к ближнему приживаются, чего нельзя сказать о великих нациях», - заметил Курт Воннегут. Могу подтвердить. Истина эта проверена на личном опыте за десятилетия проживания вне родины.
Вспоминаю, как папа, отправляясь на работу, всегда находил пару минут, чтобы бросить несколько приветственных фраз дворнику Алекси, чистильщику сапог Иско или справиться о здоровье у нашего уличного парикмахера. Позже, через много лет, прочла в завещании Маркеса: «Смотрите на человека сверху вниз только в том случае, если вы хотите его поднять». А ведь у тбилисцев это было в крови.
*****
В подвальных кабачках левобережной части города царила атмосфера подлинного демократизма. За сколоченными из простых, грубо выструганных досок столами, на табуретах или на лавочках бок о бок располагались кучера фаэтонов, ремесленники, рабочие-грузчики, торговцы, служащие и заезжие знаменитости. Сюда постоянно захаживали поэты, писатели и музыканты. Всех встречало неподдельное радушие, гостеприимство и благословенная грузинская еда: обжигающе-горячий хаш с чесноком и соленьями, густое кахетинское вино, истекающие мясным соком бледные хинкали и песни городского фольклора – «калакури». Какое же может быть грузинское застолье без песен!
Еще один непременный и очень важный атрибут тбилисской трапезы – «рогатый» грузинский хлеб «тонис пури». Пекарь на глазах у постояльцев бесстрашно нырял прямо в огненное жерло «тонэ» за этими пышущими пылом-жаром «полулуниями». Чудо-хлеб источал такой нестерпимо аппетитный запах, что мало кому удавалось устоять от соблазна, не дожидаясь трапезы, немедленно обломать его хрустящие рожки и запустить их в рот.
Пури не нарезали ножом, его ломали руками. Смысл общепринятого выражения «мы вместе хлеб ломали» (то есть сообща трапезничали) был гораздо шире простого словосочетания и подразумевал ритуал взаимного доверия, взаимного расположения. У нас говорили не «давай пойдем поедим», а «пойдем вместе есть хлеб».
А в годы моего раннего