Современный человек стремится быть «эффективным»: эффективно использовать время, влиять на людей, развивать память, поддерживать здоровье, правильно инвестировать… Другими словами, как можно больше и лучше работать и добиваться лучшего результата. Современный человек живет, чтобы работать, работает, чтобы создавать возможности для развития, для комфортной жизни. Но чем больше возможностей, тем больше появляется потребностей. Так образуется замкнутый круг бесконечной погони за новыми возможностями, которые порождают новые потребности.

Если в советском прошлом нашей страны люди теряли веру в результате атеистической пропаганды, то сегодня теряют веру, потому что стали много работать. Чем больше сил забирает работа, тем меньше сил остается для Бога. Если кого-то долго не видно в церкви, то возможная причина этому — новая доходная работа, строительство загородного дома или путешествие по миру.

Но замысел Божий в том, что мы должны зарабатывать, чтобы жить, а не жить, чтобы зарабатывать. Собрание, богослужение в церкви — как тихий переулок, куда поворачиваете с улицы, где движется мощный автомобильный поток, как остров тишины и покоя в бурном море. Заповедь о субботнем покое замедляет и останавливает наш бег, и появляется возможность и время спросить себя: кто я и зачем живу? Что есть человек? Чего должен искать человек прежде всего? В чем настоящее счастье человека? Что нам по-настоящему нужно?

Псалмопевец восклицает: «Возрадовался я, когда сказали мне: „пойдем в дом Господень“» (Пс. 121:1). Возрадовался, потому что в «доме Господнем» собрание народа Божьего и к нашим сердцам говорит Святой Дух. В доме Господнем мы отрываем свой взор и мысли от прелестей и вожделений мира, чтобы созерцать правду и размышлять об истине.

Приходилось ли вам топить печь или разжигать костер? В мире вокруг нас — холод, который поглощает любое тепло; холод безразличия, неверия стремится потушить отдельные угольки веры. Когда люди собираются на богослужение, они похожи на горящие и потухающие угли, которые поддерживают огонь друг в друге, чтобы гореть и не остывать.

Апостол Павел призывает не оставлять собрания, потому что хранить веру в одиночку невозможно. На это способны лишь единицы — герои веры, которые стояли против всего мира. Но, как говорит народная мудрость, «один в поле не воин»; одному не остыть в этом холодном мире невозможно.

По исследованиям социологов, в нашей стране сегодня 80% людей не доверяют другим, скорее, видят в ближнем недруга, чем друга, не верят в добрые намерения другого человека. Общинный дух церкви противостоит духу недоверия этого мира, когда каждый видит в другом опасность и конкуренцию. Церковь — то место, где доверяют, принимают и служат по примеру Христа.

Соломон так говорит о житейской мудрости: «Железо железо острит, а человек — человека» (Притч. 27:17; ИПБ). Другими словами, люди друг друга учат, поддерживают, вдохновляют, вселяют уверенность, помогают достичь совершенства.

Церковь — место, где «наставляют друг друга», гдевоплощают в жизнь известный девиз: «Один за всех, и все за одного». Как сказано: «Страдает ли поэтому одна часть тела, с ней страдают и все остальные; а если оказывают внимание одной какой-то части тела, все остальные радуются с ней. Вы — тело Христово, и каждый из вас — часть его» (1 Кор. 12:12–27; ИПБ).

Церковь — это место, где вместе хранят тепло веры во Христа, где вместе противостоят леденящему холоду неверия этого мира.

Времена меняются, изменяется и лексика: в советские годы богослужения называли собраниями: «В субботу мы ходили на собрание». Апостол призывает: «Не будем оставлять собраний наших» — здесь утверждается понимание, что церковь — это не храм или строение, где проходит богослужение, а Божий народ, который собрался вместе, чтобы возносить молитвы, слушать слово Божье, исповедовать веру в Господа и Спасителя. При этом не важно, где происходит это собрание: в молитвенном доме, у кого-то на квартире, в подходящем арендованном помещении или просто на природе.

Размышляя о четвертой заповеди, мы спрашиваем: как правильно соблюдать субботу? Обычно акцент в соблюдении субботы ставится на той ее части, где сказано: «Не делай никакого дела». Может быть, лучший способ соблюдения субботы — сон или отдых? Но читайте внимательно: «День седьмой — Господу Богу твоему». Цель — не отдых, а встреча с Богом — «время святого покоя, день священного собрания».

Пояснение к четвертой заповеди говорит, что этот день надо проводить в собрании Божьего народа: «У вас есть шесть дней, чтобы заниматься повседневными делами. Седьмой день — суббота, время святого покоя, день священного собрания, в который вы не должны работать, ибо это суббота Господня во всех жилищах ваших, где б вы ни жили» (Лев. 23:3; ИПБ).

«Не станем же оставлять собраний наших… чем ближе становится… День Господень». Собрание для адвентиста, ожидающего Второго пришествия, — это самое важное событие за неделю. Ожидать пришествия — значит «не оставлять собрания».

Есть люди, от природы наделенные даром красноречия. Но библейская праведность скорее в слушании, чем в говорении. Для того чтобы исполнить волю Божью, надо уметь слушать, а не хорошо говорить, быть «скорым на слушание и медленным на слова».

Прежде чем ребенок учится говорить, он слушает звучащую вокруг него речь. Прежде чем Бог даровал через пророка Моисея израильскому народу Тору, Он учил его молчаливому слушанию. На призыв Господа идти к фараону Моисей возражал: «Господи! человек я не речистый, и таков был и вчера и третьего дня, и когда Ты начал говорить с рабом Твоим: я тяжело говорю и косноязычен» (Исх. 4:10). Сорок лет Моисей учился молчанию, и это понятно: не с овцами же, которых он пас у своего тестя Иофора, он мог говорить! Теперь пророк готов был выслушать самые главные слова — слова Закона, которые должен ему сказать Бог.

Прежде чем Господь послал Исаию с проповедью, Он «горящим углем» прижег его «грешный язык» (Ис. 6:7); и, прежде чем стать провозвестниками Всевышнего, библейские герои должны были научиться в молчании внимать Божьему слову.

В притче о сеятеле (см. Мк. 4) птицы уносят зерна, которые упали при дороге. Зерна в притче — это слова Христа. Тот, кто нетерпелив в словах и не умеет дослушать мысль до конца, подобен этим птицам из притчи — они склевывают зерна слова прежде, чем они взошли, прежде, чем они были поняты и осмыслены. К сожалению, мы тоже можем быть этими птицами, когда выносим быстрое и поверхностное суждение, тогда как требуется глубокое и неторопливое размышление.

Слышать Слово Божье — значит иметь духовную «прибыль». Для этого надо потрудиться: быть скорым на слушание и медленным на слова, как сказано: «От всякого труда есть прибыль, а от пустословия только ущерб» (Притч. 14:23).

Слово «скверна», которое используется в этом тексте, в греческом языке буквально означает «серная пробка в ухе, которая мешает слышать». О такой «пробке в ухе» говорит Господь, посылая пророка с проповедью к Израилю: «И сказал Он: пойди и скажи этому народу: слухом услышите — и не уразумеете, и очами смотреть будете — и не увидите. Ибо огрубело сердце народа сего, и ушами с трудом слышат, и очи свои сомкнули, да не узрят очами, и не услышат ушами, и не уразумеют сердцем, и не обратятся, чтобы Я исцелил их» (Ис. 6:9, 10).

В русском языке однокоренные слова к слову «слушать» — «послушание» и «послушник». Без послушания Слову Божьему слушание бесполезно — «обманывающие самих себя» (Иак. 1:22).

Апостол что-то подобное говорит о нашем времени: «Ибо будет время, когда здравого учения принимать не будут, но по своим прихотям будут избирать себе учителей, которые льстили бы слуху; и от истины отвратят слух и обратятся к басням» (2 Тим. 4:3, 4). Проблема не в том, что слово истины не звучит, но в том, что не все хотят открывать свои уши для его слушания. Это как непослушный ребенок, который надевает наушники, включает музыку, делает звук громче и отводит глаза в сторону, делая вид, что не слышит просьб родителей. Но включается тогда, когда оказывается «на волне» интереса.

Апостол призывает вытащить серную пробку «зла» из ушей и «с кротостью принять слово Божие». Кротость и послушание — открытые уши для слушания слова, независимо от того, нравится нам это слово или нет. Нужна кротость, чтобы сделать тише, — приглушить уверенность в своей правоте, в своем знании и мудрости, чтобы стать послушником «насаждаемого слова».

Сила воздействия слова зависит не только от того, насколько хорошо излагает материал урока учитель, но и от того, насколько внимателен ученик. Внимательное слушание — это серьезная работа, и от того, как эта работа выполняется, зависит наша духовная жизнь.

Когда-то по Слову появился мир. Слово Божье родило нашу веру, как сказано: «Восхотев, родил Он нас словом истины, чтобы нам быть некоторым начатком Его созданий» (Иак. 1:18).

Народ Божий познает истину ушами, посредством слушания: «Вера — от слышания, а слышание — от слова Божия» (Рим. 10:17), в то время как язычники искали «откровение» глазами, в зрительных образах, делая изображения и изваяния своих богов. Язычники в Древнем Риме считали христиан атеистами, потому что у них не было изображения Бога, Которому они поклоняются.

Современный мир искушает нас отказаться от внимательного слушания, предлагая яркие зрительные образы, короткие текстовые сообщения, формируя «эклектичность», или обрывочность мышления, когда мы не можем долго следить за развитием мысли и постоянно переключаем внимание с одного на другое. По этой причине новое поколение теряет навык внимательного слушания и чтения. Знание же — как дерево: оно растет и приносит плод, если растет не только вверх — ветвями, но и в глубину — корнями, а без корней дерево долго не устоит и упадет. Вокруг Христа всегда были толпы народа, но среди них было мало слушающих, потому Господь и обращается к народу с призывом: «Итак, наблюдайте, как вы слушаете: ибо, кто имеет, тому дано будет, а кто не имеет, у того отнимется и то, что он думает иметь» (Лк. 8:18).

«Каждое утро Он пробуждает, пробуждает ухо Мое» — чтобы испытать действие слова, надо пробудить свое внимание, свой слух, потрудиться не потерять услышанное, но сложить его в своем сердце, чтобы оно каждое утро снова и снова рождало нашу веру.

Колодцы в древности накрывались камнем, в котором было узкое отверстие. Глубина колодца Иакова достигала сорока метров. Столетиями люди поднимали воду из колодца с помощью веревок так, что каменные края колодца стали прорезаны и отшлифованы этими веревками. Веревка, которую тянула женщина, также шлифовала этот камень.

Таких колодцев было много, но этот был особенным — здесь открылась Истина: «Если бы ты знала дар Божий и Кто говорит тебе: „дай Мне пить“, то ты сама просила бы у Него, и Он дал бы тебе воду живую» (Ин. 4:10). Были колодцы-цистерны, которые высекали в скале, куда в сезон дождей собиралась вода, и колодцы с «живой водой», бьющей из глубины земли, чистой и холодной.

Веревка скользит по камню, как мысль самарянки скользит по ее проблемам. Она не видит, Кто говорит с ней: душевная тревога, неустроенность жизни — мысли заняты только этим. Но что значат эти проблемы, если рядом Христос? Если бы она знала, Кто говорит с ней, смогла бы хотя бы на мгновение увидеть Его славу, все проблемы померкли бы в ее свете.

Подобно самарянке, нам свойственно смотреть на жизнь через призму тревог: ничего не замечать, кроме своих желаний, ничего не чувствовать, кроме своей боли, ни о чем не думать, кроме своих проблем. Наши мысли заняты собой и поиском решения. Даже молитвы наши большей частью сосредоточены на трудностях жизни: наши болезни, потери, печали. Мы называем их вслух, о них думаем, о них рассказываем.

«Если бы ты знала, Кто говорит тебе: „дай Мне пить“, то ты сама просила бы у Него». Христос — источник живой воды, текущей в жизнь вечную, источник покоя и утешения. Поклоняться Богу в духе и истине — значит перевести свой взгляд от себя, своих видимых кумиров и ощущаемых страхов на Христа.

Колодец Иакова — место, где произошла беседа Иисуса с женщиной-самарянкой, сегодня находится в городе Наблус в Палестинской автономии. Кажется, что со времен Иисуса произошло не много изменений: евреи по-прежнему не сообщаются с местными жителями. Еврею находиться там просто опасно, и если ему надо ехать, например, из Галилеи в Иерусалим, то он никогда не поедет по короткой дороге через Самарию. Разница с временами Иисуса сегодня только в том, что в тех местах, где раньше жили самаряне, сегодня живут арабы.

Во времена Иисуса был спор между иудеями и самарянами о том, где поклоняться Богу: «Отцы наши поклонялись на этой горе, а вы говорите, что место, где должно поклоняться, находится в Иерусалиме» (Ин. 4:20). Евреи утверждали, что правильное место для поклонения находится в Иерусалиме, потому что Давид получил от Господа повеление (см. 2 Цар. 24:18) именно там поставить жертвенник, чтобы прекратить эпидемию смертельной болезни. Самаритяне утверждают, что единственное место, с которого, согласно Торе, должны произноситься благословения, — гора Гаризим (см. Втор. 27:11, 12).

Иисус говорит: «Наступает время, когда и не на горе сей, и не в Иерусалиме будете поклоняться Отцу… Но настанет время, и настало уже, когда истинные поклонники будут поклоняться Отцу в духе и истине» (Ин. 4:21, 23). Сегодня на месте храма в Иерусалиме находится мусульманская мечеть, а на горе Гризим — музей, рассказывающий туристам о самарянах.

Бог есть дух, Он невидим. Если невидим, то и в поклонении Ему видимые формы имеют второстепенное значение: не на этой горе и не в Иерусалиме. Апостол Павел ссылается на слова пророков о духовном поклонении как о заповедях, которые написаны «не на скрижалях каменных, но на плотяных скрижалях сердца» (2 Кор. 3:3).

В Синодальном переводе слово «дух» написано с маленькой буквы, потому что в этом месте речь идет не о Духе Святом, но о природе Бога, отличной от природы человека. Русское слово «дух» имеет тот же корень, что и слова «дышать», «воздух», «вдох», «выдох». Мы, как рыбы, живем на дне воздушного океана, хотя этого не замечаем. Когда мы наблюдаем, как преломляется дым из трубы или развеваются флаги, невидимый воздух становится видимым.

Здесь два важных свойства духа. Первое: дух — тонкая, как воздух или пар, невидимая сущность. Второе: хотя он и невидим, содержит в себе тайну жизни. Дыхание дает жизнь. С первого вздоха начинается жизнь человека. Творец не просто создал человека, но вдунул в него дыхание жизни: «Господь Бог создал человека из праха земного и вдохнул в него дыхание жизни, и стал тот твореньем живым» (Быт. 2:7; ИПБ).

Выражение «Бог есть дух» означает, что Он невидим. Невидимый Бог — важнейшая библейская истина. Пророк Моисей говорит о невидимости Бога, подробно перечисляя то, на что Бог не похож из видимых вещей этого мира: «Дабы вы не развратились и не сделали себе изваяний, изображений какого-либо кумира, представляющих мужчину или женщину, изображения какого-либо скота, который на земле, изображения какой-либо птицы крылатой, которая летает под небесами, изображения какого-либо гада, ползающего по земле, изображения какой-либо рыбы, которая в водах ниже земли; и дабы ты, взглянув на небо и увидев солнце, луну и звезды и все воинство небесное, не прельстился и не поклонился им и не служил им» (Втор. 4:16–19).

Заповедь о невидимом Боге дана израильскому народу, жившему среди язычников, которые думали, что боги — по сути существа из их мира, потому их можно изображать. Но заповедь говорит, что Бог есть дух — Он невидим, Он не такой, как мы, а это значит, что поклонение Богу, Который есть дух, должно быть духовным.

Декабрьским утром 1898 года из Батумского порта отходил трехмачтовый пароход «Лейк Гурон». Люди на палубе смотрят на удаляющийся берег и поют псалмы. На борту «Гурона» находилось 1240 бывших граждан Российской империи. Им было разрешено покинуть родину с условием, что их паспорта остаются на берегу и они больше никогда не вернутся. Корабль держит курс в Канаду. На пароходе — духоборы. Они покидают Россию, спасаясь от гонений, которым они подвергались со стороны царского правительства. Лев Толстой организовал и оплатил их переезд. Всего было три перехода.

Духоборы, или духоборцы, как и близкие к ним молокане, принадлежали к многочисленному братству русских народных богоискателей, которые вышли из православного старообрядчества. Духоборы верили, что поклонение Богу происходит не в исполнении обряда или совершении таинств, но в духе, для чего не нужны ни иконы, ни священники. Духоборы вели строгий нравственный образ жизни, не употребляли алкоголь, не курили, были вегетарианцами, не брали в руки оружия. Согласно данным переписи 1897 года, общее число раскольников и сектантов в Российской империи составляло 2 137 738 человек.

Свою духовную родословную мы, адвентисты, ведем от Реформации, но адвентистское учение как развитие идей Реформации дало всходы в России потому, что легло на приготовленную почву. Как в притче о сеятеле: «иное упало на добрую землю и принесло плод: одно во сто крат, а другое в шестьдесят, иное же в тридцать» (Мф. 13:8). Этой доброй почвой было русское народное богоискательство, где народ искал святости не в исполнении церковных обрядов, но в жизни по духу и истине. Как сказано: «Бог есть дух, и поклоняющиеся Ему должны поклоняться в духе и истине» (Ин. 4:24).

На камне, который расположен в огороде дома-музея Льва Толстого в Ясной Поляне, начертаны слова: «Делай, что должно, и пусть будет, что будет». Если перефразировать их на христианский лад, то фраза будет звучать так: «Делай, что должен, и доверься благодати». У пророка Исаии эта мысль звучит следующим образом: «Путь праведника прям; Ты уравниваешь стезю праведника» (Ис. 26:7).

Когда идешь своими путями, то находишься под страхом проиграть, упустить выгоду, выглядеть неудачником, и этот страх живет глубоко в сердце, толкает на путь обмана, стяжательства, соперничества и мести. Благодать же «уравнивает стезю праведника». Кто идет путем благодати, тот обращает свой страх в мужество, слабость — в силу, суд превращается в милость, стяжательство — в самопожертвование, плач сменяется радостью, жажда отмщения — молитвой за врагов.

Эпиграф Нагорной проповеди — заповеди блаженства: «Блаженны нищие духом, ибо их есть Царство Небесное. Блаженны плачущие, ибо они утешатся. Блаженны кроткие, ибо они наследуют землю». Блаженны, или благословенны, потому что идут путем Христа, а этот путь несет благословения в жизни не только в вечности, но уже сейчас. Если сказать просто, то здесь Иисус призывает довериться благодати, жить легко под ее крылом, не завидуя, не обращая внимания на клевету, не обременяя себя думами об отмщении, предавая Божьему суду своих врагов и не истощая себя в борьбе за то, что только имеет иллюзию счастья. Счастливы те, кто «не заботятся», живут легко, у кого покой в сердце, кто отпустил тревогу о будущем, кто не пытается опередить других, кто доволен тем, что имеет. Именно поэтому Иисус использует образы нищих, кротких, плачущих и жаждущих, потому что у них ничего нет, но все есть.

Лев Толстой сделал Нагорное учение кредо своей жизни, хотя он и признавал, что потерпел величайшую неудачу, но сохранил убеждение, что заповеди Иисуса можно воплотить в жизнь. В последнем своем романе, «Воскресение», это убеждение писатель выразил словами князя Нехлюдова: «Нехлюдов уставился на свет горевшей лампы и замер. Вспомнив все безобразие нашей жизни, он ясно представил себе, чем могла бы быть эта жизнь, если бы люди воспитывались на этих правилах (Нагорного учения), и давно не испытанный восторг охватил его душу… И все, что он читал, казалось ему знакомо, казалось, подтверждало, приводило в сознание то, что он знал уже давно, прежде, но не сознавал вполне и не верил. Теперь же он сознавал и верил. Но мало того, что он сознавал и верил, что, исполняя эти заповеди, люди достигнут наивысшего доступного им блага, он сознавал и верил теперь, что всякому человеку больше нечего делать, как исполнять эти заповеди, что в этом — единственный разумный смысл человеческой жизни… Ищите царства Божия и правды его, а остальное приложится вам. А мы ищем остального и, очевидно, не находим его. Так вот оно, дело моей жизни».

Лев Толстой воспринял заповеди Нагорного учения как ключ к построению справедливого мира. Благодаря писателю поучение Христа «не противься злому» оказало большое влияние на Махатму Ганди в его борьбе против английского правления в Индии и Мартина Лютера Кинга в его борьбе за гражданские права афроамериканцев в США.

Конечно, Нагорное учение не было дано как инструкция для построения справедливого общества или метод политической борьбы — в нем сокрыта действенная сила благодати Божьей, которую мы можем испытать, если станем на путь его исполнения.