Чтобы быть «совершенным Спасителем», нужно обладать силой большей, чем обладает противник. Например, в истории исхода Израиля из Египта Бог Моисея был сильнее богов фараона; Бог Давида победил богов Голиафа; Бог Даниила показал превосходство над богами Навуходоносора и всех последующих владык этого мира. Давид прославляет Бога как Того, Кто дает силу на войне: «Ты препоясал меня силою для войны и низложил под ноги мои восставших на меня» (Пс. 17:40). В Послании к евреям освобождение происходит не благодаря явлению силы, но благодаря слабости — благодаря страданиям.

Мы часто задаемся вопросом, когда страдают невинные: «Где Бог?» Большинство бед, происходящих в этом мире, — результат случайности, и нельзя найти ответ на вопрос, почему это случилось, почему страдает именно этот человек. У нас нет ответов на эти вопросы, зато мы знаем, почему вообще страдают люди. Страдания являются следствием того, что человек разделен с Богом. А быть разделенным с Богом — значит быть игрушкой в руках судьбы, жить в мире, где невиновные могут умереть страшной смертью совершенно случайно, а злые и нечестивые люди, также по чистой случайности, могут прожить долгую и счастливую жизнь.

Мы задаемся вопросом, когда страдают невинные: «Где Бог?» Ответ во Христе. Апостол говорит о «совершенном Спасителе», цитируя псалом 8: «Немного был унижен пред Ангелами, дабы Ему, по благодати Божией, вкусить смерть за всех» (Евр. 2:9). Мы проходим через несправедливые и необъяснимые страдания, но по замыслу Божьему эти страдания приведут нас к «славе». Слава — это свет Божьего присутствия, куда введет нас Спаситель, Который стал совершенным через страдание.

В музее Ватикана находится незаконченная картина Леонардо да Винчи «Святой Иероним». Художник в своем творчестве использовал золотое сечение — правило соотношения частей и целого, которое является универсальным проявлением красоты и симметрии. Считается, что эта картина была написана специально так, чтобы фигура святого вписалась в прямоугольник, в котором длина и ширина будут соотноситься друг с другом в пропорции золотого сечения, выраженного числом «фи» (1,618). Само число названо по имени греческого скульптора Фидия. Художники Возрождения видели в формуле золотого сечения ключ к секрету красоты и гармонии мира.

Хотя золотое сечение действительно можно встретить в формах мироздания, архитектуры и искусства, на самом деле красота не поддается математическому описанию и ее невозможно выразить языком цифр. Красота познается сердцем, хотя сама она, как и любовь, не менее реальна, чем те предметы, которые находятся вокруг нас.

Иоанн утверждает знание, которое приобретается путем веры: знаем, что «имеющий Сына [Божия] имеет жизнь» (стих 12); знаем, что, когда обращаемся к Нему, «Он слушает нас» (стих 15); «знаем, что всякий, рожденный от Бога, не грешит» (стих 18); «знаем, что мы от Бога и что весь мир лежит во зле» (стих 19); знаем, что «Сын Божий пришел и дал нам свет и разум» (стих 20).

Уверенное утверждение «мы знаем» в мире, где «научное» знание о золотом сечении возведено в абсолют и не терпит никаких возражений, звучит очень смело. Иоанн говорит о подлинном знании, которое должен иметь человек. Быть христианином означает утверждать это знание, потому что только знание Христа ведет к подлинной гармонии и красоте. Об этом «золотом сечении» и пишет апостол Иоанн: «Сие написал я вам, верующим во имя Сына Божия, дабы вы знали, что вы, веруя в Сына Божия, имеете жизнь вечную».

В послесловии к рассказу Чехова «Душечка» Лев Толстой написал о благоразумном отношении к женщине: «Женщины могут делать все, что делают мужчины, и даже, может быть, лучше, но горе в том, что мужчины не могут делать ничего, близко подходящего к тому, что могут делать женщины. Да, это так; причем касается не одного вынашивания, рождения, кормления и начального воспитания детей, но мужчины не могут делать всего того высшего, лучшего и наиболее приближающего человека к Богу дела — дела любви, дела полного отдания себя тому, кого любишь, которое так хорошо и естественно делали и будут делать хорошие женщины.

Что было бы с миром и с нами, мужчинами, если бы у женщин не было этого величайшего свойства или они не проявляли бы его? Без женщин-телеграфисток, адвокатов, инженеров, ученых, сочинительниц мы обойдемся, но без матерей, помощниц, подруг, утешительниц, любящих в мужчине все то лучшее, что есть в нем, и неизменным внушением вызывающих и поддерживающих все это лучшее, — без таких женщин плохо было бы жить на свете.

Не было бы Марии Магдалины у Христа, не было бы Клары у Франциска Ассизского, не было бы на каторге жен декабристов, не было бы у духоборов их жен, которые не удерживали мужей, а поддерживали их в мучениях за правду, не было бы тысяч и тысяч безызвестных женщин, утешительниц пьяных, слабых развратных людей, тех, для которых нужнее, чем кому-нибудь, утешения любви».

Будет ли правильно, если мужчины откажутся от мужественности, силы, целеустремленности, прагматичности и станут мягкими, безвольными, послушными, готовыми исполнить любое желание? Или будет ли правильно, если женщины откажутся от женственности, мягкости, эмоциональности и станут мужественными, прагматичными и жесткими? Пусть мужчины остаются мужчинами, а женщины женщинами — в этом будет наше благоразумие.

Настоящая проблема начинается тогда, когда жена или муж постоянно проявляют недовольство друг другом. Соломон говорит о сварливой жене: «Лучше жить в земле пустынной, нежели с женою сварливою и сердитою (Притч. 21:19). «Непрестанная капель в дождливый день и сварливая жена — равны» (Притч. 27:15).

Возможно, мы убеждены в своей правоте, но проблема может заключаться в том, что мы не знаем, чего хотим, к каким результатам мы придем, а они могут быть строго противоположными нашим ожиданиям.

О сотворении человека сказано: «И создал Господь Бог из ребра, взятого у человека, жену, и привел ее к человеку» (Быт. 2:22). Возможно, ребро — наиболее подходящая в теле человека кость. Если бы Создатель изъял у Адама челюсть, тазобедренный сустав, бедро или предплечье, он сделал бы первого мужчину инвалидом. В любом случае ребро — более благородный материал, чем «земной прах».

Перевод слова «ребро» следует греческому переводу Септуагинте. С еврейского это слово можно перевести не только как «ребро», но и «бок» — часть тела, сторона, половинка. Другими словами, Господь взял «бок» или половинку Адама и создал из этого Еву. Отсюда и метафорическое выражение, что муж и жена — половинки друг друга.

Петр говорит, что подлинная красота человека находится в глубине сердца, в нетленной красоте тихого и кроткого духа. Красота — в терпении и доброжелательности, смирении и готовности принимать друг друга, потому что нет идеальных мужчин или женщин, но есть любовь, которая «все покрывает». Помните, что счастье наше зависит от того, счастливы ли те, кто рядом с нами. Стремитесь изменить не того, кто рядом, а изменить себя, чтобы увидеть в его или ее недостатках только достоинства.

Это могут быть просто слова осуждения, осуждающий взгляд или особое отношение. Мы стараемся избегать осуждения со стороны других, потому что осуждение причиняет боль, возлагает на нас чувство вины. Кажется, что осуждение заложено и в основе религии: сама встреча грешного человека со святым Богом подразумевает осуждение и наказание за любое, даже самое незначительное преступление.

Утверждение апостола «нет никакого осуждения» — это ответ на вопрос в завершении седьмой главы: «Бедный я человек! Кто избавит меня от сего тела смерти?» (Рим. 7:24). Ответ этот звучит как эмоциональный срыв человека, измученного самокопанием, поиском своих грехов, чувством вины, страдающего от душевной боли. Религия не сделала этого человека светлее и счастливее, но стала бременем для него.

Самая известная картина Василия Поленова, которую можно увидеть в Русском музее Санкт-Петербурга, — «Христос и грешница». Эта картина — иллюстрация того, что представляет собой религия осуждения. Художник изобразил на полотне толпу людей, испуганную женщину и Христа с учениками в тот момент, когда «книжники и фарисеи привели к нему женщину, взятую в прелюбодеянии, и, поставив ее посреди, сказали Ему: Учитель! эта женщина взята в прелюбодеянии; а Моисей в законе заповедовал нам побивать таких камнями: Ты что скажешь?» (Ин. 8:3–5). Иисус ответил им: «Кто из вас без греха, первый брось на нее камень». А когда все разошлись, не найдя что ответить, спросил женщину: «Где твои обвинители? никто не осудил тебя?.. и Я не осуждаю тебя» (Ин. 8:7, 10, 11).

Религия Христа — это религия духа. Он оценивает нас не по сегодняшним недостаткам, но по тому, кем мы можем быть по Его благодати: Закон, дарующий жизнь во Христе Иисусе, освободил меня от закона греха и смерти.

Наставляя учеников, перед тем как они отправятся по иудейским городам с проповедью, Спаситель произносит слова, которые должны были их насторожить: «Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч». С одной стороны, Господь настраивает апостолов на то, что их путешествие не будет трудным: «Не берите с собою ни золота, ни серебра, ни меди в поясы свои… ибо трудящийся достоин пропитания» (стихи 9, 10). Но те, к кому они посланы, таят в себе угрозу, они похожи на стаю волков, готовых растерзать: «остерегайтесь людей», «будут отдавать вас в судилища и в синагогах своих будут бить вас», «и будете ненавидимы всеми за имя Мое; претерпевший же до конца спасется».

Мы говорим: «С волками жить — по-волчьи выть», как можно оставаться овцой, живя среди волков? Легко верить в доброту человечества, если находишься рядом с друзьями-апостолами, слушаешь благое слово Учителя, восхищаешься Его чудесами. Но иллюзии быстро исчезнут, когда ученики встретятся с несправедливостью, цинизмом и обманом этого мира. Христос не ожидает, что они навсегда останутся доверчивыми «овцами», но готовит их к встрече с реальностью жизни.

Нам иногда кажется, что мы только со стороны наблюдаем за великой борьбой между добром и злом. Но на самом деле великая борьба — это реальность нашей жизни. Иисус об этой борьбе говорит ученикам, продолжая наставлять их, перед тем как отправить в иудейские города с проповедью Евангелия: «Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч, ибо Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее. И враги человеку — домашние его… и кто не берет креста своего и следует за Мною, тот не достоин Меня. Сберегший душу свою потеряет ее; а потерявший душу свою ради Меня сбережет ее» (Мф. 10:34–39).