Долго думала по поводу того, как выглядит наше альтер эго с учетом того, что переводится словосочетание - "другое я". Обязано ли оно быть того же пола, что и "первое я", так же мыслить и выглядеть?
В результате размышлений в голове неожиданно всплыло имя Михаил, а из колонок в это время, как по заказу, заиграл один из треков любимой и уважаемой мною Веры Полозковой: "Майки, послушай...". Я и послушала. Мы послушали, точнее.
Вчера я нашла своему альтер эго имя - Майкл, а сегодня я нашла от него глаза. Принципиально не искала лица там, косточек на запястьях, длинных пальцев, выступающих ключиц и чего-то еще, так быстро и остро меня цепляющего. Только глаза, глядя в которые хочется вести долгие и честные беседы за жизнь.
Ну что ж, Майки, поздоровайся с нашими читателями, если таковые имеются.
[показать]

Диалог с моим Некто прошлой ночью, утренняя запись здесь и последующие дневные размышления все-таки довели меня до какой-то более-менее логической точки. Правда, претерпели при этом некоторые изменения.
Полночи я убеждала себя в том, что пора повесить на дверь большой амбарный замок, а на себе поставить крест, после чего окопаться в каком-нибудь сыром и теплом углу и жить там, подобно мешку с картошкой. 
К утру первые два пункта остались, а вот последний (спасибо разуму) растворился вместе с ночью. Настигла фаза: уехать подальше, пообщаться там с собой, что-то о себе понять и услышать, наконец, себя саму. 
К вечеру, собственно, идея о замке и кресте тоже отвалилась. Тут уже спасибо не разуму, а человеку, с которым мы, не смотря ни на что, пусть и с большим скрипом (к большому моему огорчению), но все-таки друг друга держим. Дай Бог, дальше продолжим в том же духе, только все-таки хотелось бы без скрипа.
А вот идея слиться осталась. На полном серьезе. Конечно, Индия (а также Тибет, Бали, Израиль и далее по списку) мне в ближайшее время ну никак ни то что не светит, а даже не подмигивает на горизонте. Но это не значит, что нет способа замолчать. Идея как-то сама пришла, что стоит сделать, чтоб остаться наедине с собой.
Уйти. Чуть ли в первый раз я хочу не остаться на своей точке, глядя, как уходит мир, а уйти от мира сама. Мы поселились в Интернете, и разучились молчать. Мы даже думаем в онлайне, стараясь каждую новую мысль непременно запостить, да еще и оформить какой-нибудь картинкой, к примеру. Я не слышу больше себя, потому что кричу на громкость мира. Кричу в паутину, которая, по сути своей, не паутина, а целый космос. Если долго смотреть в бездну - бездна начинает смотреть в тебя. А потом и из тебя. Если кричать в нее - она начнет кричать из тебя. 
Я почти физически ощущаю то, что я дошла до дна. Дальше падать некуда, я окутана этой паутиной, как коконом. Только это обратный кокон - из него нельзя вылететь бабочкой, только выпасть гусеницей. 
Поэтому... задав сегодня на формспринге вопрос "неделя без мобильного - миф для тебя или реальность", я задумалась: а для меня? Для меня это - реальность? И поняла, что хочу проверить. Хочу сбросить опутавшие меня нити, вернуться в реал и послушать себя, поговорить с собой уже наконец. 
Оставить свои мысли только самой себе. А те, которые непременно хочется записать - записывать на простой бумаге. Ручкой. Творить текст, делать его ручной работой, как сказала однажды любимая мной Вера Полозкова. 
Вернуться. Вернуться в тот мир, вкус, запах и цвет которого я уже забыла. Ощутить все это вновь. Стать собой. Услышать себя. 

P.S. Прозаичное завершения текста. 
Если кому-то из тех, кто это прочтет я окажусь несоизмеримо важна и необходима, то хочу сказать, что у меня все-таки остается мобильный телефон - звоните. Если, конечно, знаете номер. Или пишите на почту, потому что в силу некоторых вполне реально-жизненных обстоятельств от нее я отказаться не могу. 
Номер телефона не скажу. Адрес почты: nuta.nikitina@yandex.ru.
 

Почему-то сейчас вспоминается диалог с папой, произошедший около года назад. У меня тогда рухнул очередной хрустальный замок, я кусала губы, глотала слезы и изо всех сил делала независимый и оптимистичный вид. 
Выдала себя как обычно: одной фразой, зато с головой. Сквозь сжатые зубы выдавила: "Хочу уехать куда-нибудь далеко-далеко, чтоб никого не видеть. Вообще никого". "Первая стадия депрессии, - философски отметил папа, - так всегда бывает у тех, кто сдается: хочется забиться в темный угол и провести там остаток жизни, никому не глядя в глаза". 
Помнится, тогда я ответила что-то вроде того, что у меня больше нет никаких сил, я устала что-то доказывать и вообще. Оставьте меня умирать спокойно, почему обязательно нужно вламываться мне в душу, да еще и в ботинках, да еще и без приглашения? 
А папа напомнил мне старую-старую притчу про двух лягушек, которую всем рассказывают в возрасте примерно лет пяти. Ну про то, что одна лягушка выдохлась и утонула, а вторая - истинный боец и вообще лидер по натуре - копошилась в кувшине до тех пор, пока не сбила масло и не обеспечила себе тем самым путь к свободе. 
Я вздохнула, подняла голову, перешагнула через разочарование и пошла дальше не оглядываясь. Прошло, собственно, девять месяцев. И меня адово тянет куда-нибудь уехать, спрятаться, забиться в нору, где никто (желательно) даже не будет со мной разговаривать на одном языке. Просто выпасть хотя бы на неделю из этой безумной гонки, в которой ты постоянно кому-то что-то должен доказывать. Особенно себе. В первую очередь - себе. 
Хочется поставить заслон от мира, остаться наедине с собой и услышать себя наконец-то. Кажется, я снова на первой стадии депрессии. Но кто сказал, что когда ты падаешь на дно, нужно непременно умереть? Может, после этого будет новая жизнь?..

[700x525]
 

На коллаже - Тибет, Израиль, Лос-Анджелес, Стокгольм, Индия и Бали. 
Места-мечты. Сейчас в особенности те, где можно уйти в себя, то бишь Тибет, Израиль и Индия. 

А ведь искать смысл жизни давно не ново:
Все умудренные от Чехова до Толстого
Его искали , но не срослось особо,
Видимо, дело в том, как смотреть на мир.

Бывает, что глянешь вниз с этажа высотки,
И визг от восторга такой же, как от щикотки,
Что слышно даже, наверное, на Чукотке,
И понимаешь сразу: свобода и есть кумир.

Или напротив: стоишь по полдня на кухне,
Встречаешь с работы мужа, а муж не в духе,
Ворчит себе там о начальнике и непрухе,
А ты обнимаешь - и затихает весь.

Садится к столу, наливает в стаканчик чая,
И день так был долог - конца-то уже не чаял,
У Петьки - сынок, он папаша теперь отчаян,
И кроет догадка, что вот оно - счастье. Здесь.

Что до меня, перед взором встает мальчишка.
Обычный такой: вихры, сигарета, книжка.
После таких, как он, всегда нужна передышка,
Когда шепчешь молитвенно: не губи.

Потому что я - суррогат из эмоций, мыслей,
Что обратятся в стихи, если не зависнуть,
Мой смысл в том, я не хочу никогда зависеть.
Let it be, let it be, let it be.

23.02.2012

Я нашла для себя идеальную модель поведения. Впрочем, это неверная характеристика. Я нашла того, кто живет так, как живу я . Ну... почти так )) Все-таки до каких-то определенных моментов поведения мои внутренние цензоры меня еще не допускают. Впрочем, я уже начинаю об этом задумываться.
Потому что как бы мы ни жили, чем бы мы ни занимались в жизни - исход все равно один и тот же. И праведник и грешник одинаково закончат путь в белых тапочках. Жизнь, полная контроля и ограничений, еще никому не обеспечила бессмертия. 
Так стоит ли, ведясь на мнение толпы, жить так, как хочет толпа? Изо всех утюгов нам кричат о свободе выбора. Свобода? Отлично! В таком случае, я отказываюсь от идеалов человеческой массы, потому что я эти идеалы не выбирала. Тот, кто свои действия объясняет словами "так принято" вызывает у меня лишь насмешливую улыбку. Кем принято? Кто решил, что мы должны вести себя так и никак иначе?
Я максималистичная упертая эгоистка? Молодая борзота? Нет. Просто у меня хватает смелости признать очевидное. Те, кто спорят с моими взглядами на жизнь не высказывают мнение, а лишь показывают реакцию. Страх. Мы всегда боимся тех, кто идет вразрез с нами, правда? Боимся тех, кто не боится. 
Так вот я не боюсь. Надоело. Мнимые и зашоренные идеалы не для меня. Не я их определяла, значит, имею полное право им не следовать. 
Я не нанималась соответствовать чьим-то ожиданиям обо мне. И если я кого-то разочаровываю или раздражаю - это уже не моя проблема.
"Я знаю, что страшнее искать собственный путь, чем делать, что от тебя ожидают" (с) - мудро сказал тот, в ком я действительно увидела идеал человека, живущего воистину СВОЕЙ жизнью. Такой, какую он сам выбрал себе. 
Пожалуй, это неплохое жизненное кредо. Как, впрочем, и еще одна его фраза: "Те, кто не учит своих уроков, обречены их повторять" (с). Я свои уже выучила. Дверь в прошлое закрыта. И тем, кого не устраивает моя точка зрения, я предлагаю остаться за этой дверью. 

 

Вопрос "У тебя есть парень?" мне задают только незнакомые люди. Во всяком случае, не близко знакомые. Друзья уже давно считают его риторическим, ответ неизменен, мое ледяное "Нет" коронно.
Почему? Вчера ночью я обещала записать и выложить свой монолог, адресованный Некто. Наверное, не столько для того, чтобы объяснить, сколько для того, чтобы уже отпустить эти мысли и перестать прокручивать их в голове, ища те моменты, где я промахнулась и допустила ошибку. Итак...

Первый мальчик у меня появился в 14 лет. Кто там все ругает наше поколение за испорченность? Мы не то что не целовались, мы даже почти не разговаривали )) Я ходила с ним по улицам, смотрела сбоку на его профиль и думала "Боже мой, какой же он красивый...". А он был даже младше меня. На пару месяцев, но был. Впрочем, прогуляли мы так недели две или три: общих тем для общения так и не нашлось, попыток к сближению не было, а думать о его красоте мне наскучило, вследствие чего он вернулся к своему компьютеру и "Контр-страйку", а я нашла занятие, отнимающее все свободное время: пошла работать в редакцию, где моя мама была главредом.
Наступило лето и я познакомилась с Максом. Он был практикант из Орла, приехавший на наш завод отрабатывать преддипломную. Мне без трех месяцев 15, ему вот уже несколько недель как 23. За коим шутом взрослый парень решил покадрить наивное дитя, каким я тогда была, мне неведомо до сих пор. Хотя ах да, это все равно было чисто платонически )) Не могу сказать, что мне сорвало крышу, но Максим определенно мне очень нравился. Но за два дня до отъезда, мой орел из Орла пряча глаза сказал: "Ты чудесная, очень, но я женюсь через месяц. Прости, что не остался и не стал твоим". Прошло четыре года, а я помню эту фразу дословно.
На пятнадцатилетие Макс позвонил и пожелал влюбиться. Больше мы не виделись ни разу, но пожелание я оправдала с лихвой. Как пелось в одной песенке: "До сих пор опомниться не могу".
Далеко ходить Аня не стала и ухнула, аки в омут, в прекрасные серые глаза одноклассника. Какой черт меня об этом просил, непонятно. Правда. Делать этого не стоило.
Во-первых, я зависела от чужого мнения. И встречаться с одноклассником было жутко: "А вдруг нас будут обсуждать?!" (маразм дикий, но в 15 я реально думала именно так). Во-вторых, я растрепала все подружке (привет, коллективный разум!). В-третьих, он Лев по гороскопу. И пусть я считаю все это фигней, но он НАСТОЛЬКО ТИПИЧНЫЙ Лев, что в него не надо было влюбляться.
А я влюбилась. И имела глупость дать ему об этом узнать. Ему было 15, и ему нравилось мне нравиться. Точнее, ему нравилось ощущение власти надо мной. Безграничной, надо сказать, власти.
Он нравился девушкам. И менял их как перчатки, с садисткой улыбкой отслеживая мою реакцию. Одну звали Аня, другая была брюнеткой, третья любила литературу и группу Сплин. Я сводила себя и лучшую подругу вопросом "чем они лучше меня" и "почему же не я?". Потом это стало риторическим. Потом я перестала спрашивать.
Поругавшись, мы перестали общаться. Дико сидеть за соседними партами, и даже не здороваться по утрам. Но мы так провели полгода. Потом как-то само устаканилось. Мы начали общаться, мне снова захотелось чем-нибудь отравиться в темном уголке от осознания того, что тот, о ком я грежу, недоступен.
Я уезжала в Анапу, улетала в Абхазию, заводила кошку, пыталась целую книжку написать - ничего не помогало. Файл "Он" в моей голове удалению не подлежал. Врачи говорят, что любовь - болезнь. Звучит лучше, чем есть на деле. Это страшно. У меня была болезнь, мания, зависимость, как ни назови - смысл один. Я потеряла всю себя в нем, а ему этого было не нужно.
Я кому-то даже нравилась, в 10-11 классе. Даже встречаться предлагали. А я все сравнивала, сравнивала... И все выходило, что лучше Него - нет. Да мне и не нужен был больше никто.
Я сама виновата. Да. Я позволила себе раствориться. Но я никогда его не идеализировала. Всегда знала его плюсы и минусы. Но вот беда: мне было плевать на все недостатки. Первая любовь - сильное чувство...
А потом был последний школьный май. Я рыдала взахлеб: все думали, что от расставания с классом, а на деле - от расставания с ним. Фраза "Между нами ничего не было, но теперь и это закончилось" стала моим жизненным кредо того времени.
Последний звонок - мы в одной паре, я реву, а он держит меня за локти и уговаривает перестать. А потом клуб - проводы детства. И песня, которую я обожала до этого дня, а потом не могла слушать, потому что сразу начинала плакать... Т9 - Ода нашей любви... Конечно, это был алкоголь, бушующий в крови, но... Кто там считает себя лохом из-за того, что первый поцелуй был лет в тринадцать? Мне не хватало трех месяцев до семнадцати на тот момент. Наивная девочка Аня хотела первого "взрослого" поцелуя не для опыта, а потому что хочется целовать именно этого человека. Так и вышло, собственно... И плевать на возраст, честно.
А потом он сделал вид, что ничего не помнит. И я приняла эти условия как должное. От железных объятий на ребрах остались синяки, Читать далее...

Ночью во мне просыпается Некто. Он - мой собеседник. Шиза, наверное, разговаривать (пусть и мысленно) самой с собой, но я, тем не менее, этой напасти подвержена...
Ну так к чему я. Вчера мы с Некто вели содержательный диалог на тему "Аня и ее личная эпическая сердечная драма". Точнее, я толкала монолог, а Некто слушал и терпеливо кивал.
Говорят, чтоб мысли не мучали, их нужно записать. Учитывая, что свою эпическую я думаю уже год, пришло озарение, что стоит это записать. Даже без имен. Или с другими. А впрочем, герои этой драмы читали о себе на страницах Интернета уже. Так что и с именами - легко.
Но... порыв - это порыв, а доверить ли его этой "бумаге"?...

P.S. Я придумала. Буду вести этот дневник вместе с моим Некто. *Прогрессирующая шиза, знаю-знаю".

"Везет тебе, ты независимая" - сказала мне недавно подруга, чем ввергла меня в ступор. Честно.
Не потому что я не независимая, а потому что "везет тебе".
Я же не была такой всю жизнь. До сих пор помню множество случаев, когда велась на чужое мнение. Это было безумное состояние: постоянно крутилось в голове одно и то же: "А что обо мне подумают? А что скажут? А вдруг, после этого со мной не будут общаться?". Я столько всего в жизни упустила из-за этого. Забавная фраза для того, кому только 18, но ведь правда. Не так могло все быть, совсем не так...
Но мне повезло. Осознание того, что нельзя зависеть от других сошлось с желанием одного человека научить меня независимости. Грустная ирония: не зависеть меня учил тот, кого я потеряла из-за своей зависимости... Тогда потеряла как возможную "одну-до-гроба", а потом, как показало время, даже дружбы у нас не вышло...
А потом еще два человека пришли в мою жизнь. Один, вернее, одна из них - косвенно, сама того не зная. Но они тоже учили меня. Два парня, мудрее меня в вопросах жизни и какого-то смысла хором, каждый в свое время, твердили: "Не обращай внимания на остальных! Нельзя быть хорошей для всех! Не теряй себя!" - я спорила, отбрыкивалась, но слушала.
Каждое зерно обречено дать росток. И ростки их слов наконец-то взошли. Я сама поймала себя на том, что стала жестче и откровеннее. Мой бывший молодой человек как-то в сердцах сказал, что со мной невозможно быть, потому что я всегда говорю то, что думаю.
Не правда. Не всегда. И могу честно признать этот факт: иногда я молчу из нежелания портить отношения с кем-то, но... Внутренняя "галочка" в этот момент все равно ставится, а как следствие - меняется мое отношение к человеку.
Мне надоело быть зависимой. И я перестала ей быть. Мой ловец поймал меня над самой пропастью, спасибо ему за это. Теперь я снова брожу по ржи, наблюдая за теми, кто резвится на самом краю.
Наши пафос и лицемерие страшны не только самим фактом своего существования. Страшно то, что в конечном счете они бьют по нам же самим. Не важно как, важно то, что это больно.
Я зависела от тех, чьи лица уже реально смазываются в памяти, а тех, кто мысленно все еще рядом из-за этого потеряла. Поэтому... я говорю и буду говорить то, что считаю нужным. Не претендую на звание истины в последней инстанции, но для меня это - истина.
Моя независимость - моя работа. Как сказал однажды Джонни Депп: себя нельзя найти, себя можно только создать. Холст передо мной, кисточка в руке - и первые мазки уже сделаны. И однажды я нарисую эту картину. Без оглядки на чужое мнение. Моя жизнь - только моя.

Интересно, зачем мне сто разных аккаунтов на разных блог-платформах? Моя зависимость от письма перерастает в болезнь уже какую-то. С другой стороны, я же не только от этого зависима.
Мой топ-зависимостей:
Записывать мысли.
Рифмовать мысли, а потом записывать.
Читать чужие стихи/цитаты, создавать картинку в голове, а потом описывать ее на бумаге.
Придумывать идеи для фотосессий. Как женских, так и мужских.
Рисовать одно и то же лицо.
Слушать музыку и петь.
Читать Полозкову.
Фотографировать.
Читать наизусть. Любому, кто попросит. Много всего разного.
Смотреть спектакли.
Устраивать "театр одного актера".
Жить ночью.
Долго спать.
Москва.
Откровенные разговоры с близкими людьми.
Читать.
Кафешки.

Почему я не зависима ни от чего реального и приземленного? От походов по магазинам, скажем. От готовки борща или... не могу даже придумать, если честно.
Помню, школьные тесты по профориентации хором мне твердили, что я человек-искусство. Может, они были правы и я сейчас просто упорно бегаю сама от себя? Ощущаю себя ребенком в темной комнате. Кто бы включил свет.

Он снится мне сразу, как я про него забываю.
Может, у него внутри срабатывает сигнал?
А черт его знает. Черт знает, а я не знаю.
Кто бы мне правду про него рассказал.

Да только кто ее знает-то – о нем и истину?
Он шифруется так, что Джеймс Бонд мрачнеет.
Меня пугает, что я так от него зависима,
Мне бы бежать от него, но я убегать не умею.

Он тянет к себе как магнит, как болото, омут.
Я знаю, что будет дальше, но все равно иду.
А собственно, вот и дальше – ноги по руки тонут…
«Пожалуйста, прогони меня, я же сама не смогу…»

Но он равнодушно молчит, ему наплевать, наверно,
Жива я, тону я, а может ушла уж на дно.
С ним просто нельзя, все время страшно неверный
Шаг совершить. Ведь уйдет же. Третьего не дано.

Ну кто он такой-то, этот мальчик с глазами неба,
Взглядом принца, душой ребенка, поступью короля?
Почему, черт возьми, он в моем сердце первый,
Кто остался надолго, а не до первого холодного дня?

Научи меня, Господи, влюбляться в людей, а не в души.
Ведь в души страшнее, поверь мне, я точно знаю.
Помоги мне, Господи, сделать так, чтоб он меня просто слушал.
Но он только мой сон, обреченный к утру растаять…

Лучше писать для себя и лишиться читателя, чем писать для читателя и лишиться себя.